Наталья Баранова-Шестова - Жизнь Льва Шестова. Том 2

Как уже говорилось, большую часть своей жизни Ловцкие провели за границей — в Швейцарии и Германии. Они часто виделись с Шестовыми и прожили у них в Коппе больше двух лет (1911 — сентябрь 1913 г.). Затем они поселились в Берлине. Когда началась война 1914 г., они вернулись в Швейцарию и поселились в Женеве (4 avenuedeVarens), а с 1921 г. по 1933 г. опять жили в Берлине (с 1928 г. — NassauischeStr.54–55, Berlin-Wilmersdorf) — Там Фаня изучала психоанализ у доктора Макса Ефимовича Эйтингона. У нее была хорошая практика по психоанализу. Герман занимался музыкой. Он оснрвал русское музыкальное

общество в Берлине и стал его председателем. После прихода Гитлера к власти Ловцкие переехали в Париж (с сентября 1933 г. они жили:13squareHenriPathe, Paris16), где продолжали прежнюю жизнь. Часто виделись с Шестовыми. В декабре 1939 г. они уехали в Палестину и обосновались в Иерусалиме (последние годы: Rehavia, 8 RashbaStreet). 30.07.1942 г. сделались гражданами Палестины (до этого у них были нансеновские паспорта). Фаня успешно работала в области психоанализа и вела семинар по этой специальности. Герман продолжал заниматься музыкой и писал.

В 1954 г. в иерусалимской газете появилась статья по поводу 80-летия Фани, а в 1964 г. — статья к ее 90-летию. Обе написаны ее учениками. Выдержкииз первой статьи даны в первой главе «Жизни Шестова» (см. том I). Привожу выдержкииз второй, в которой говорится о разносторонней деятельности Фани в те годы, когда она жила в Палестине (1939–1956):

Став одним из самых активных членов Психоаналитического общества Израиля, она организовала в Иерусалиме психоаналитический семинар. В Израиле, который она покинула в 1957 году, доктор Ловцкая оставила много талантливых и преданных учеников, внеся большой вклад в дело народного образования в области душевной гигиены.

Доктор Ловцкая опубликовала также ряд работ на самые различные темы. Она писала о Киркегарде, о Ганди, о Толстом, о мазохизме*, о шизофрении и на многие другие темы. Она имела большую практику по психоанализу и по праву горидась тем, что ей удалось вылечить случай шизофрении, который считался безнадежным. («HealingtheMind», опубликовано в Иерусалиме 28.12.1963).

• Из статей по психоанализу очень большой интерес возбудила статья, основанная на материалах, которых Фаня начала собирать уже в 1936 г.: DasProblemdesMasochismusundStrafbediirfnissesimLichteklinischerErfahrung. — «Psyche. Eine Zeitschrift fur Medizin und medizinische Menschen- kunde». Stuttgart, August 1956, S.331–347.

В начале сентября 1956 г. Ловцкие покинули Израиль и 11 сентября прибыли в Цюрих, где и оставались уже до конца жизни.

* * *

Софья Григорьевна Пети и семья Балаховских

Грец Григорьевич Балаховский (умер в Киеве в 1917 г.) имел пятерых детей: Даниил, Татьяна, Софья, Дмитрий (Митя), Арнольд. Из них Дмитрий Григорьевич и Софья Григорьевна были близки к Шестову. С Дм. Гр. он был дружен в молодости. О Данииле Григорьевиче (муже Софьи Исааковны) уже было упомянуто (см. семья Шварцманов).

Софья Григорьевна (родилась в 1870 г., умерла в Париже в 1966 г.) уехала из России совсем молодой девушкой в конце прошлого столетия, поступила на юридический факультет Парижского университета и блестяще его окончила (1892). На факультете она познакомилась с Евгением Юльевичем Пети (1871 — 26.09.1938), вышлаза него замуж. Она была первой женщиной, записавшейся в сословие французских адвокатов. Она выступала лишь несколько раз во французском суде, отдавая свои силы франко-русскому сближению вместе со своим мужем Е.Ю.Пети, который хорошо говорил по-русски и любил русскую литературу. Это был даровитый и на редкость образованный человек, как и она сама.

Софья Григорьевна и ее муж занимались также литературным трудом. Их дом в Париже (6ruedeTAlboni, Paris16) был культурным центром. Они имели широкие знакомства среди французских и русских писателей. Он был адвокатом при кассационном суде в Париже. С сентября 1916 г. по 2 марта 1918 г. он был членом военной французской миссии в России. Он был сотрудником Александра Мильерана (1859–1943) в течение многих лет. Когда Мильеран стал премьер-министром (20.01.1920 — 23.09.1920), он был назначен начальником его кабинета. А когда Мильеран стал президентом республики (сент. 1920 — июнь 1924), Е.Ю.Пети сделался генеральным секретарем президентского управления.

Благодаря помощи Е.Пети, члены семьи Шварцман и многие другие беженцы получили в 1920 г. и в последующие годы разрешения жить во Франции, что тогда было весьма трудно.

* *

Бутова Надежда Сергеевна. Родилась в 1878 г., умерла в Москве 21.01.1921* (похоронена в Москве на Новодевичьем кладбище). Актриса МХАТа с 1900 г. Исполняла роли Анисьи из «Власти тьмы», Ольги из «Трех сестер» и др. Высоко ценил искусство Надежды Сергеевны В.И.Немиро- вич-Данченко. Он писал о созданных ею образах:

Это были в самом настоящем смысле этого слова проникновенные образы человеческого духа, глубоко национальные, н повторявшие ничего бывшего на сцене до них: яркие, красочные, вдохновляющие к подражанию. (Дух твой с нами. Памяти Н.С.Бутовой. — «Культура и театр», Москва, 1921).

Шестов познакомился с Бутовой, вероятно, в девяностых годах, когда он ездил по делам в Москву. Затем На-

* Эта дата, взятая из Театральной Энциклопедии (М., 1965), не совпадает с датой, указанной В.Н.Малахиевой-Мирович.

дежда Сергеевна не раз гостила у Шестова в Швейцарии в Коппе, где Шестовы жили с 1910 г. до войны 1914 г. Они встречались также в Москве, когда Шестовы там жили (с 1914 до 1918 г.). В своей книге «Воспоминания» Е.Герцык упоминает о Надежде Сергеевне Бутовой и ее дружбе с Шестовым. Она пишет:

Милее всех мне была Бутова, артистка Худ. Театра, высокая и худая, с лицом скитницы… От Худ. Театра культ Чехова. А культ Шестова? Кажется, от какой-то неисцелимой боли жизни, да от жажды Бога, но в последней простоте, вне шумихи современного Богоискательства… Глубоко трогал созданный ею образ юродивой в «Бесах».

После смерти Надежды Серг. писательница Варвара Григорьевна Малахиева-Мирович написала Шестову, жившему тогда в Женеве, письмо о последних днях Надежды Серг. Вот это письмо:

Восемь дней тому назад, в ночь с 12-го на 13-е около полуночи скончалась Надежда Сергеевна. При ней была Близ. Мих. Доброва и та женщина из Алексеевского Братства, которая за Надеждой Сергеевной во все время болезни с величайшей преданностью ухаживала.

Последние дни Надежды Сергеевны (болела она три месяца) были полны таких нестерпимых мук, что все, кто любил ее, ждали кончины ее, как вести освобождения. И все-таки — по Писанию — приходит «день судный — как тать в нощи» — и никто не бывает в достаточной мере готов к смерти близких.

Я видела Надежду Сергеевну за три дня до смерти. Я знала, что она тяготится тем, чтобы смотрели на ее измененное болезнью лицо и не смотрела на нее. Она тяжело дышала со стонами и хрипами и почти не могла говорить. Но так как она позвала меня — за две недели перед этих не хотела видеть ни меня, ни кого другого, кроме духовника — я не уходила и ждала, что она скажет. Она сказала: Дух ушел. Душе тяжко расставаться с