Павел Батов - В походах и боях

- К этому я и веду речь. Обстановка складывается благоприятная. Ватутин и Еременко резко повернули на запад. Имеются сведения, что они вряд ли будут заниматься окруженной группировкой{22}. Очевидно, придется нам самим управляться. Попрошу вас подумать, поработать со своим штабом и, не задерживаясь, доложить мне свои соображения.

Нужно ли говорить, с каким удовлетворением было принято это задание командующего фронтом. Константин Константинович ценил мнения и предложения командармов, их штабов, командиров соединений и частей. Не только тогда, на Дону, но и на протяжении всей войны он перед принятием решения советовался с подчиненными. Ему хотелось, чтобы каждый офицер и генерал вносил свою творческую долю.

К этому времени положение на внутреннем фронте окружения было таково: в прибрежных районах города держала фронт 62-я армия; с севера, отделенная от войск В. И. Чуйкова пятикилометровым коридором, стояла 66-я армия, к ней примыкала 24-я армия - наш левый сосед; весь западный участок кольца пришелся на долю 65-й и 21-й армий, а южный - занимали 57-я и 64-я, тоже отделенные от чуйковцев коридором в 8 километров. Очертанием фронт окружения напоминал яйцо, острый конец которого был вытянут на юго-запад; здесь размещался узел крупных опорных пунктов противника - Карповка, Мариновка, Дмитровка, откуда немцы в течение декабря не раз пытались прощупать наши силы, готовясь встретить Манштейна. В кольце тогда находилось, как стало нам известно позже, 250 тысяч вражеских солдат и офицеров. Группировка еще мощная, сохранившая свою организацию и боевую готовность.

Первый вопрос, который предстояло решить: откуда целесообразнее наносить главный удар с целью расчленения. Север для этого не годился. Гитлеровские войска прорвались там к Волге еще в августе и с тех пор непрерывно укреплялись на господствующих высотах. С южного направления можно было рассчитывать лишь на вспомогательный удар. Очевидно, рассекать "котел" надо было прямо с запада по линии Вертячий - Большая Россошка - Гумрак - Городище, действуя смежными флангами 65-й и 21-й армий. Эти мысли и были высказаны руководящими работниками армейского штаба. Примерно такие же соображения о направлении главного удара были изложены и командармом 2-й гвардейской армии Р. Я. Малиновским на заседании Военного совета Донского фронта в первой половине декабря 1942 года на КП 65-й армии в Вертячем.

- Нам оказано большое доверие. Поработаем, чтобы потом не краснеть! сказал я своим товарищам.

Коллектив офицеров нашего штаба с воодушевлением взялся за дело.

Наш оператор Ф. Э. Липис, ныне полковник запаса, быстро откликнулся из Житомира на мою просьбу вспомнить боевую старину и написать, как создавался в 65-й план операции. Его письмо хорошо передает рабочую атмосферу штаба:

- Нас вызывает командующий, - сказал мне начальник штаба товарищ Глебов.

Конечно, я хорошо понимал, что это его вызывает командарм, но И. С. Глебов всегда брал меня с собой, когда решались важные оперативно-тактические задачи. Это намного улучшало работу оперативного отдела да и всего штаба.

- С собой захватите карту общей обстановки и все справочные данные, добавил Иван Семенович.

Ясно было, что у командующего будет решаться вопрос о наступательной операции. Мы об этом только и думали в то время. Разные варианты созревали. С нетерпением ждали начала решительных действий, тем более что были убеждены: нашей 65-й армии предстоит решить в операции ответственную задачу.

Командующий изложил свои соображения по подготовке и ведению предстоящей наступательной операции, приказал оформить карту и подготовить донесение командующему фронтом.

- Разрешите вместо донесения доложить вам наметку плана действий ударной группировки, вернее, оперативную часть плана, - обратился к командарму начальник штаба.

- Можно и так, - последовал ответ. - Согласуйте этот вопрос с Малининым. Мое требование - поменьше вариантов. Подготовьте один вариант предложений с нанесением главного удара фронта в направлении Вертячий - Сталинград. Разработайте и графический план. Времени у нас мало. Действуйте!

Моя задача как оператора состояла в том, чтобы быстро нанести на карту, записать решение командующего, запоминать и запоминать. В этом заключалась моя главная обязанность в таких случаях. Но всегда начальнику оперативного отдела нужно быть готовым доложить обстановку на фронте, вернее, выводы из оценки обстановки и предложения. Мне было задано несколько вопросов, на которые дал удовлетворительные ответы.

Трудно было взяться за разработку такого ответственного документа мне, молодому штабисту. Недавно впервые принимал участие в подготовке под руководством Глебова плана наступательной операции 65-й армии, причем мой вклад в это дело был невелик.

И сейчас душой всей работы стал Иван Семенович. Он набросал календарный план с указанием исполнителей и сроков. К подготовке данных привлекались начальники основных отделов штаба, командующий артиллерией, начальник инженерных войск и начальник тыла. Коллектив у нас хорошо сколоченный, несмотря на то что полевое управление армии было относительно молодым.

Исходным документом явилась карта общей обстановки, которая тщательно велась в оперативном отделе. Большую помощь в уточнении обстановки на фронте всех других армий Донского фронта оказали нам заместители начальника оперативного отдела штаба фронта В. М. Крамар, И. И. Бойков и начальник направления - офицер оперативного отдела штаба фронта М. М. Саракуца.

Начав "уничтожение Паулюса на карте", мы встретились с трудностями. Расчленение и уничтожение окруженного противника по частям - главное в предстоящей операции. В этом господствовало единое мнение. Что касается выбора направления главного удара, определения ближайшей и дальнейшей задач, то здесь мнения расходились. Дело в том, что мы очень слабо знали силу и состав окруженного противника. Многие считали, что в окружении находится незначительная по количеству группировка войск, что она не способна к серьезному сопротивлению. Эти товарищи упрекали нас в бездействии и до начала наступления навязывали свое личное мнение при каждом случае, особенно когда мы докладывали обстановку. "Вы топчетесь на месте... перед вами лагерь военнопленных... одна рота немецко-фашистских войск сдерживает вашу дивизию..." Вот что приходилось часто слышать.

Не зная противника, невозможно планировать операцию. Мы призывали командиров дивизий тщательно изучать противника, сами бывали в частях и подразделениях и поддерживали хорошую связь с соседями. Офицеры соседних армий часто заходили к нам, уточняли обстановку, делились своими впечатлениями, рассказывали о своих перспективных планах. В своих соображениях мы остановились на варианте нанесения главного удара силами 65-й и смежных с нею флангов 21-й и 24-й армий.