Леон Пиллар - Реквием линкору «Тирпиц»

«Экскалибур» буквально преследовали неудачи, так что Энцеру пришлось забыть о планировавшемся им купании в Каа-фьорде…

Годфри Плейс внимательно изучил данные, сообщенные адмиралтейством, и занес их на карту Каа-фьорда. Его прежде всего интересовали такие вопросы, как качество стали, из которой были изготовлены мелкоячеистые сети, и глубина их провисания. Глубина фьорда составляла 36 метров, так что противолодочные сети вряд ли достигали дна. В противном случае они были бы слишком тяжелыми. В адмиралтействе считали, что их длина не превышала 15 метров, поэтому Плейс думал, что сможет легко под них поднырнуть.

«Пдинихтис» достиг минных заграждений вскоре после 20 часов 20 сентября и преодолел их без особых трудностей. Затем прошел Стьернзундом, где ему встретилось несколько судов, и вошел в Альта-фьорд. В 12.45 он всплыл на перископную глубину и осуществил проветривание через воздухопровод, воспользовавшись бризом. В 16.30 Плейс увидел в перископ военный корабль, шедший в северном направлении мимо острова Арей. Для «Тирпица» он был, пожалуй, маловат.

— По всей видимости, это «Шарнхорст», — сказал он Уиттему. — Он нас не интересует.

С наступлением темноты Плейс ушел к острову Браттхольм, всплыл и стал подзаряжать батареи. С присущим ему беспокойством он еще раз проверил всю аппаратуру лодки, в том числе гирокомпас, перископ и стабилизаторы. Затем достал из инструментального ящика плоскогубцы, напильники, изоляционную ленту и уплотнитель. Спокойно, плотно сжав губы, он приступил к ремонту вспомогательной выхлопной трубы. Он что-то зачищал, заклеивал изоляционной лентой, промазывал гуттаперчей и обматывал полотном. Он работал столь увлеченно, что было понятно: его волновала не только прочность, но и красота. Подправив еще несколько не совсем красивых мест, он обратился к Уиттему и Айткену, которые тоже не сидели сложа руки.

— Все закончено? — спросил он и посмотрел каждому в глаза, как бы желая передать им свою решимость. На его тонких губах играла улыбка, как у мальчишки, придумавшего какую-то проказу.

— Да, все готово!

Около часа утра «Пдинихтис» взял курс к стоянке «Тирпица». Пигмей выступил против великана.

Четверг, 22 сентября, 3.40 ночи.

Годфри Плейс вел свою «X-7» в подводном положении. Перед ним лежала карта. Он должен был идти на юг, навстречу горам, образующим своеобразную воронку, где в узком месте ожидали противолодочные сети, за которыми находился «Тирпиц». Сети эти необходимо было преодолеть. Они были обозначены у него на карте. Ему было известно, что немцы установили и другие заграждения, о которых англичане не знают. В одной из таких сетей он ведь мог и запутаться. Но об этом он старался не думать. Главное — наступил так долго ожидавшийся момент. Плейс установил взрыватели в подрывные заряды и распорядился снять десять крепежных болтов. Лодка подошла между тем к Каа-фьорду.

В перископ он увидел с левого борта первое противолодочное заграждение. В нем должен был быть проход, которым пользовались немецкие патрульные катера и малотоннажные суда. На часах было 3.50. В эти утренние часы внимание, как правило, ослабевает. Надо всплывать!.. Совершенно случайно «X-7» оказался перед проходом, который был как раз широко открыт. Воспользовавшись этим, Плейс проскочил заграждение. В предрассветных сумерках он увидел сторожевой катер. Вряд ли на его борту кто-нибудь мог заметить небольшую, медленно движущуюся точку на поверхности воды. Вдруг появился миноустановщик, шедший встречным курсом. «Пдинихтис» пошел на погружение. В течение нескольких минут Плейс не решался поднять перископ и шел вслепую. Необходима была повышенная осторожность.

Минуты пребывания в неведении показались ему часами. Лодка шла на глубине 23 метров. Вдруг Плейсу показалось, что лодка уткнулась в сеть. Такое происходило неоднократно во время учений. Лодка застряла. Плейс не знал, что наткнулся на противолодочные сети на месте стоянки «Лютцова», которого в это время там не было.

— Резкий задний ход и всплываем! — приказал Плейс.

Лодка поднялась на поверхность прямо около буев. Еще раз задний ход и погружение. Плейс следил за тем, чтобы кормовая часть с рулями и винтом не попала в сеть.

— Вперед!

«X-7» ушла на 27-метровую глубину, где сетей не должно было оказаться. Тем не менее нос лодки через некоторое время опять уткнулся в сеть, освободиться от которой на этот раз было нелегко. Включение заднего хода приводило к тому, что лодка тянула за собой сеть. Неужели «X-7» попала в западню?

— Всплываем!

«X-7» поднялась на несколько метров, таща за собою сеть.

«Буи наверху наверняка устроили дикий танец. Лишь бы немцы этого не заметили», — подумал Плейс.

Он предпринял рывки в различных направлениях, так что лодка извивалась как угорь, попавший в вершу. Плейс не думал больше о танцующих буях. Экипаж лодки затаил дыхание, прислушиваясь к внешним звукам. Сеть продолжала удерживать нос лодки. Такое нередко происходило в Порт-Банатине, но тогда он знал устройство сетей и имел достаточно много времени в своем распоряжении. Сейчас же дело обстояло иначе. Ведь он находился во вражеских водах, ничего не видя, и к тому же на глубине в 27 метров. Он подумал было направить через шлюзовую камеру к месту зацепки Айткена, но это заняло бы слишком много времени. К этому придется прибегнуть, если не останется ничего другого, когда, скажем, запутаются рули или винт.

Минуты проходили за минутами. Если Камерон и Хенти-Крир подойдут к «Тирпицу» и взорвут свои заряды, «X-7» делать там будет уже нечего. Следовало торопиться.

Когда наконец «X-7» оторвалась от сети, Плейс обнаружил повреждения в самой лодке. Гирокомпас сбесился, насос откачки воды не функционировал. А сколько еще заграждений находилось по пути к «Тирпицу»? Будет ли лодка вынуждена всплыть в непосредственной близости от него, попав под огонь его орудий? Всплыв, Плейс выдвинул перископ и огляделся.

Прямо перед ним, в каких-то двадцати метрах, стоял «Тирпиц». Между ним и «X-7» никаких сетей уже не было. Часы показывали 7.10.

1.45 ночи. «Пайкер» на глубине 20 метров.

Камерон склонился над картой Каа-фьорда. Настроение экипажа великолепное, а это для него было куда важнее, чем вышедшая из строя аппаратура.

Он бросил взгляд назад. Тесное помещение выглядело чистым и прибранным. Все лишнее было выброшено за борт.

Передав управление лодкой Кендаллу, он приготовил шоколад и открыл консервную банку.

— Кушайте и пейте!