Сергей Минцлов - Петербург в 1903-1910 годах

Розовое «праздное мечтание» сие и портрет Толстого исполнены очень недурно. Кроме них, Алексеев показал несколько картонок, — крышек от коробок с гильзами; на одной из них мастерски написан генерал Дитятин в его классической позе.

Человек Щиглев был нервный, подвижной, кипучий, не терпевший никаких противоречий. Умер он мгновенно, ночью, шестидесяти лет от роду. И что осталось от всей этой кипучей жизни? Несколько стихов, напечатанных в давно исчезнувших и забытых газетах, да водевиль «Помолвка в Галерной гавани». И только небольшой кружок старичков-знакомых оживляется теперь, услыхав имя Щиглева, и начинает вспоминать его меткие словечки и хлесткие стихи.

После Щиглева осталась незаконченная картина — русские писатели в раю.

Ближе к Саваофу, в облаках, сидит Екатерина II, Державин и др. Все они расположены по рангам от земли до неба; за столиком, на земле, обжирается дедушка Крылов.

10 февраля. Сейчас вернулся с Большой Болотной ул. от Щиглевых. Очень милая, тихая семья старого склада; состоит она из двух старушек — жены Щиглева и ее сестры и из дочери первой.

Снабдили меня двумя объемистыми пачками рукописей Владимира Романовича; писал он в переплетенных тетрадках; к сожалению, многое из этих тетрадок вырвано и уничтожено — он одно время жил в меблированных комнатах и, боясь обыска, поуничтожил особенно резкие вещи.

Беседовали, конечно, больше о нем; предложение мое написать статью о покойном было принято с благодарностью, обещали собрать побольше материалов. На стенах у них висит несколько картин работы его; очень недурна, между прочим, картина, изображающая Николая I, стоящего во весь рост в халате и ночном колпаке Петра I. Халат длинен и лежит частью на земле, туфли велики тоже, но вид у Николая прегордый.

— Это он ездил ума набираться! — говаривал Щиглев. Дело в том, что Николай I в последний год своего царствования действительно ездил в Петергоф и там ночевал в комнатке Петра I. Сторож будто бы подглядел в щелку и видел Николая, надевшего вещи Петра. Рассказ его и вдохновил Щиглева.

Добавлю, что Щиглев был замечательный музыкант и композитор-импровизатор.

К. Н. Веселовский

Жизнь и труды С. Р. Минцлова

Выдающийся библиофил и библиограф, занимательный рассказчик и одаренный прозаик, журналист и путешественник, археолог и коллекционер — все эти определения равно применимы к Сергею Рудольфовичу Минцлову и каждое из них отражает лишь часть его многогранной, деятельной натуры.

С. Р. Минцлов родился в Рязани в 1870 году. Писатель утверждал, что начала его родословного древа «уходят в древнюю Литву» и возводил свой род к предкам «литовского происхождения, из племени пруссов», павшим в «великой Грюнвальдейской битве». В жизненном пути Минцлова сплелись как военные, так и глубоко укоренившиеся культурные традиции семьи, наследственная любовь к литературе и книге, пристрастие к библиографической работе и страсть к книжному собирательству.

Дед писателя Рудольф Иванович Минцлов (Карл Рудольф, 1811–1883), уроженец Кенигсберга, доктор философии, женатый на французской поэтессе и переводчице Эрнестине Гоппе (де Галле), был известным библиографом, преподавал в Александровском лицее, обучал немецкому языку будущего императора Александра III и великих князей. В числе его литературных трудов — переводы на немецкий произведений А. С. Пушкина, Н. В. Гоголя и других русских классиков, оперные либретто, «История литературы древних народов» (1873), очерки в петербургской газете на немецком языке «St.-Petersburgische Zeitung» (из напечатанных им в этой газете в 1848–1851 гг. еженедельных статей о жизни столицы была составлена книжка «Санкт-Петербургская хроника», изданная крошечным тиражом в 2009 г.).

«Кабинет Фауста»

С 1847 г. и до конца жизни Р. И. Минцлов прослужил в Императорской публичной библиотеке, в качестве старшего библиотекаря и хранителя отделений философии, инкунабулов, альдов и эльзевиров составил описание эльзевиров ИПБ, публиковал и другие библиографические работы. По его инициативе в библиотеке в 1857 г. был создан так называемый «Кабинет Фауста» — сохранившийся до наших дней готический зал (архитекторы И. И. Горностаев и В. И. Собольщиков) для хранения инкунабулов.

«Пестро расписанные крестообразные своды плафона опираются на массивный серединный столп, составленный из четырех соединенных в одно колонн. Две стрельчатые оконницы с своими розетками и трилистниками из цветного стекла; громадные шкафы, которых далеко выдающиеся карнизы поддерживаются витыми колонками, возвышаются до самого свода; тяжелый стол и кресла, пюпитр для письма, какой можно видеть еще на старинных ксилографах, на нем часы с кукушкою для боя и арабский зеленый глобус с астролябиею, а сверху на невидимой нити спокойно парящий вампир, скамья для чтения книг, обложенных цепями: все, до неуклюжих растопыренных петель и запоров на боковых дверцах и до чернильницы, напоминает монастырскую библиотеку пятнадцатого «типографского» столетия» — так описывал Р. И. Минцлов «Кабинет Фауста» в своей брошюре «Прогулка по Санкт-Петербургской Императорской публичной библиотеке» (1872). В 1872 г. Р. И. Минцлов выступил также автором книги «Петр Великий в иностранной литературе» — каталога иностранных сочинений о России в коллекции Императорской публичной библиотеки.

Титульный лист книги P. И. Минцлова «Петр Великий в иностранной литературе» (1872)

Отец писателя, Рудольф Рудольфович Минцлов (1845–1904), женатый на Анне Яковлевне Бодиско, был видным юристом, общественным деятелем и публицистом, служил на судебных должностях в Рязани, затем переехал в Москву, с 1893 г. жил в Петербурге (в частности, занимал должность секретаря Юридической комиссии Союза русских писателей). В 1890-х гг. он держал салон, где собирались либеральные представители наук, искусств и литературы. Под конец жизни Р. Р. Минцлов утратил рассудок, три года провел в лечебницах для душевнобольных. Собранную отцом огромную библиотеку (свыше 14,000 томов) С. Р. Минцлов после его смерти вынужден был продать за бесценок книговеду и библиографу Н. А. Рубакину.

Еще в детстве С. Р. Минцлов начал сочинять и лет в 8–9 осчастливил мир «описанием битвы команчей». В юности же он мыслил себя военным: закончив реальное училище в Москве, Минцлов в 1880-х гг. поступил в нижегородский Аракчеевский кадетский корпус, затем в Александровское военное училище в Москве и в 1890 г. был произведен в офицеры. После выпуска Минцлов определился в 106 пехотный Уфимский полк, расквартированный в Литве. Будущего писателя неодолимо влекли странствия и новые впечатления: в период военной службы в Вильно он, по свидетельству мемуаристов, «со своим денщиком <…> пешком обходит пол-Литвы». Жизнь полкового офицера быстро наскучила Минцлову: в 1892 г. он вышел в отставку, женился на своей дальней родственнице Марии Алексеевне Пеньковой (1871–1911) и поступил на службу в таможенное управление — благо служба в таможне Кретингена (Кретинги) оставляла достаточно времени для пеших скитаний по Литве, раскопок курганов и собирания предметов старины. Вскоре Минцлов перебрался на Кавказ и, как писал позднее, «начал вести кочевую жизнь сперва по Кавказу, а затем вдоль всей западной границы от Балтийского до Черного моря». Успел Минцлов и поступить в Нижегородский археологический институт, который закончил в 1895 г.