Е Байков - Тайны подводного шпионажа

Но вот в 23.00 гидроакустический контакт одновременно пропал на обеих станциях. Тишина… Стало ясно, что командир советской лодки решил сменить тактику отрыва и затаиться в надежде, что «гончая свора» потеряет след и проскочит дальше. «Гренадир» легла в дрейф и начала напряженно слушать глубины океана. Дэвис решил не погружаться. Он также избежал соблазна действовать как надводный корабль и не стал «молотить по океану» активными посылками, как это было при замере дистанции в начале «загона». Дэвис также скептично оценивал данные от одного из самолетов, который докладывал о контактах на его магнитометре. «Стоять и слушать — вот и все, вот и вся тактика. «Приятель» не может убежать далеко на минимальном ходу. Дальше нескольких миль по крайней мере, ведь его батарея уже истощена в попытках уйти за целый день преследования. Скорее всего он завис на нулевой скорости и притаился в глубине, где-то рядом…» — размышлял командир «Гренадир» о сложившейся ситуации.

Оставалось только ждать — развязка приближалась. Ведь наиболее темное время суток должно было наступить совсем скоро. Хотя назвать чуть серую мглу «темным временем» суток можно было весьма условно — в мае на этих широтах темноты практически не было. В час ночи 29 мая «окруженная со всех сторон» советская лодка всплыла в надводное положение. Ничего не поделаешь, надо было пополнять запасы электроэнергии в разряженной батарее. Командир «Гренадир» классифицировал контакт визуально. На поверхности океана появилась ракетная подводная лодка типа «Зулу» (проект 611АВ). Серьезная удача! Лодки этого типа первыми в советском ВМФ были вооружены ядерными баллистическими ракетами. Дэвис послал «победную реляцию» в штаб флота, не забыв упомянуть «поощрительный приз» — ящик виски. Справедливости ради он попросил командующего флотом выделить аналогичный приз летчикам патрульной авиаэскадрильи. Они, видимо, оказали Дэвису значительную поддержку в преследовании «Зулу». Естественно, что с советской лодки был снят детальный шумовой портрет для СОСУС, а факт всплытия подтверждался многочисленными фотографиями.

Получив указания на дальнейшие действия, «Гренадир» продолжила патрулирование на рубеже. «Зулу» была «оставлена заботам» противолодочной авиации, которая и потеряла контакт с ней через 24 часа. Советский ракетоносец завершил заряд аккумуляторной батареи и совершил энергичный отрыв от слежения. Тем не менее штаб Атлантического флота посчитал преследование «Зулу» серьезным успехом в действиях против подводных лодок ВМФ СССР. Это была первая «победа» на противолодочном рубеже американских подводников. Чтобы подчеркнуть важность события, адмирал Райт лично прибыл на «Гренадир» поздравить командира и экипаж с завершением успешного похода и вручить призовой ящик виски.

Как видно из этой истории, дизельные подводные лодки еще широко использовались американцами для решения задач противолодочной войны в конце 50-х годов. Но уже необратимо надвигалась другая эра — эра атомного подводного флота. Если мы развивали оба «отряда» подводных сил параллельно, и дизельные лодки, и лодки с ядерными силовыми установками, то американцы однозначно сделали ставку на атомный подводный флот. Руководить технической и организационной стороной создания нового флота был призван Хьюман Риковер, выходец из Польши, ставший адмиралом и «отцом» американского атомного подводного флота. Авторитет Риковера был столь велик, что конгресс США неоднократно издавал персональные постановления по Риковеру, продлевая ему срок службы. А это совсем неординарное явление для вооруженных сил США.

Итак, к концу 50-х в составе американского подводного флота среди «рядовых бойцов», серийных подводных лодок, сокращается доля дизельных и появляются три принципиально различных класса кораблей с ядерными силовыми установками. Это, в первую очередь, атомные подводные ракетоносцы типа «Джордж Вашингтон» и «Итен Аллен», не без основания прозванные «убийцами городов».[11] Следующий класс — это подводные лодки с крылатыми ракетами «Регулус». Они также были предназначены для поражения береговых объектов. Это отряд, из которого вышла самая знаменитая спецназовская лодка «Хэлибат». И, наконец, класс торпедных атомных лодок, тех самых «бойцов-охотников», задача которых — прежде всего противодействие ракетоносцам.

Примерно по такой схеме развивался и советский подводный флот. Так же в его составе были подводные лодки с баллистическими ракетами, крылатыми ракетами для поражения надводных кораблей и многоцелевые подводные лодки. Разница заключалась в большей доле подводных лодок с обычными энергетическими установками. Даже подводные лодки с баллистическими ракетами были дизельными — это знаменитый «Гольф» (проект 629). Именно эти лодки, наряду с лодками проекта 611АВ, «вынесли» ракетно-ядерную угрозу Америке на просторы Мирового океана. И лишь потом появился атомный вариант такого корабля — подводная лодка типа «Хотэл» (проект 658).

С появлением новых кораблей главной задачей для обоих флотов стала практика их оперативного применения в условиях холодной войны, а также разработка тактики их действий в различных ситуациях. Как ядерное оружие изменило теорию и практику военного искусства в целом, так и появление атомного флота изменило основы вооруженной борьбы на море. Надо было учиться воевать по-новому, «по-атомному». Учиться и кораблям, и экипажам, и командирам флота, и самим флотоводцам…На передний план выходили корабли-бойцы, и их действия в открытом океане, специальные операции кораблей-шпионов у побережья отошли в сторону. Пока…

Хотя отдельные разведывательные задачи решались и серийными атомными подводными лодками. Они имели несравненно большие возможности для осуществления дерзких разведывательных рейдов к советским военно-морским базам и портам, чем их предшественники, начиная с погибшей «Кочино» и «опозоренных» «Гаджеон» и «Ваху». Среди командиров атомоходов, прошедших «тройное сито» Риковера (адмирал утверждал, что когда двое из трех отобранных офицеров выпускаются из его «академии» — это нормальный «коэффициент потерь»), находились отчаянные «сорвиголовы», как правило, с опытом службы на дизельном флоте, готовых идти на самые рискованные задачи.

Так, по утверждению американцев,[12] коммандер Уильям Беренс провел одну из первых атомных подводных лодок «Скипджек» в Кольский залив, практически на внутренний рейд Мурманска! Позже, в этом же походе, «Скипджек» осуществляла длительное слежение за испытаниями новейшей подводной лодки проекта 629 в Баренцевом море. Если так, то это действительно рискованный и опасный поход — предвестник еще более дерзких операций подводных лодок специального назначения.