Лайза Роугек - Сердце, в котором живет страх. Стивен Кинг: жизнь и творчество

«Людям кажется, что влюбленность — ну то есть вздохи при луне и прочая романтика — заканчивается в момент свадьбы или вскоре после нее, — говорит Кинг. — И когда влюбленность вдруг возвращается с новой силой, это застает нас врасплох. Словами не передать, какое счастье — вновь пережить, казалось бы, навсегда ушедшие чувства; остается лишь благодарить судьбу за второй шанс».

Тэбби соглашается: «Иногда творческие люди творчески подходят к своему браку и находят способ его оживить. Все в жизни меняется, тут ничего не поделаешь. В конечном счете остается чувство покоя и уверенности, партнерство и дружба. И еще: поторопившись с разводом, вы пропустите кучу замечательных сюрпризов».

Ко всему прочему семейство Кингов продолжало жертвовать деньги на благотворительность — в основном в родном штате. В 1992 году они внесли 750 тысяч долларов на строительство нового педиатрического отделения в Медицинском центре Восточного Мэна.

Стив по-прежнему много времени уделял бейсболу, посещая матчи «Ред сокс» и тренируя команду Оуэна в Малой лиге. Когда Оуэну исполнилось тринадцать и он перешел в Старшую лигу, Стиву бросилась в глаза разница в качестве полей: новое поле было неровным и все в рытвинах, а оснащение выглядело так, словно его приобрели на распродаже.

«Я подумал, это позор, что ребятам приходится привыкать к некачественным полям и дешевой экипировке, — вспоминает Кинг. — Конечно, это не вклад в борьбу за мир во всем мире и не решение проблемы голода здесь, в Бангоре, но меня учили, что благотворительность начинается дома».

Поэтому Фонд Стивена и Табиты Кинг выделил полтора миллиона долларов на строительство высококлассного бейсбольного стадиона для подростков из Бангора и окрестностей. Стадион имени Шона Т. Мэнсфилда назван в память о сыне одного из тренеров, Дэйва Мэнсфилда — мальчик скончался от церебрального паралича.

Стадион, который сам Мэнсфилд окрестил «Полем криков Стивена Кинга», рассчитан на 1500 сидячих мест и оснащен по последнему слову техники: прожекторами для освещения ночных игр и новейшей системой громкой связи. Покрытие внутреннего поля сделано из красной глины, а по всей дальней части и вокруг зоны подачи аккуратно, вручную, уложен газон. Над оградой с правой стороны поля висит полноразмерное электронное табло с шестифутовыми цифровыми часами.

Помимо благотворительной деятельности, Стив продолжал оказывать поддержку небольшим издательствам и типографиям. Время от времени он подбрасывал рассказ-другой ничего не подозревающему редактору. Весной 1992 года Кинг выслал рассказ «Клацающие зубы» Ричарду Чизмару, основателю журнала «Танцы на кладбище». Основанный в 1988 году журнал ужасов отдавал дань уважения старому телевизионному шоу «Сумеречная зона» и публиковал рассказы, рецензии на книги и интервью с авторами. Кинг был одним из его постоянных читателей — когда рассказ появился в осеннем выпуске, громкое имя писателя помогло поднять авторитет издания.

Не прошло и двух лет после выходки Эрика Кина, как Кингов начал донимать очередной безумец. Летом 1992 года в Бангоре объявился некий Стивен Лайтфут, который путешествовал в фургоне, обклеенном посланиями, где говорилось, что в убийстве Джона Леннона виноват Кинг.

По сути, полиция не вмешивалась: Лайтфута лишь предупредили, что он не должен приближаться к Стивену и его семье под угрозой ареста. Вскоре после получения предупреждения Лайтфут был замечен в Портленде, на политическом митинге в поддержку конгрессмена Тома Эндрюса, где также присутствовали Стив и Тэбби.

Несколько людей из штаба Эндрюса наблюдали, как Лайтфут подходит к людям в зале. Кто-то позвонил в полицию, но там сказали, что у них связаны руки, поскольку Лайтфут не совершил ничего противозаконного. Как выяснилось, Стив был не первой известной личностью, попавшей под прицел: ранее тем летом Лайтфуту запретили приближаться к семейному поместью Бушей в Кенбанкпорте, штат Мэн.

Сэнди Фиппен лично познакомился с исключительной напористостью фанатов Кинга, еще когда жил в Ороно. Одним воскресным утром он пошел за газетой в местный магазинчик и наткнулся на парочку, приехавшую аж из самой Оклахомы, только чтобы сфотографировать дом Стива. «Каждый, кто живет в окрестностях Бангора, сталкивался с чем-то подобным», — говорит Фиппен. Обычно он просто показывает, куда ехать, но в тот раз сам подвез путешественников к дому Стива.

Основываясь на своем опыте книжного критика для журнала «Даун ист» («Штат попутного ветра»[13]), Фиппен начал проводить туристические литературные экскурсии по Бангору. «Само собой, все хотят видеть дом Стивена Кинга», — вздыхает он. Однажды он вел экскурсию для целого автобуса туристов из Янгстауна, Огайо, которые оказались библиотечными работниками. «Многие писатели родом из Бангора, причем не обязательно плохие, — говорит он. — Но всем подавай дом Стивена Кинга да статую Пола Баньяна. В конце концов я сдался: начинало темнеть, еще немного — и они бы не успели сфотографировать дом Стива».

Вскоре после издания «Игры Джералда» Стив появился на ежегодном съезде Ассоциации американских книготорговцев (ААК) в Анахайме, Калифорния, крупнейшей книжной ярмарке в США. Однако в тот год он нашел чем заняться помимо общения с продавцами книг и журналистами: его пригласили выступить на благотворительном концерте в качестве гитариста — в составе группы, состоящей исключительно из популярных писателей.

Кинг поднялся на сцену как ритм-гитарист группы «Рок боттом римейндерс» — вместе с другими участниками, в число которых входили Эми Тан, Дэйв Бэрри и Барбара Кингсолвер. Планировалось два выступления: одно прямо на ярмарке, другое — в местном клубе. Девиз группы гласил: «Они играют так же хорошо, как „Металлика“ пишет романы».

Замысел собрать подобный коллектив пришел на ум Кэти Кеймен Голдмарк из службы пресс-сопровождения Сан-Франциско: когда писатели приезжали в Сан-Франциско с рекламным туром, именно она водила их по интервью. В перерывах между интервью Голдмарк общалась с авторами, время от времени упоминая в разговоре свой опыт выступления в нескольких музыкальных группах в стиле кантри.

По ее словам, все писатели реагировали одинаково: они хотели бы играть в группе, многие пробовали выступать в школе, но с годами подрастеряли свои музыкальные амбиции.

«Нам всем было под сорок, и каждый думал о вещах, которые мы так и не попробовали в жизни, я снова и снова слышала одну и ту же историю», — вспоминает Кэти. А потом наступило озарение. Почему нет? Каким-то образом ей удалось собрать музыкальную группу из дюжины знакомых авторов. Помимо Тан, Бэрри и Кингсолвер, в группу вошли Ридли Пирсон и Роберт Фалгхам. Один знакомый, который знал, что Стив играет на гитаре, сказал об этом Голдмарк и посоветовал пригласить Кинга в группу. Тот согласился не раздумывая.