Константин Бесков - Моя жизнь в футболе

Затем мы провели первое свое состязание с национальной командой: в Москву наведалась сборная Венгрии. Сыграли 1:1, игра оказалась весьма полезной, выявила некоторые наши уязвимые места. Наконец настал день 13 октября. Московский отборочный матч со сборной Италии.

Лев Иванович Яшин к тому моменту чувствовал себя гораздо увереннее, чем за три месяца до этого. Но ему предстояло в ближайшее время лететь в Лондон для участия в «матче века» между сборными «всех звезд» мира и Англии. Эта игра была назначена на 23 октября. Яшин взволнованно к ней готовился, и мне не хотелось вторгаться в этот настрой. Я решил доверить охрану ворот голкиперу тбилисского «Динамо» Рамазу Урушадзе. Рамаз был в отличной форме, и я рискнул»

Накануне матча старший тренер итальянцев Эдмондо Фаббри сделал заявление прессе: «Я уверен, что наша команда этот матч не проиграет».

Он присутствовал на нашей тренировочной встрече с венграми. Он исследовал номера гостиницы «Ленинградская», в которой предстояло остановиться в Москве его футболистам.

Изучил меню гостиничного ресторана и пришел к выводу, что нужно привезти с собой в Москву итальянского повара. Фаббри убедил руководство Федерации футбола СССР в необходимости проводить отборочный матч при естественном, дневном освещении, а не вечером при электрическом.

Обо мне Фаббри высказался в итальянской печати так: «Бесков — приверженец современного стиля игры, но скептически относится к широкому маневру нападения, который исповедовали его предшественники».

Каким образом он это вычислил, судить не берусь. Мы ни таких, ни каких-либо других заявлений прессе не делали.

Досье наши пухли изо дня в день, информация тщательно изучалась: кто у них получил травму, кто в какой форме, кто какие результаты показал в различных упражнениях…

Московский матч со сборной Италии мы выиграли со счетом 2:0.

— Константин Иванович, позвольте процитировать газетные рецензии тех лет. «В первом тайме была видна лишь одна команда, советская, — писала об этом матче итальянская газета «Аттилио камориаио». — Бесков решительно изменил систему 4+2+4 на 5+5, встречал парней Фаббри в своей зоне прочно и непоколебимо. Головокружительный темп, предложенный в первом тайме пятеркой атакующих во главе с Ивановым, привел нашу сборную к краху».

А вот мнение газеты «Попполо»: «Ребята Бескова доминировали тактически и динамически…»

Наконец сам Эдмондо Фаббри: «Бесков сформировал атакующую команду, и на этот раз прав был он».

Все итальянские газеты хором говорили о реванше, о том, что в ответном матче на своем поле их «Скуадра адзурра» («Голубая дружина») вполне может отыграться и даже выйти вперед.

Предоставим, однако, слово и нашей стороне, участнику отборочной встречи, центральному защитнику сборной СССР, заслуженному мастеру спорта СССР Виктору Михайловичу Шустикову:

«Пребывание в сборной, работа под руководством такого великолепного тренера, как Константин Иванович, стала для меня да и, уверен, для многих моих товарищей из других клубов страны настоящим университетом… С первого момента Бесков нацеливал всех без исключения игроков на творческий подход к игре, на самое широкое проявление своих индивидуальных качеств, а в целом — на обеспечение широкой наступательной стратегии. Ценнейшее качество Бескова-педагога — внимание к игроку, желание и умение сделать так, чтобы все было ясно. Насколько это дорого и важно, насколько благоприятствует созданию доброй творческой атмосферы в коллективе.

«Ребята, я безоговорочно верю в вас и знаю, что сегодня каждый покажет все лучшее, на что способен», — такими словами напутствовал он нас перед самым выходом на поле. И я счастлив,

что сумел в матче со сборной Италии оправдать доверие и надежды Бескова. Отвечая на вопрос корреспондента, кто из наших футболистов сыграл в этом матче наиболее удачно, Константин Иванович заявил:

«…Порадовал Шустиков. Он сыграл лучше, чем играет обычно, был хорош в отборе мяча, а главное — оказался одним из тех немногих, кто с самого начала не поддался огромному психологическому воздействию обстановки и проявил самообладание, уверенность в себе и спокойствие, которые затем передались его товарищам по обороне». Это цитата из книги В. Шустикова «Футбол на всю жизнь».

И еще позвольте мне, Константин Иванович, описать один забавный эпизод, вам не известный. Он произошел за несколько дней до вашего отъезда на вторую игру с итальянцами.

Сборная СССР, как вы помните, провела собрание в кинозале под трибунами Малой спортивной арены Лужников. Вы разрешили присутствовать на этом собрании нескольким журналистам, в том числе мне и фотокорреспонденту «Недели» Николаю Рахманову. В программе собрания был просмотр кинопленки, запечатлевшей московский матч против итальянцев. Мы с Рахмановым нашли себе места на самой задней скамье; перед нами сидели Яшин, Иванов, Воронин, Шестернев и Метревели.

Необходимо при этом сказать, что Николай Рахманов, окончивший и музыкальную школу, признанный фотохудожник, победитель международных конкурсов фоторепортажа, в футболе не понимает ничего. Когда на экране Валентин Иванов стал устанавливать мяч для выполнения штрафного удара примерно из центрального круга, Рахманов спросил меня: «Это что, пенальти?» И тут вся скамья сидевших впереди нас знаменитостей, как по команде, обернулась посмотреть, кто задает такой «дельный» вопрос. А Валентин Иванов с подчеркнутой любезностью, в которой сквозила великолепная ирония, объявил: «Нет, это не пенальти. Пенальти исполняется с одиннадцатиметровой отметки перед воротами. А это штрафной удар».

Через некоторое время, когда сборная СССР уже вела со счетом 2:0, Коля Рахманов опять-таки довольно громко спросил меня: «Удастся удержать счет? Не сквитают?» На что Валентин Иванов, лучезарно улыбаясь (представляю, какое он получал от этого удовольствие), ответил: «Не беспокойтесь. Так 2:0 и останется».

Когда зажегся свет, вся сборная приподнялась посмотреть, кто это из журналистов так «профессионально» разбирается в футболе. Коля Рахманов был польщен общим вниманием.

А потом я стал свидетелем, как один из моих коллег приставал к Льву Яшину: «Какое у вас настроение перед ответным матчем в Риме?» — «Откуда же мне знать, какое у меня будет настроение 10 ноября», — отвечал Яшин. «Но вы же превосходно выступили за сборную мира, — наседал репортер, — у вас должно быть замечательное настроение!» — «Почему «замечательное»? Почему «превосходно»? — возразил Яшин. — Мы ведь в Лондоне проиграли». — «Проиграла сборная «Все звезды мире», — продолжал настаивать репортер. — Вы ведь не пропустили ни одного мяча». — «Все равно мы проиграли», — подвел черту Яшин. Я тогда подумал: если он даже мысленно не отрывает себя от символической команды, собравшейся всего на девяносто минут, то как же он болеет за дело в родном «Динамо» и в сборной СССР…