Алексей Камнев - Его «величество» ГРАБЁЖ

В период планово-уничтожительных реформ опустели и детские оздоровительные лагеря. В замечательном месте расположен бывший пионерский комплекс «Чайка»: с трудом сохранили его, но заполняется наполовину. Буржуйским детям доступен, а простым необходимо, чтобы рабовладельцы, где трудятся их родители, исправно платили единый социальный налог. Но им это ни к чему, многие не платят даже в пенсионный фонд и бюджет города.

Отсутствие денег создает только видимость борьбы с последствиями, никто не борется с причинами и условиями порождающими беспризорность и безнадзорность, расширяющиеся как реки в половодье.

Компаниями подростки мучаются от безделья, нашпиговывая организм никотином, алкоголем, пробуют наркоту и соображают коллективно, где достать денег на следующую дозу, или понюхать клей.

А бригадмильцы отслеживали: если родители халатно относятся к своим родительским обязанностям, плохо кормят, грубо обращаются, не проверяют уроки и не следят за режимом сна ребенка, то держитесь мама с папой.

Профсоюзная группа чихвостит, мастер спрашивает, бригадир проверяет, а детская комиссия профсоюза контролирует школу.

И видит учительница, как внимательно и заинтересованно слушают студенты. Мы живем в прошедшем времени, а для них оно, как познание нового. Она продолжила:

— Добавлю к работе на общественных началах, этих крепких юношей и девушек следующее. Появление их с повязками в общественном транспорте моментально укрощало не в меру разбушевавшуюся подвыпившую компанию. А как стыдно некультурным молодым людям, не уступившим место седой бабушке или мужчине с орденскими колодками, когда их поднимали под руки с сидений и ставили на ноги. Появление их на любой вечеринке в клубах дисциплинировало организаторов, ответственных дежурных и вселяло уверенность веселящимся.

Случались и драки. Они смело с риском вклинивались в середину дерущихся, разводя, как петухов, отнимая кастеты и ножи. Вся жизнь этих работящих ребят шла по принципу: поднимем выше, раздвинем шире.

В зале оживились, улыбки, кое-где послышался смех.

— И рос Бийск высотой жилых зданий да новыми жилмассивами, отражающими бывшее запустение, как Зеленый клин, или показывающие мощь заводов — за рекой поселок котельщиков, в пос. Сорокино «Молодежный» завода «Сибприбормаш».

На интересный рассказ было и много вопросов.

Пришло время, и все как с ума посходили — наступило безделье и сплошной праздник, а принципом стало — больше выпьем и съедим, но меньше сделаем, произведем. Изгнали из жизни и информационного поля труд и его благотворное влияние на формирование гармоничной личности. Не думают, как будут жить их дети, что будет с внуками и будут ли они.

Опереточная демократия превратилась: в самолюбование беснующихся артистов и политиков отвлекающих народ от ухудшающихся социально-политических проблем, в розыгрыши миллионов вырабатывающих синдром жадности, купание в роскоши «новых русских» потерявших жалость и сострадание, погоней за голосами властолюбцев, в разрушение промышленности и уничтожение сельского хозяйства — воистину «пир во время чумы».

Плутократия, упоенная победами, за деревьями не хочет видеть гибнущего леса.

Избиратели не вникли, что в разных весовых финансовых категориях и с отличительными целями сражаются эти два кандидата в Гос. Думу и за разные интересы.

А денежный мешок краевого масштаба, победив учительницу, сразу примкнул к партии власти, посмеялся над своими высказываниями и стал голосовать за законы, ущемляющие простого человека.

Таким образом концентрация лжи подходит к последнему пределу терпения, а люди не могут ждать от власти ни защиты, ни правды.

Как-то Виталий Маркин сказал мне, что слишком много я предъявляю претензий избирателю и долго разъяснял:

— Подходя к избирательному участку в день голосования, его встречают мило улыбающиеся высокооплачиваемые агенты денежного мешка и с нескрываемой ненавистью настойчиво напоминают фамилию для галочки. А дальше с бумажками, где эти галочки, начинают колдовать: при подсчете тоже высокооплачиваемые могут подставить нолик — что такое ноль? — пустота, при последующих передачах результатов по инстанциям где-то тоже высокооплачиваемый «по ошибке» поставил вместо ноля единицу. Что такое единица? — палочка, но она-то и дает в руки власть. Вот эти нули да палочки незаконно создают и правят противозаконными законами. А выборы превратились в безответственные обещания, где главное действующее лицо — народ — нужен как электорат только на момент голосования, а затем пусть кувыркается в диктатуре буржуазии. А что создает материальные ценности и дает возможность жить трудовому народу планомерно, по дешевке продается этой буржуазии и бездумно уничтожается. Уничтожили и долгосрочную перспективу на развитие жизни простого россиянина. Сибиряки брошены на ускоренное вымирание, потому что из-за удаленности рынков сбыта, искусственно поднятых тарифов, богатые сибирские ресурсы им становятся не доступны. А это ставит крест на оставшейся части сибирской перерабатывающей промышленности, нефтяной же трубы хватит только на олигархов разных уровней.

— Но на момент голосования-то человек нужен! — почти выкрикнул я. — Народ-то молча и благословляет экспансию Сибири по двум направлениям.

Запад через Москву захватывает политическое и экономическое поле деятельности — мы это называем «московское иго».

Территория Дальнего Востока до Урала заполняется китайцами и это есть медленное китайское порабощение.

Нам от тех и этих не жди хорошего, а нашим правнукам может достаться время, когда интересы Запада и Востока столкнуться на бескрайних сибирских просторах и потечет их кровушка от этих и тех.

Вот и стало у нас две беды, остальное горе по всем направлениям.

Обходя огромную территорию цеха, Виталий Сергеевич замечает постоянное исчезновение различных видов нержавеющего оборудования: массопроводов, задвижек, насосов. А сегодня не оказалось внутренностей мельницы для измельчения коллоксилина. Завтра наверняка не будет и корпуса.

Охрана по периметру снята, пробивают отверстие в заборе и смело ночами действуют, зарплату ведь не платят, а жить-то надо. Спец. милиция ликвидирована, пожаловаться некому.

И пошел Виталий к своему другу Альберту спросить, как он на случай войны будет мобилизовывать растащенное оборудование.

Как только завозился национализм в Таджикистане, выехали Королевы из Табошара в Бийск, бросив квартиру и садовый участок — никто не купил. Теперь живут, взяв в бессрочную аренду комнату у семьи дочери. Альберт работает начальником мобилизационного отдела, сохранившегося с советских времен.