Илларион Попов - Батальоны идут на запад

Западнее Вены

Вечер 7 апреля в штабе дивизии прошел в напряженнейшей работе. Штаб - на колесах, в пути к новому месту расположения, к Тульбингу. В непрерывном движении и все части дивизии. Наступали стремительно, передовые батальоны обгоняли отходящие колонны противника, били их с тыла и флангов, отсекали от переправ через Дунай на севере и реку Гросс-Тульн на западе. Наш левофланговый 349-й полк выходил к Гросс-Тульну; центр, 345-й полк, - к городу Тульну, что стоял на слиянии Гросс-Тульна с Дунаем; правофланговый 331-й полк - тоже к Дунаю, но несколько ниже по течению, к городку Мукендорфу.

Поступает донесение из 331-го полка: "В Мукендорфе благодаря инициативным и решительным действиям взвода автоматчиков старшего сержанта Черноиванова захвачена пристань, пароход, груженные промышленным оборудованием баржи". Уж не тот ли это Черноиванов, который возглавлял штурмовую группу в боях за город Папа? Подтверждают - тот. Позже я узнал подробности этого боя...

Улицы Мукендорфа были забиты отступавшими гитлеровцами. Теснились конные повозки и фургоны, легковые и грузовые автомашины, бронетранспортеры, тягачи с орудиями на прицепе, мотоциклы. Громадный, крытый брезентом немецкий грузовик таранным ударом отшвырнул к тротуару вставшую на его пути пароконную повозку и, прибавив скорость, промчался к реке, к дунайским причалам.

Вот и пристань. К ней пришвартован большой буксирный пароход. Дальше баржи с открытыми трюмами, над которыми сновали стрелы портальных кранов, грузили станки и другое ценное промышленное оборудование. Покрикивали грузчики, суетились солдаты хозяйственных команд и какие-то господа в штатском. С мостика буксира его капитан и офицер-эсэсовец наблюдали за погрузкой.

Громадина грузовик резко затормозил у трапа. Из кабины выскочил кряжистый советский старший сержант, в два прыжка оказался на борту буксира, скомандовал: "Руки вверх!" и для убедительности взмахнул противотанковой гранатой. Офицер растерялся, торопливо расстегнул кобуру, бросил на палубу свой пистолет. А из-под тента грузовика уже прыгали на землю советские солдаты, бросались на пароход, спешили к баржам. Треск автоматов, взрывы ручных гранат... Фашисты в панике разбежались с пристани.

Взвод автоматчиков занял круговую оборону. Спеша на помощь взводу старшего сержанта Черноиванова, в городок ворвались другие подразделения 331-го полка...

Старший сержант В. Н. Черноиванов и бойцы его группы за боевую доблесть при атаке Мукендорфа на Дунае тут же были представлены к наградам. После окончания войны Василий Никитович остался в армии, стал офицером. Я испытал большое удовлетворение, когда узнал, что к боевым его наградам прибавился в мирное время и орден Красной Звезды. Так были отмечены успехи ветерана-фронтовика в обучении и воспитании молодых воинов.

В тот вечер, 7 апреля, разговаривая по телефону со штабом 345-го полка, я услышал еще две фамилии, хорошо мне запомнившиеся по боям на венгерской земле: Пекшин и Борисов. Взвод лейтенанта И. И. Пекшина, усиленный станковым пулеметом, первым вышел к Дунаю, на прибрежное шоссе Тульн - Мукендорф. Гвардейцы отрезали колонне противника путь на Тульн. Начался ожесточенный бой, в ходе которого полторы сотни гитлеровцев под прикрытием огня с бронетранспортеров пытались отбросить взвод Пекшина.

Более часа длился этот неравный бой. Наводчик станкового пулемета рядовой В. В. Борисов, как и всегда, умело выбрал позицию для своего "станкача". Бил атакующих фашистов с фланга, пока не кончились патроны. К окопу приблизился бронетранспортер, и Борисов, выждав, хладнокровно и расчетливо метнул гранату. Бронетранспортер стал, задымил. У гвардейца оставались еще две гранаты. С ними он и выскочил из окопа на гитлеровских пехотинцев. После боя лейтенант Пекшин нашел тяжело раненного пулеметчика среди множества убитых им врагов. Валентин Васильевич Борисов был отправлен в госпиталь.

Прошло много лет. Зная, что Валентин Васильевич Борисов родом из Архангельской области, я написал о нем, о его боевых делах в местную газету. Думал, может, откликнется наш герой-гвардеец. Письмо пришло, но не от него от его старенькой мамы. Она писала:

"Дорогой Вы мой человек: Простите, не знаю Вашего имени-отчества. Это про сына моего младшего, про Валю, написали Вы в газете.

Мне 75 лет. Мой муж и первый сын погибли на фронте. А Валя вернулся. Был он ранен и контужен, поэтому пришел из госпиталя домой только в 1946 году. И стали мы с ним вдвоем горе наше семейное побеждать. Никак не могла я привыкнуть к мысли, что муж и старший сын никогда не вернутся домой. Все надеялась на чудо.

Валя устроился работать. Женился. Все было бы хорошо, да очень уж часто и подолгу он болел. Надо бы, может, куда-то поехать было, лечиться по-настоящему, да он все откладывал на потом...

Уже десять лет прошло, как нет его с нами, Вали нашего. И вдруг эта статья в газете. Помнят, значит, Валю его боевые товарищи...

Трудно мне писать. Поймите горе материнское. Был бы он жив, сколько счастья было бы в нашем доме. Сам бы и Вам ответил... Вы мне самый дорогой подарок в дом принесли. Читаю я все время статью про Валю моего. Щемит сердце. Больно, горько, но горжусь. Вот он какой у меня был... Защитник Родины!

Как мне отблагодарить Вас за память о сыне? Низко кланяюсь Вам. Борисова Анна Николаевна".

Письмо Анны Николаевны я читал и перечитывал. Вспоминал тысячи молодых ребят таких же отважных, как ее Валентин. Вспоминал и свою семью, где из нас, пятерых братьев, двое не вернулись с фронта, а 60-летнему отцу также пришлось воевать в Великую Отечественную (третью на его веку) войну. Вспоминал и другие знакомые мне семьи, в которых двое-трое, а иногда и более родных пали в боях за Родину. И думал, что священный долг оставшихся в живых перед памятью павших - рассказать о них новому поколению. Получив несколько писем, подобных письму Анны Николаевны, я и решил писать воспоминания о дорогих товарищах по войне...

* * *

Но вернемся к событиям позднего вечера 7 апреля. Штаб дивизии только что устроился на новом месте - в лесочке, что северо-западнее Тульбингского аэродрома. Саперы еще не закончили земляные работы, рыли блиндажи, землянки, укрытия. А связисты уже протянули проводную связь. Они, как всегда, были на высоте. Командир 192-го гвардейского батальона связи капитан Николай Ионович Распутин превосходно знал свое дело, был отличным организатором. Связь у нас работала бесперебойно. Я позвонил в 345-й полк. У телефона его командир полковник Котляров. Доложил:

- Батальон Рыбакова ворвался в город Тульн. Пробивается к Дунаю через центральные кварталы.

- Помни, Михаил Алексеевич, про мосты.