Анатолий Отян - Служба В Потешных Войсках Хх Века

Когда она спрыгивала на землю, ей пытались отрезать путь к густому лесу и таким образом загнали её на высокую берёзу посреди большой поляны. Дерево окружили кольцом, а белка высоко сидела на ветке и смотрела сверху на толпу идиотов с беличьим презрением. Но своим презрительным отношением ещё больше разожгла преследовательский азарт и Толя Казаков, парень из Краснодара полез на дерево. Он поднимался всё выше, рискуя сорваться с дерева, а белка поднялась на самую вершину и следила за ним. Казаков уже так высоко поднялся, что тонкие ветки могли обломиться и ему стали снизу кричать, чтобы он не лез выше, но когда он протянул руку к вершине, белка оттолкнулась и с двадцатипятиметровой высоты с расставленными в сторону лапками и с распушенным хвостом полетела вниз, на землю.

Она летела на Бессонова, и он поднял уже руки, чтобы схватить её, но в последний миг, примерно на высоте семи метров, белка, управляя хвостом полетела горизонтально, перелетела через Володины руки, громко шлёпнулась о землю и убежала в лес на другие деревья.

Всем бы успокоится и уйти восвояси, но, не сговариваясь опять побежали за белкой. Когда загнали белочку на очередное дерево, появился незнакомый майор с ружьем и выстрелил в неё. Она, простреленная дробью, оттолкнулась от ветки и уже бездыханная, боком упала на землю. Все оцепенели. Никто не хотел её убивать, а майор, явившийся неожиданно, как дьявол, совершил убийство. Он поднял коричнево – жёлтый комочек с земли. Несчастное животное лежало у убийцы на ладони с выпученными глазами и ртом оскалившимся двумя жёлтыми зубами.

Всё было так непристойно и нелепо, что толпа не разговаривая и не задавая друг другу никаких вопросов, молча, с опущенными головами, понесла свой грех в расположение своего жилья.

Никто и никогда не вспоминал этого случая. Всем стыд обжигал душу. Наверное, многие из них несут этот стыд и грех до сих пор.

То, что никому из них не удалось схватить белку руками, это их счастье.

Через пятнадцать лет в санатории Немиров, Львовской области, один из отдыхающих привлёк белку себе на руку, чтобы сфотографироваться.

Когда она села к нему на ладони, он схватил её и тут же поплатился.

Белка когтями порвала ему кожу рук и разорвала вены так, что его пришлось везти в районную больницу в Рава Русскую, чтобы делать операцию. Незадачливый белколов на следующий день прибыл в санаторий с руками, перевязанными до локтей.

В каждой дивизионной команде были яркие личности и хорошие парашютисты, многие из которых чуть позже вписали свои имена в историю мирового парашютизма, записанную в Скрижалях ФАИ

(Международной воздушной Федерации). В команде Псковской дивизии ВДВ бесспорным лидером являлся Слава Крылов. В 1959 году на всесоюзных соревнованиях в Краснодаре, куда Отяну не суждено было попасть,

Крылов установил мировой рекорд и стал призером чемпионата Союза.

Команда ВДВ в тот год произвела фурор на чемпионате. Володя Бессонов и Роберт Силин тоже стали призерами в разных упражнениях.

Крылов родился в Ярославской области, закончил в Ярославле техникум и прыгал там в аэроклубе. Трудно ручаться за достоверность, но Вадим Тихоненко рассказывал, что после полёта Терешковой в космос, мать Крылова говорила Славе:

– Славка, а ты знаешь, что Валька Терешкова, На…на дочка, в космосе побывала? – на что Слава ей ответил:

– Так весь Мир, маманя знает.

Мать на это только ахнула и всплеснула руками.

Отян потом ещё встречался с Крыловым и не раз говорил с ним по телефону, но не спрашивал его о том, действительно ли тот с одного села с Терешковой. Ведь при отрицательном ответе легенда растаяла бы, а Отяну она нравилась, и он её ярко представлял. Слава был здоровенный парнем, очень сильным и успешно занимался вольной борьбой. Как и все сильные люди, он отличался добродушием, непосредственностью, казался простаком и увальнем, что было далеко не так. Слава в нужный момент проявлял молниеносную реакцию, проявлял ум и честность. Он нашёл себе напарника в лице Шапкина, и они в свободную минуту боролись для удовольствия.

Как-то несколько человек, в том числе Крылов собирались из расположения батальона связи ехать на аэродром Мясново. Когда все уже залезли в кузов грузового автомобиля, Слава, нашедший под домом кустик полевых беленьких цветочков, рвал их, а над ним решили пошутить, и дали водителю команду ехать. Когда машина отъехала на некоторое расстояние, Крылов догнал её, стал залезать через задний борт, Козлов, стоящий прямо у кабины водителя сказал тому быстро:

– Тормози!

Тот резко затормозил, и Слава, не имея никакой опоры, полетел в кузов. Он ударился лицом о его дощатое днище и содрал кожу на лбу, скуле, носу и подбородке. Он потрогал себя за лицо рукой, увидел что кровь поступает по капиллярам не очень сильно, махнул рукой чтобы ехали, достал носовой платок и приложил к щеке. Всем было страшно неловко, что шутка получилась жестокой, они переглядывались и молчали. Слава сидел на корточках в углу у заднего борта и одной рукой держал у лица платок, а второй держал букетик из сорванных цветов и нюхал его. Нахохленный, он походил на обиженного мальчишку, и всем было жалко Славку.

Минут через пять он сказал:

– Меня маманя учила делать людям хорошее и от этого получать радость, а вы, сволочи, радуетесь оттого, что сделали кому-то пакость. Я знаю, вы не скажете мне, кто дал команду тормозить, а то я бы ему ноги повыдёргивал и спички вставил.

– Славик, ну извини нас, ведь пошутить хотели, а шутка получилась дурацкой.

– Ну, чёрт с вами, шутники с завалинки, на морде у вас валенки, – вспомнил он деревенскую поговорку и засмеялся.

Конфликт был исчерпан.

Слава уже тогда был женат, жену звали Тамара, и он остался в армии на сверхсрочную службу в звании сержанта.

Команду Псковской дивизии называли "скобарями". Псковичи во времена строительства Российского флота и Петербурга поставляли стальные скобы, отсюда и прозвище. Среди "скобарей" выделялись ещё два парня: Сергей Гетманов и Слава Балашов. Оба из Саратова, оба небольшого роста, но Сергей блондин, а Слава чёрный как уголёк настолько, насколько мог быть чёрным белый человек. Сергей играл на гитаре и пел, у него был чуть крючковатый нос, он нравился девчатам, а Слава с курносым лицом страшно боялся щекотки, тем самым провоцируя ребят, чтобы его нею пугали.

Сергей на проезжающие большие машины говорил презрительно, растягивая слово по буквам:

– Ссарраай.

Такое сравнение было новым, смешным и ярким, и есть подозрение, что именно от него пошло нынешнее слово "сарай", относящееся к большим автомобилям и проникшее даже в печать.