Светлана Аллилуева - Далёкая музыка

С детства всех нас — мое поколение — обучали коммунизму, и мы верили в него. Но постепенно, приобретая жизненный опыт, я стала думать иначе. Годы хрущевского либерализма, XX съезд партии многое открыли нам всем. Мы начали самостоятельно думать, дискутировать, спорить и уже не были, как автоматы, преданы всему тому, чему нас учили.

Кроме того, большую роль в моей жизни сыграл поворот к религии. Я выросла в семье, где никогда не говорили о Боге. Но став взрослой, я поняла, что без Бога в сердце невозможно существовать. Я пришла к этому сама, без чьей-либо помощи или проповеди. Но в этом был громадный сдвиг, потому что с этого момента все основные догматы коммунизма потеряли для меня всякую силу.

Я верю в силу интеллекта повсюду в мире, в любой стране. Я верю, что дом может быть где угодно. Мир слишком мал, человечество — это капля во Вселенной. Вместо борьбы и ненужного кровопролития человечество должно работать вместе для всеобщего прогресса. Это единственное, что для меня имеет серьезное значение: работа учителей, ученых, образованных священников, врачей, адвокатов — их совместная работа повсюду на земле, независимо от государства и границ, независимо от политических партий и идеологии. Для меня не существуют капиталисты или коммунисты, а только лишь хорошие люди и плохие, честные или бесчестные. И где бы они ни жили, — повсюду на земле люди одинаковы, их важнейшие нужды и требования идентичны, как и их основная мораль. Мой отец был грузином, мать была весьма смешанной национальности, и, хотя я выросла в Москве, я верю, что дом может быть где угодно. Правда, я с молодости полюбила Индию, возможно, оттого, что учение Махатмы Ганди более соответствует моим понятиям, нежели коммунизм.

Я надеюсь, что когда-нибудь я смогу приехать опять в Индию и остаться здесь навсегда.

Мои сын и дочь остаются в Москве, и я понимаю, что, возможно, я не увижу их долгие годы. Но я знаю, что они поймут меня. Они тоже принадлежат к новому поколению в нашей стране, которое не одурачить старыми идеями. Они сделают свои собственные выводы о жизни.

Да поможет им в этом Бог. Я знаю, они не отвергнут меня, и придет день, когда мы встретимся: я буду ждать этого.

6 марта 1967 г. Дели[20]

Светлана Аллилуева

2

Доверенность адвокатам[21]

Я, Светлана Аллилуева, сим подтверждаю и передаю совместно и раздельно моим адвокатам Эдварду С. Гринбауму и Аллену Ю. Шварцу эту доверенность, с правом передачи и замещения, и тем самым уполномочиваю каждого из них действовать от моего имени во всех случаях, касающихся иммиграции, учитывая законы, правила и регуляцию иммиграции во всех странах повсюду в мире, а также перед любым правительством или администрацией, перед всеми агентствами и учреждениями, которые, возможно, будут действовать в вышеуказанных случаях.

29 марта 1967 г.

Светлана Аллилуева

3

Доверенность адвокатам

Я, Светлана Аллилуева, сим подтверждаю и передаю совместно и раздельно моим адвокатам Эдварду С. Гринбауму и Аллену Ю. Шварцу эту доверенность, с правом передачи и замещения, и тем самым уполномочиваю каждого из них действовать от моего имени, вести переговоры, учреждать и изменять соглашения во всех делах, касающихся продажи, передачи, лицензирования или иных форм использования моих авторских прав во всем мире на книги, статьи и иные литературные материалы, написанные уже или написанные в будущем, включая, но не ограничивая публикацию книг, журнальных или газетных статей, использование моих литературных произведений на радио, телевидении, их сценическую или кинообработку, а также взыскивать, хранить, вносить в банк и платить мне все суммы, полученные в результате вышеуказанных действий.

29 марта 1967 г.

Светлана Аллилуева

4

Передача прав Светланой Аллилуевой в пользу компании «Копекс» (г. Вадуц в Лихтенштейне), состоявшаяся 20 апреля 1967 г.

Поскольку г-жа Аллилуева является автором и владельцем всех прав на неопубликованную рукопись, озаглавленную «Двадцать писем к другу», а также поскольку компания «Копекс» желает опубликовать и владеть указанной рукописью,

постольку и, принимая во внимание сумму в 1.500.000 долларов (полтора миллиона долларов США), г-жа Аллилуева передает «Копексу» все свои права и доход от вышеуказанной рукописи, включая все авторские права, установленные законом, а также все права на возобновление и расширение подобных прав по всему миру.

Сумма в 1.500.000 долларов будет уплачена следующим образом:

— залог в размере 73.875 долларов уплачен сегодня;

— баланс в 1.426.125 долларов уплачен в банкнотах, доставленных г-же Аллилуевой сегодня.[22]

В свидетельство данной сделки обе стороны подписали это соглашение.

Копекс Светлана Аллилуева

5

Соглашение между агентством «Пасьенция» и издательством «Харпер энд Роу» о рукописи Светланы Аллилуевой

Издательство «Харпер энд Роу»

49 Ист 33-я улица,

Нью-Йорк, 10016 14 апреля 1967 г.

Господа,

нижеследующий документ после подписания обеими сторонами составит Меморандум о Соглашении между издательством «Харпер энд Роу» и агентством «Пасьенция» в г. Вадуц относительно покупки Издательством прав на вышеуказанную рукопись, русская версия которой находится в настоящее время во владении Издательства. Мы понимаем и соглашаемся, что более детальное Соглашение о публикации будет принято в надлежащее время, но до того момента настоящее письмо будет обязательным для обеих сторон.

1. «Пасьенция», владелец всех прав на рукопись «Двадцать писем к другу» по всему миру сим продает и гарантирует передачу Издательству прав на публикацию ее на английском языке в Соединенных Штатах, а также в Канаде в следующем порядке:

A. Права на книгу в твердой обложке.

Б. Права на книгу в мягкой обложке и права на переиздания.

B. Права на приобретение книги Книжными клубами.

Использование Издательством прав, отмеченных в пунктах «Б» и «В», должно быть одобрено «Пасьенцией», и это одобрение не будет задержано без достаточно серьезного для того повода.

2. В соответствии с правами, проданными Издательству, оно соглашается на следующее:

A. Нанять без финансовых претензий к «Пасьенции» переводчика, удовлетворяющего требованиям «Пасьенции», чтобы подготовить английский перевод рукописи, который будет одобрен «Пасьенцией».