Виталий Кривенко - Дембельский аккорд

Мосейко, услышав мой крик, бросился в сторону, и это спасло его, а Закиров остался возле АГСа. Духовская граната взорвалась под станиной, гранатомет подлетел в воздух, коробка с лентой гранат, отлетела в одну сторону, сам АГС в другую, станина в третью, а Закиров раскинув руки, рухнул на спину. Мосейко, отскочив сторону, упал плашмя на землю, после чего вскочил и бросился под гору, где сидел взводный.

От нас, до места, где лежал Закиров, было метров тридцать.

— Хасан, там где-то дух был на горе с автоматом, он может появиться, смотрите за ним, а я вытащу Закирчика, — обратился я к Хасану.

Я выскочил из-за камня и, пригнувшись, побежал к лежащему Закирову. На бегу я взглянул вверх на гору, духа с автоматом там видно не было. Подбежав к Закирову, я первым делом проверил его пульс, сердце билось, значит, он жив. Лицо Закирова было залито кровью, каска съехала, закрыв ему верхнюю часть лица. Я снял с него каску и отбросил ее в сторону, потом, став на колени, я положил его голову себе на ноги и стал разглядывать лицо, пытаясь определить, куда он ранен. Проведя по его лицу рукой, я с ужасом заметил, что чуть выше левой брови у него со лба содрана кожа и проломлена лобовая кость. Плюс ко всему, все лицо его было побито осколками, и кровь лилась отовсюду, я натянул панаму Закирову на брови, чтоб хоть немного остановить кровь, которая лилась из пробитого лба ручьем, хотя толку от этого было мало. За ту минуту, пока я с ним возился, меня всего залило кровью.

Подняв глаза, я встретился взглядом со взводным, они с Мосейко сидели под откосом, метрах в пятидесяти от меня.

— Это на твоей совести, лейтенант! Ты понял — да?! — крикнул я со злостью на взводного.

Я еще много чего хотел высказать в адрес взводного, но времени не было изливать свою злость, раненый терял много крови, я продел ремень от РПК под мышки Закирову, и приготовился его тащить, но тут подбежали Хасан с Сапогом, мы втроем схватили раненого за руки и ноги, побежали в укрытие.

— Он живой? — спросил Хасан.

— Пульс есть, но у него проломлен лоб, — ответил я, и тут же спросил: — А где все наши, что-то выстрелы далеко слишком?

— Спустились чуть ниже, духи вроде отошли немного, и тот душара, который на горе был, тоже вроде съеб-лся.

— Летеха — козел, чижей заслал под обстрел, а сам остался под горой. Если б ротный это видел, он бы убил этого салабона.

— Я ротному скажу, что этот козел чижей подставил, — сказал Хасан.

— Не надо Хасан, это будет выглядеть как подляна. Ты же ведь не козел.

И тут я увидел на ногах Хасана кроссовки синего цвета, я поначалу не понял, у Хасана не было раньше таких кроссовок.

— Хасан, откуда красы?

— С духа снял.

— Когда ты успел?

— Возле горящей вертушки, когда ты того духа жарил, я со второго «колеса» стянул. Размер точно как у меня, сороковой. Ну, как они тебе?

— Мне они никак, это тебе они как раз. Как это я не заметил их раньше тебя, — произнес я с досадой.

Мы затащили раненого Закирова за камень.

— Сапог, быстро перевяжи Закирова, только осторожней — у него лоб проломлен, и оставайся тут с ранеными, а мы пошли за своими. Только сиди здесь и не куда не уходи. Понял?

— Да, понял, — ответил Сапог, осторожно снимая с Закирчика панаму.

— Бача, ты как?

— Х-ево! Не видишь что ли?! — кривясь от боли, выкрикнул Бача.

— Ну, ты хоть осознаешь это. А вот Закирчику действительно х-ево, — сказал я Баче, и обратился к Уралу: — Может, тоже останешься, Сапогу поможешь, да и мало ли чего?

— Не, я пойду, чего здесь толпой делать. А гранатомет может там пригодится.

К нам подбежали взводный и Мосейко:

— Ну, как он? — спросил виновато взводный, присев возле раненого Закирова.

— Ну, ты че, лейтенант? Нахрена так делать?! — закричал на взводного Хасан.

Взводный молчал, опустив голову. Он понимал, что это случилось по его вине, и он очень не хотел, чтоб об этом узнал ротный, или еще кто-нибудь из командования.

— Мужики, мне очень жаль, я виноват, не буду спорить. Вы только не говорите никому об этом, я же не специально.

— Хули толку с твоих извинений! Пацана — вон, покалечило из-за тебя, и еще неизвестно, чем это для него закончится, — высказал я взводному, срываясь на крик.

— Да ладно, что толку орать теперь. Пошли быстрей к нашим, — перебил меня Хасан.

— Моська, останешься здесь вместе с Сапогом. АГС найди обязательно, главное ствол найди, остальное ху-ня. Понял? — обратился я к Мосейко.

— Да, да, конечно, — ответил Мосейко, испуганно глядя на то, как Сапог перевязывает раненого Закирова.

— Сапог, поглядывай на гору, этот душара может появиться в любой момент, — сказал я Сапогу.

— Хорошо, Юра, я понял. Ну, давайте, мужики, ни пуха вам, — высказал напутствие Сапог.

И мы один за другим двинулись в сторону выстрелов, которые раздавались за горой. Я и Хасан бежали первыми, за нами пристроился взводный и Урал.

Спускаясь вниз по склону, мы заметили наших бойцов, они залегли у подножия горы и отстреливались от духов. Ротный и Грек сидели под обрывом, рядом с ними валялась рация, но радиста рядом видно не было. Я, Хасан и Урал направились к ним, взводный побежал к Пупсику, который находился немного в стороне за небольшим бугорком, там же находились братья близнецы и Пряник с Самоваром.

— Ну, что здесь? — спросил Хасан ротного.

— За горой открытая местность, духи залегли с той стороны, и не дают нам высунуться отсюда, вот так и сидим, — ответил ротный, набивая «магазин» патронами.

— Что будем делать? — спросил я.

— Я уже почти не командир, спроси вон у Каши! — воскликнул ротный, криво улыбаясь.

— Не понял. Как это не командир? — удивленно спросил я.

— Я отказался нахрапом брать эту банду, передал по рации замполиту, что если дальше полезем, то зря людей положим. Попросил в поддержку вертушки. Замполит ответил, что вертушек нет, шинданские на перевале зашиваются, всю авиацию задействовали там. Так что придется своими силами разьеб-ваться. А если я откажусь выполнить приказ, то он отстранит меня от командования группой и назначит на мое место лейтенанта Кашкина. Понятно?! — ответил ротный.

— Ну, ни х-я себе дела. А летеха об этом знает? — спросил Хасан.

— А ты хочешь, чтоб он узнал об этом? Тогда иди и передай ему. Он тут же поднимет всех в атаку, — прокомментировал ротный, и пристегнув рожок, передернул затвор автомата.

— Значит, будем выполнять приказ замполита? — спросил я ротного, и сел на землю, бросив рядом автомат.

Хасан тоже приземлился рядом со мной и, положив автомат на колени, уперся в него лбом.