Алан Клейсон - Джон Леннон

Все три автора «Fame» присутствовали на церемонии вручения премии «Грэмми» в нью-йоркском отеле «Uris» 1 марта 1975 года. На лацкане Леннона красовался значок с надписью «ELVIS» — бывший кумир Америки вернулся на сцену, демонстрируя приверженность самой консервативной поп-музыке постбитловского периода. Более того, в вызывающем удивление и сумбурном, «законопослушном» письме к президенту Никсону он даже попросил зачислить его в ряды федеральных агентов, чтобы «бороться с хиппи».

Не подозревая о реакционных тенденциях героя своего детства, Джон Леннон, символизировавший все, что Элвис ненавидел, присутствовал на одном из пышных представлений невероятно пополневшего певца в 20–тысячном зале Медисон-сквер-гарден, где «король» исполнял песни, напомнившие экс-битлу времена его юности. Однако основу репертуара Элвиса составлял кантри-поп («Kentucky Rain», «Sweet Caroline» и т. д.), а также такие внезапные проявления патриотизма, как «American Trilogy» и просто «America». Последнее, что запомнил Леннон — как и большинство остальных людей, — это ослепительное сияние его белой ковбойской шляпы.

Таким же возвращением к истокам, как и присутствие на концерте Пресли, была растущая коллекция подпольных записей Beatles — начиная с репетиций группы в 1960 году с Полом, Джорджем и Стюартом, — а также запись в 1975 году диска «Rock'n' Roll», содержание которого отражалось на его конверте фотографией Гамбурга 1961 года и словами самого музыканта: «Вам следовало бы быть там».

Выпущенный вслед за ним сингл — он поднялся до 20–го места в Соединенных Штатах и 30–го в Великобритании — представлял собой очередной вариант «Stand By Me». Так же, как и оригинал Бена И. Кинга 1961 года, исполнение Леннона выигрывало по сравнению с не очень удачными версиями конца 60–х годов Кенни Линча и Кассиуса Клея (Мохаммеда Али). 18 апреля 1975 года зрители второго канала Би-би-си «Old Grey Whistle Test» увидели Леннона перед микрофоном нью-йоркской студии во время записи песни. Ни преувеличенно дружелюбное подмигивание в камеру, ни странный напористый вокал не производили приятного впечатления.

Завершив профессиональный цикл исполнением этой и других любимых композиций, которые Beatles могли играть в период работы в Гамбурге, а также коллекцией лучших хитов под названием «Shaved Fish», Леннон взял себе годичный перерыв, чтобы прояснить горизонты внутреннего мира и разобраться в личных и профессиональных проблемах. В 1964 году на одной из пресс-конференций на вопрос о возможном уходе со сцены он ответил весьма решительно: «Кому хочется быть 80–летним битлом?» Но теперь он был почти что на полпути к этому.

Воссоединившись с Йоко — она была с ним на церемонии вручения «Грэмми» в отеле «Uris», — Джон получил, наконец, вид на жительство в США. Радость его жены была дополнена появлением их единственного ребенка, Шона, который появился на свет в результате кесарева сечения в день, когда Джону исполнилось 35 лет. Гордый отец посчитал это благоприятным моментом для продления до бесконечности своего «годичного отпуска», чтобы стать для Йоко «домашним мужем» в апартаментах, которые они купили в престижном нью-йоркском квартале Дакота. Он ощущал, что этот отход от дел представлял собой «кармическую реакцию» на катастрофу, произошедшую с поп-музыкой.

Кроме того, веселая компания друзей давно распалась. Мэл Эванс, не получивший никакого удовлетворения от своего переезда вслед за Джоном и Ринго в Калифорнию, 5 января 1976 года был застрелен полицией — после того, как некая женщина позвонила в полицейский участок и сообщила, что он угрожает ей пистолетом. Впоследствии выяснилось, что пистолет был пневматическим, и вся история стала похожа, скорее, на одну из форм самоубийства.

Смерть Мэла явилась для всех неожиданностью, но мало кого удивил последний бунт организма Кейта Муна — после стольких лет насилия над ним. 7 сентября 1978 года Кейт умер, приняв дозу алкоголя, в два раза превышавшую смертельную, и его последними словами, обращенными к подружке, были: «Отстань от меня!»

В отличие от него Гарри Нилсон, который пил не меньше Муна, после удачной женитьбы и рождения старшего сына стал первым из сумасбродной компании Санта-Моники, кто смог выбраться из этой пропасти. С художественной точки зрения он подтвердил свой талант в таких удивительных композициях, как «Easy For Me», лучшем треке альбома Ринго Старра «Goodnight Vienna», однако жил он в основном прошлыми достижениями — в частности, в лондонском Уэст-Энде была осуществлена сценическая постановка «The Point» с участием таких звезд, как бывшие члены группы Monkeys Мики Доленц и Дэви Джонс.

До окончания своего контракта с компанией RCA Нилсон продолжал выпускать по альбому в год. В 1980 году для диска «Flash Harry» ему пришлось вновь призвать знаменитых современников, среди которых был и Джон Леннон, хотя дружба их в последнее время ослабла — из-за пресловутого «дурного влияния» Йоко. И действительно, большую часть следующего десятилетия он общался лишь с узким кругом избранных, постоянно ощущая недомогание, возможно, связанное со психостимуляторами, которые были чрезвычайно распространены среди элиты «суперзвезд» в 70–х годах.

Альбом 1993 года содержал новый вариант композиции «Only You» группы The Platters — забытый дуэт с Ленноном, датируемый примерно 1974 годом, — а также множество комических песен, таких, как «ULCA», «All In The Mind» и «Animal Farm». Вылечившийся от наркотической зависимости Нилсон максимально использовал любую новую возможность для творчества и в то же время черпал из прошлого назад, регулярно выступая на посвященных Beatles фестивалях. Незадолго до своей смерти в 1994 году он дал несколько интервью и неожиданно для всех — известно, что он никогда не пел на публике, — даже исполнил пару номеров на сцене.

Тем временем Леннон решил не ограничиваться уютным существованием, основу которого составлял его прошлый успех, и выяснить, что еще ждало его в жизни после интерлюдии в Санта-Монике, когда он не был способен строить долгосрочные планы. Похоже, все потихоньку приходило в норму. Невыносимая атмосфера восхваления, успешные хиты, брошенные на ветер деньги — все это ничего не стоило по сравнению со спокойной жизнью, которую, как ему казалось, он заслужил, с семейным благополучием и заботой о маленьком Шоне, которому он старался дать все самое лучшее — и особенно отцовское внимание, которого так не хватало самому Джону.

Радовало и вполне восстановленное здоровье — после всех физических и психологических нагрузок, пережитых им за 35 лет жизни. В первом треке своего альбома «Rust Never Sleeps», выпущенном в 1979 году, салонный бард поствудстокского периода Нейл Янг произносит такие слова: «Лучше сгореть, чем медленно погаснуть», отражавшие избитую идею о том, что нужно наслаждаться жизнью и умереть молодым, невольно воплощенную такими музыкантами, как Джимми Хендрикс, Джим Моррисон, Дженис Джоплин, Кейт Мун, Сид Вишес, а также многими другими, которых перемолола и выплюнула поп-индустрия. «Если Нейл Янг так восхищается этой философией, почему он не следует ей?» — спрашивал Леннон в одном из своих последних интервью.