Дитер Хэгерманн - Карл Великий

Лишь после коронации Карла императором двор активизировался в борьбе с силами магии, колдунами и целителями, причем в строгости наказаний уже просматриваются намеки на последующую инквизицию в отношении еретиков и ведьм. Уже в IX веке сообщается о трагической кончине монахини по имени Герберта в Галлии (!), которую из-за ее пророчеств посадили в бочку и бросили в Рону, где она и утонула. Впрочем, в данном случае было покончено с именитой аристократкой — сестрой беглого Бернарда из Септимании.

В Липпспринге король несколько недель занимался не только делами, связанными с саксами. Выслушав присягнувшего ему управляющего монастырем Прюм, а также свидетельство двенадцати монахов, король объявил обитель Сен-Горцелле своей собственностью, после чего передал ее родителям и затем в распоряжение семейного монастыря Прюм. В этой келье, отличавшейся особой близостью к королю, в 788 году оказался смещенный баварский герцог Тассилон, а до того четвертая супруга Карла Фастрада, помолившись у мощей святого Гора, исцелилась от страшных зубных болей. За это король в 790 году совершил акт дарения. Примерно в то же время в известном месте, «где берет начало приток Рейна Липпе», 25 июля домская церковь Шпейер получила дарованное еще отцом Карла Пипином освобождение от фискальных сборов, а также от воинской повинности. Подоб ное с церквами случалось довольно редко. Этот случай показывает, какое значение имела воинская повинность для завоевательной политики Карла, особенно на землях саксов. Сам факт вручения грамот позволяет предположить, что и этот поход в Вест фалию имел духовную подоснову. Поэтому же весьма вероятно, что на встрече обсуждались проблемы церковно-политического обустройства завоеванных регионов страны.

КОНТАКТЫ С ДАТЧАНАМИ

В Липпспринге рассматривались также внешнеполитические вопросы. Туда прибыли эмиссары датского короля Зигфрида, со юзника Видукинда. Скорее всего они постарались собрать ин формацию о планах Карла в отношении северного течения Эль бы и скандинавских регионов. Договориться с датчанами на пер вых порах не удалось, ибо король франков, очевидно, не планировал расширять театр военных действий за пределы Вихмодии и, стало быть, высаживаться на другой берег Эльбы. Учитывай трудности с евангелизацией и интеграцией саксов, продвижение на скандинавский Север также представлялось малопривлекательным. Лишь в двадцатые годы IX столетия намечаются первые шаги в этом направлении. Дипломатическая встреча скорее всего была расценена как неудача. Пренебрежительные комментарии из Дихтермунда, достигшие в те дни двора Карла, даже не пощадили (варварскую) манеру выражения датского короля. Контакты с северным соседом возобновились только в 798 году.

Затем в 782 году впервые появились аварские эмиссары. Авары — народ, населявший земли к востоку от Венского леса. Они, будучи соседями, противниками, но и потенциальными союзникам. и баварского герцога Тассилона, являлись тайным врагом и конкурентом Карла. Подкорректированная версия имперских хроник сообщает лишь, что эти эмиссары прибыли «ради мира». Карл их выслушал и отпустил с Богом. Пытался ли король тогда сколотить союз против баварского владетельного князя, казавшегося «му чересчур могущественным и самостоятельным? В конце концов несколько лет назад он нашел общий язык даже с испанскими мусульманами, но потом все рухнуло. Можно сказать, что имперское собрание в Вестфалии сумело внедрить на покоренных землях приемлемую модель управления, «сработанную» франками. Карл, видимо, уверовал в то, что окончательно покорил саксов и тем самым заставил их принять христианство. Во имя ого он учредил графства как политико-административные структуры и подвел серьезный фундамент под церковное устройство на уровне приходов.

В любом случае, обогнув Герсфельд, значение которого как форпоста миссионерской деятельности проявилось еще раз, Карл направился к Рейну. 28 июля Герсфельд получил территориальное приращение, а также из государственной казны церковь Шорн, которой до сих пор обладала Лёба, аббатиса в Таубербишофсхейме и доверенное лицо Винфрида-Бонифация. Она оставалась за нею до конца ее жизни. В тот же день Карл пожаловал уже многократно одаренному аббату Фульды расположенную в округе Вормс виллу Диенхейм и владение в Веттерене для его самого, его супруги и потомков. Община монашествующих Фульды со всеми ее структурами уже в 781 году возросла до не менее четырехсот членов — огромная цифра, учитывая положение аббатства Винфрида-Бонифация в дикой Буконии. Но это также означало, что монахи под началом аббата Баугульфа более чем когда-либо зависели от повышения экономических доходов в результате дарений короля и, более того, новообращенных саксонских аристократов и прочих. Весьма известный и достопочтенный монастырь Корби на реке Сомма, в общем-то колыбель Каролингского минускула, поколение спустя насчитывал опять же менее четырехсот монахов, а вот цифровые показатели королевских аббатств Сен-Дени или Сен-Жермен-де-Пре оказались несравненно ниже.

После возвращения в родные места короля обеспокоили события в Италии. Так, в Геристале лично присутствовавшему аббату Фарфы Карл передал полученную им от герцога Гильдебранда из Сполето (несмотря на притязания епископа Риети) для казны и для личного спасения короля церковь Святого Михаила в Риети. Мы напоминаем о том, что Сабина должна была перейти под власть папы, что, правда, удалось в крайне несовершенном виде, тем более что именно Фарфа как главная опора герцогско-королевской власти оказалась занозой в теле церкви. Это приобретало еще больший смысл потому, что, добравшись до патримония апостола Петра, Риети стала восточным форпостом в отношении герцогства Сполето, в то время как передача Фарфе с широкой автономией расположенной вблизи города церкви уравновешивала интересы папской территориальной политики.

В любом случае путем строительства и расширения собственных или преданных ему центров духовного влияния во всех частях империи король сумел удержать доминирующее властное положение, а также привлечь на свою сторону высшее духовенство как противовес устремленной к самостоятельности аристократии. 26 сентября, по-видимому, в лотарингском Гондревиле Карл даровал иммунитет епископу Модены и в результате получил еще одного верного сторонника на территории епископии, входившей в экзархат, на обладание которым претендовал папа.

НОВЫЕ ВОЛНЕНИЯ САКСОВ

Спокойствие, установившееся по другую сторону Рейна, оказалось обманчивым. «Сразу» после ухода короля с его войском, как свидетельствуют имперские хроники, «саксы вновь взбунтовались привычным образом»; их подстрекателем был Видукинд, предусмотрительно отсутствовавший на собрании в Липпспринге. Кроме того, пришлось умиротворять еще сербов — славянскую народность, обитавшую на землях между Эльбой и Заале. Они вторглись в Тюрингию и Саксонию, сжигая и убивая всех и все на своем пути. Камерарий, маршал и пфальцграф как придворные высокого ранга по воле Карла сформировали войско из восточных франков и саксов (!), чтобы дать отпор «немногочисленным славянам» и усмирить их, и продвинулись вплоть до среднего течения Эльбы.