Коллектив авторов Биографии и мемуары - Марк Бернес в воспоминаниях современников

Я, дорогой мой, никогда к таким товарищам, как вы, не обращался, а эта песня заставила меня просить вас: напишите, пожалуйста, слова этой песни. Я вас век помнить буду и поминать добрым словом. Не откажите, пожалуйста. Начинается она так: спалили хату на деревне. В общем, пришел солдат домой, а дома все спалили фашисты, и он пришел на могилку и сказал: «Не осуждай меня, Прасковья» и выпил с горя водку пополам с печалью.

Я уже, дорогой мой, немолод, мне 52 года, но песню твою я забыть не могу.

Извините меня, что я написал не так.

С уважением к вам Богатырев Федор Иванович. Проживаю: гор. Камышин, Волгоградская область, Привокзальная улица, дом № 20.

20 ноября 67.

9 мая 68 г. г. Калинин.

Дорогой товарищ!

Возможно, Вы удивленно посмотрите на мое письмо. Но я Ваш старый друг и знакомый. Мы познакомились с Вами в тридцатых годах после фильма «Летчики». Я тогда был сравнительно молод. Жил и работал в Москве. Потом я так же … с Вами встречался. И вот — война. И Вы опять были с нами, с рядовыми воинами. «Темная ночь», «Шаланды, полные кефали».

Да! Мы пели вместе с Вами. Хотя несколько минут тому назад зарыли в боевой плащ-палатке своего друга, с которым накануне, в короткие перекуры, думали о прошлом и будущем.

Сегодня День Победы! Много дней прошло с той поры, когда я и мои друзья вернулись домой. Я уже немолод, скоро 60. Дома я нашел: «Враги сожгли родную хату», сейчас живу и работаю в г. Камышине. У меня вторая семья. Дети уже взрослые, есть даже внучка Светка. Вас я вижу на экране и слушаю по радио и очень бы желал Вам и Вашим членам семьи только хорошее, только прекрасное.

Вчера я слушал по радио, который раз, в Вашем исполнении ту песню, которая для меня — моя биография.

Да! Я так приехал. Я три державы покорил. Вот на столе лежат медали и ордена. И среди них лежит медаль «За город Будапешт». Простите меня, дорогой товарищ. Вы поймете меня.

И награда за все будет, если Вы в свободную минуту напишете мне, инвалиду Отечественной войны, несколько строчек. Ваше фото и, главное, текст песни, которая кончается словами: «И на груди его блестела медаль за город Будапешт».

Крепко жму руку.

Здравствуйте, Марк Бернес!

От смущения и волнения не знаю, как начать, но пусть будет так. Я давно ношу несбыточную мечту солдата — узнать слова песни, т. е. в записи:

…никто солдата не встречает……не осуждай меня, Прасковья,что я пришел к тебе такой,хотел я выпить за здоровье,но пить пришлось за упокой…

Вы исполняли в концерте 8.V. в 19.00, посвященном Дню Победы. Но я и раньше слышал, а вот слов не смог достать нигде. И вот сейчас все у меня (как говорят откровенно) разорвалось в душе, не могу не иметь этой песни. Очень прошу Вас с большим извинением за такое беспокойство. Дайте совет мне, как достать и где — в записи эту песню солдата.

У меня и в жизни, как в песне, сложилось. Но отгремело давно ужасное, а раны напоминают и травят душу. Очень извиняюсь, простите.

Пусть не будет это похоже на Ваньку Жукова. Но иначе я не могу.

Искренне уважаю.

Михаил Ч.

Здравствуйте!

Вы меня извините за беспокойство, мое письмо и за ту просьбу, о которой я еле-еле решился попросить.

Вот уже около года я нахожусь под впечатлением песни, исполненной Вами на «Голубом Огоньке» по случаю празднования 20 годовщины победы над Германией. Это песня «Прасковья», исполненная Вами с такой грустью и задушевностью, что немыслимо ее забыть. Я долго вспоминал, где я ее раньше слыхал, и вспомнил: ее пел мой отец после его демобилизации в 1944 году по контузии, в кругу товарищей. Вскоре отец в 1945 году умер. Мне был девятый год, и я остался сиротой, так как мать моя была расстреляна во время войны. Эту, исполненную Вами песню нельзя не сравнить с моей судьбой, судьбой моего отца.

Я бы очень хотел иметь ее запись и прослушивать, она бы мне о многом напомнила бы…

Теперь я убедительно и сердечно прошу: не смогли бы Вы прислать мне магнитофонную запись или пластинку с этой песней.

С данной просьбой обращаться на Всесоюзное телевидение просто нет смысла, так как я понимаю, что ее содержание — как литературно, так и идеологически — не на «современном» уровне. Но она ведь народна, задушевна той солдатской грустью, именно о которой в настоящее время многие не имеют представления. А я это испытал вторично, когда слушал Ваше выступление. Я именно видел в том солдате своего отца, отца, который умер по болезни, сам не успев испытать радость Победы, оставив меня сиротой.

Я теперь инженер, но это досталось мне большим трудом и лишениями, о которых немыслимо даже описать.

Вы меня извините еще раз за беспокойство, но, пожалуйста, выполните мою просьбу. С глубоким уважением к Вам

Шаповалов Борис.

До свидания.

Жду ответа и, если невозможно выполнить мою просьбу, не останьтесь немым…

Мой адрес:

Тбилиси, 3 массив, 10 квартал, 22 корпус, 13 квартира.

Шаповалов Б. А.

МАРК БЕРНЕС

Письмо редактору газеты «Телевидение»{94}

Уважаемый товарищ редактор!

Среди песен, исполняемых мною по радио, телевидению и на эстраде, есть песня композитора М. Блантера на стихи поэта М. Исаковского «Враги сожгли родную хату».

Редакция телевидения, радио и я получаем сотни писем, написанных людьми самых разных возрастов и профессий — жителями самых разных городов и республик Советского Союза. Все эти письма кончаются неизменной просьбой дать совет, как разыскать слова и ноты песни. Хочу процитировать несколько строк из писем, полученных мною только сегодня[18]. <…>

Эти небольшие выдержки, мне кажется, достаточно красноречиво говорят о большой популярности этого очень современно звучащего произведения, созданного… еще в 1945 году по свежим следам войны.

Семь лет назад впервые я спел эту песню в Лужниках, на спектакле Мюзик-холла, и был очень взволнован, когда среди зрителей поднялись люди в военной форме с орденами и дослушали эту песню стоя. То же повторилось в Ленинграде, в Выборгском Доме культуры.

Потом не раз пел я эту песню по радио, телевидению и в концертах.

Очень давно идут письма из Сибири, Ленинграда, Алма-Аты, Архангельска, Тбилиси, Баку, Ташкента, Голодной степи, Риги и других мест.

Только за один день таких писем пришло около тридцати. Это по моему мало кому известному домашнему адресу. Груды их лежат на радио и телевидении. И вот я подумал, как было бы хорошо, если бы в вашей газете, товарищ редактор, появились стихи и ноты этой песни. Об этом я и хо тел вас попросить. А так как ни нот, ни текста, ни грамзаписи этой песни действительно не существует, газета, мне кажется, сделала бы большое и хорошее дело, оказав помощь многим людям, которым эта песня так полюбилась.