Г Семенов - Наступает ударная

Обзор с колокольни был превосходный. Артиллерийская подготовка началась еще затемно. Отдельные вспышки на всем фронте прорыва слились в сплошное море огня.

С рассветом пехота вместе с танками пошла в атаку, быстро овладела первой и второй траншеями.

8

Восточнопомеранская операция началась точно по плану. Немцы понесли большие потери от огня нашей артиллерии, не смогли оказать организованного сопротивления. Пленный лейтенант из 2-й роты 56-го егерского полка заявил: "В результате артиллерийского огня русских батальон потерял половину личного состава, а во второй роте осталось только двадцать человек". О крупных потерях говорили и другие пленные.

Над районом боевых действий стояла низкая облачность, моросил мелкий дождь. Продвижение пехоты и танков тормозило не только сопротивление врага, но и плохие дороги. Противник, оправившись после нашего первого натиска, оказывал возраставшее сопротивление. Бросив в бой ближайшие резервы, он стремился сдержать наступление советских войск. Во второй половине дня немцы предприняли несколько контратак, каждая силой до батальона, против 265-й и 364-й стрелковых дивизий. Одновременно возросло сопротивление и на левом фланге армии.

В 14 часов в полосе 79-го стрелкового корпуса была введена в сражение 1-я гвардейская танковая армия. Обогнав передовые части генерала С. Н. Переверткина, танкисты устремились на север и к вечеру вышли в район Темнитц, в 15 километрах от линии фронта. Наш офицер майор Н. М. Малютин, находившийся с мощной радиостанцией на передовом командном пункте генерала Катукова, систематически докладывал генералу Симоняку о том, как идут дела у танкистов.

Развивая наступление, войска нашей армии к концу дня достигли рубежа Хассендорф, Гламбек, Бутов, Якобсдорф, продвинувшись в центре до 10 километров. Однако в целом задачу первого дня мы выполнили не полностью. Дивизии, наступавшие на флангах, были несколько задержаны огнем и контратаками противника и не вышли на указанные им рубежи.

Активные действия наших передовых отрядов не прекращались и ночью.

В штабе и политотделе подводились первые итоги боев, назывались фамилии отличившихся солдат и офицеров.

Быстро и решительно действовал 1-й батальон капитана А. С. Твердохлебова из 674-го стрелкового полка 150-й стрелковой дивизии. Наступая в первом эшелоне, батальон смело атаковал позиции противника и ворвался в его траншеи. Сержант Иван Золотухин по ходу сообщения подбежал к блиндажу и бросил туда гранату. Раздался взрыв, несколько фашистов было убито.

Отделение сержанта Виноградова уничтожило до взвода вражеской пехоты, а 20 гитлеровцев захватило в плен. Бойцы Игнатов, Кислый и Гарбуз, продвигаясь вперед, на ходу вели огонь из ручных пулеметов по уцелевшим вражеским точкам.

Разгромив немцев в первой траншее, батальон Твердохлебова устремился в глубину обороны противника.

Отважно сражались с фашистами гвардейцы 155-го стрелкового полка 52-й гвардейской дивизии. Наступление этого полка было настолько стремительным, что вражеские подразделения бросили свои укрепленные позиции и разбежались по лесам, спасаясь от полного уничтожения.

2 марта наступление продолжалось. В 9 часов утра, после мощного артиллерийского налета, наши войска снова атаковали противника и двинулись вперед, не выпуская инициативы из своих рук.

Немцы ввели в сражение 11-ю моторизованную дивизию СС, усиленную различными сводными отрядами. Поддержавные танками и самоходными орудиями, части этой дивизии контратаковали наступавшие войска армии. Однако повлиять на общий ход событий они не смогли. . .

Противник продолжал оказывать упорное сопротивление на флангах. Особенно яростно оборонялись полки 402-й запасной немецкой дивизии, действовавшие против 7-го стрелкового корпуса. Буквально за каждый метр цеплялись части 23-й моторизованной дивизии СС, сражавшиеся против нашей 33-й стрелковой дивизии, которая наступала на самом левом фланге армии.

И все же удача сопутствовала нам. Войска 3-й ударной, используя успех танкистов, быстро продвигались вперед в центре полосы наступления. Окончательно было сломлено сопротивление 5-й легкопехотной дивизии: ее разрозненные подразделения беспорядочно отходили на север и северо-восток.

1-я гвардейская танковая армия продолжала наступать в северном направлении. Ее передовые отряды к вечеру 2 марта вышли на рубеж Ринов, Цюльцерин, Вангерин, отстоявший более чем на 30 километров от места прорыва.

Погода улучшилась. Наша авиация активно поддерживала действия войск на главном направлении. А вражеская авиация в воздухе не появлялась. Лишь отдельные самолеты вели разведку.

Менее удачно складывалась боевая обстановка у наших соседей. Дивизии 1-й армии Войска Польского, перешедшие в наступление 2 марта, встретили упорное сопротивление и добились лишь незначительного успеха. Ведя кровопролитные бои, медленно продвигалась и 61-я армия. В связи с этим 2-я гвардейская танковая армия не смогла войти в прорыв всеми своими силами. Командующий фронтом приказал ввести один корпус этой армии за нашим 12-м гвардейским корпусом. Распоряжение маршала было выполнено быстро и точено.

9

1-я гвардейская танковая армия продолжала продвигаться на север. Вечером 3 марта она вела бои на линии Шифельбайн, Регенвальде. Введенные в сражение на нашем левом фланге части 2-й гвардейской танковой армии достигли района Раддов, Дабер и развивали успех в северозападном направлении.

Быстрое продвижение танкистов и войск 3-й ударной привело к дальнейшему расширению полосы прорыва вражеской обороны, способствовало наступлению соседних армий. Оказавшись под угрозой окружения, противник ослабил сопротивление перед фронтом наших соседей и начал постепенный отход. 1-я армия Войска Польского, наступавшая правее нас, к вечеру 3 марта вышла на рубеж Плагов, Хайнрихсдорф, Гюнтерсхаген. 61-я армия генерала П. А. Белова к этому времени достигла рубежа Пензин, Швеидт, Витихов.

Наши войска так глубоко проникли в расположение противника, что управление дивизиями в 10-м армейском корпусе немцев было нарушено. Как показывали захваченные в плен штабные офицеры, еще 2 марта на дорогах, идущих к северу и северо-востоку, скопилось так много вражеских обозов и боевой техники, что совершенно приостановилось движение.

Командир 10-го армейского корпуса генерал Краппе, находившийся в Драмбурге, вынужден был для ликвидации заторов на дорогах выслать штабных офицеров в район населенного пункта Лабес. Однако события 3 марта разворачивались так стремительно, что пути отхода немецких войск на запад, к Одеру, были перехвачены частями 1-й гвардейской танковой армии и пехотой нашего 7-го стрелкового корпуса. Не дождавшись возвращения штабных офицеров и не имея возможности использовать дороги, генерал Краппе принял решение выводить свои войска лесами в северо-западном направлении. Сначала на Лабее, а затем на запад, к Воллвну.