Степан Бунaкoв - Рейды в стан врага

Около 17 часов меня вызвали к радиостанции. У аппарата был подполковник Хохлин. Это меня очень обрадовало. И хотя Федор Яковлевич находился далеко и голос его был едва слышен, у меня было ощущение, что он рядом.

- Как обстоят дела, Степан Яковлевич? Что с высадкой третьей бригады? Учти, после нашего разговора я сразу бегу к генералу Крутикову.

Я постарался доложить обстановку на плацдарме самым исчерпывающим образом. Хохлин сообщил, что сегодня, 25 июня, наступавшими войсками 7-й армии взят город Олонец и прорван Олонецкий укрепленный район.

- Наши части ведут бои северо-восточнее Олонца, - передал Хохлин. Навстречу вашему десанту вдоль восточного берега Ладоги наступает сто четырнадцатая стрелковая дивизия.

Ответил, что понял, поблагодарил за информацию

- Держитесь! Скоро встретимся! - сказал Хохлин. На КП я вернулся в приподнятом настроении и

тут же нанес на свою рабочую карту обстановку, полученную от подполковника Хохлина,

Командир бригады слушал мой доклад, глядя на карту.

- Интересно, как охватываются фашистские войска с северо-востока, задумчиво проговорил он, прочеркивая указательным пальцем линию расположения наших войск. - И сто четырнадцатая уже недалеко от нас. Не думаю, чтобы такая обстановка нравилась врагу. Если он и будет продолжать свои атаки, то только для решения каких-то частных задач... Надо бы, Степан Яковлевич, в течение ночи провести разведку. Займитесь этим с Большаковым.

К исходу дня 3я бригада полностью высадилась на берег и заняла оборону на указанном ей рубеже. Огневой бой к вечеру опять поутих. Лишь изредка наши и вражеские батареи обменивались "любезностями", давая знать о своем существовании. Одолевал сон. Не было никакой возможности бороться с ним.

Подготовив боевые распоряжения частям и вошедшей в наше подчинение 3-й бригаде, а также отослав в штаб армии боевое донесение и оперативную сводку, я решил поспать хотя бы 3-4 часа, чтобы не свалиться с ног. Подозвал майора Кукушкина и попросил его составить график отдыха личного состава командного пункта Напомнил, что на КП кроме оперативного дежурного должен находиться офицер от каждой службы управления. Начальнику разведки - отдых утром.

Теперь можно было и самому прикорнуть. С трудом поднялся с деревянной чурки и решил зайти в медикосанитарный пункт. Накануне снарядом снесло громадную сосну у подножия высотки, и сук ударил меня по левой ноге ниже колена. Рана получилась небольшая - содрало кожу и повредило ткани икры, но ходить было больно.

Подняв брезент, прикрывавший вход в операционную палатку, увидел нашего хирурга капитана медицинской службы Зубкова, склонившегося над операционным столом. В руках его поблескивали хирургические инструменты. Белая шапочка и марлевая повязка подчеркивали серое, осунувшееся лицо капитана

Молоденькая медсестра отошла от стола и, взяв меня за рукав, вывела из палатки.

- Давайте, товарищ майор, я перевяжу вас. Капитан очень занят, очень тяжелая операция - Она оглянулась и добавила шепотом - Не поверите, товарищ майор, это уже восемьдесят третья операция у капитана за три дня.

К утру разведка доложила, что по болотам восточнее плацдарма противник отводит свои войска от Олонца в направлении Салми. Непосредственно перед фронтом наших бригад продолжали располагаться прежние части.

Еще раз изучив по карте местность перед фронтом наших батальонов, мы решили провести разведку боем на отдельных направлениях, в ходе которой, если удастся, захватить выгодные в тактическом отношении высотки, чтобы воспретить противнику организованный отвод своих сил.

В 7 часов утра наша артиллерия начала огневой! налет по вражеским позициям. Противник открыл ответный артиллерийский и минометный огонь. Зенитный артиллерийский полк, развернувшийся вдоль берега озера, вступил в борьбу с неприятельскими самолетами-разведчиками. Начался четвертый день боевых действий на плацдарме.

Удары артиллерии теперь уже двух бригад, корабельных орудий, нашей штурмовой и бомбардировочной авиации обрушились на позиции и отходившие по болотам группы противника. Морские пехотинцы начали действовать по намеченным направлениям. К середине дня 70я и 3я бригады захватили несколько отдельных высот. С них можно было наблюдать за противником в его глубине и более эффективно вести артиллерийский огонь.

По сравнению с предыдущими днями 26 нюня противник вел себя намного спокойнее. Атак не было, хотя то и дело на разных участках плацдарма он принимался за нас из артиллерии и минометов. К вечеру на КП появился разгоряченный, сияющий Кукушкин:

- Товарищ подполковник, послушайте! - выкрикнул он.

Мы вышли вслед за ним из укрытия и остановились в тупике траншеи. Облака на юге полыхали багровым светом. Кукушкин показал рукой в их направлении и поднял кверху палец, призывая всех прислушаться. Там, далеко, слышался приглушенный расстоянием грохот, перекатывавшийся, будто эхо в горах. Александр Васильевич снял каску и провел ладонью по влажным волосам.

- Наши... Это наступают наши! - сказал с нескрываемой радостью.

Связавшись со штабом 114-й стрелковой дивизии, мы сообщили точное начертание переднего края, уточнили сигналы взаимного опознавания. От частей наступавшей дивизии нас отделяло всего каких-то 8-10 километров.

Все находившиеся на плацдарме бойцы и командиры были оповещены о скорой встрече с нашими войсками, наступавшими с фронта. До всех довели сигналы опознавания. Это сообщение словно масла в огонь подлило: воины рвались вперед. А впереди был поселок Видлица. Его предстояло отбить у противника и удержать до подхода частей 7-й армии.

Враг не хотел оставлять выгодные в тактическом отношении позиции. Чтобы задержать морских пехотинцев, он подогнал бронепоезд. Стальная громадина с пушками и пулеметами периодически показывалась из-за леса и обстреливала корабли и пехоту. Огонь был довольно плотным, но существенных потерь не нанес, потому как вели его по площадям, без предварительной пристрелки целей. Да и наши не стояли на месте, маневрировали по мере возможности.

Флагманский артиллерист отряда канонерских лодок капитан 3-го ранга И. И. Сова вмешался в огневой поединок своими орудиями. Ему помогли самолеты 21-го истребительного авиационного полка КБФ. И вражеский бронепоезд больше не показывался на ударной позиции. А спустя некоторое время он был захвачен десантниками.

В 00 часов 30 минут командир первого батальона майор Кондрашов доложил командиру бригады, что передовые подразделения 114-й стрелковой дивизии вышли к переднему краю нашего плацдарма. Вскоре об этом же поступили сведения и от командира третьего батальона капитана Федорова. Противник, страшась попасть в тиски между десантом и подразделениями 114-й дивизии, оставил позиции на южном участке 70-й бригады и с боем отошел на восток.