Иван Козлов - Краснознаменный Северный флот

"создалось критическое положение из-за постоянных атак русских торпедных катеров", что "русские торпедные катера стали постоянной растущей угрозой для немецких конвоев" и что "их боевая деятельность осенью 1944 года достигла наивысшего уровня, чем значительно затруднила эвакуацию германских войск".[251]

Эскадренные миноносцы, как и раньше, редко выходили на коммуникации противника. В ночь на 22 января 1944 г. четыре эсминца под флагом начальника штаба флота контр-адмирала М. И. Федорова направились на перехват конвоя, замеченного воздушной разведкой. Корабли произвели радиолокационный поиск севернее Барде, но противника не обнаружили.

В ночь на 26 октября в район Вардё, Тана-фьорд вышли лидер «Баку» и три эсминца под флагом командующего эскадрой контрадмирала В. А. Фокина. Поиск велся на расстоянии 45 — 50 каб. от берега с помощью радиолокации. Противник и на этот раз не был обнаружен. На обратном пути корабли обстреляли порт Вардё. Артиллерийская стрельба велась по данным радиолокации, централизованно. Было выпущено 597 снарядов. В порту возникли пожары и произошли сильные взрывы.

В совместных действиях разнородных сил флота на вражеских коммуникациях все большую роль играла воздушная разведка. В 1944 г. для ведения, ее было совершено 2345 самолето-вылетов — в два раза больше, чем в 1943 г. Для разведки ближних коммуникаций, аэродромов, баз и портов привлекались скоростные самолеты-истребители, а отдаленных участков коммуникаций — скоростные бомбардировщики. Самолеты-разведчики оснащались совершенными навигационными приборами и средствами радиосвязи. Флот начал получать новые дальние самолеты-разведчики, что позволило шире применять аэрофотосъемку портов и аэродромов.

О действиях 118-го разведывательного авиаполка (командир подполковник Н. Г. Павлов) с большой похвалой и благодарностью отзывались командование флота и военно-воздушных сил, подводники, катерники. Добытые им данные помогли отправить на дно не один десяток вражеских судов и боевых кораблей. Одним из лучших дальних разведчиков в полку считался коммунист капитан Л.И. Елькин. Выполняя задания в любых условиях погоды, он более десяти раз летал на разведку в Альтен-фьорд, Гаммерфест, Тромсё. За годы войны капитан Елькин провел в воздухе 311 часов, совершив 120 боевых вылетов. В январе 1944 г. ему было присвоено звание Героя Советского Союза.

Этого высокого звания удостоились также мастера воздушной разведки штурман эскадрильи П. И. Селезнев, летавший на разведку 173 раза; капитан Р. М. Суворов, на счету которого было 492 боевых вылета и 4 сбитых самолета врага; командир звена М. К. Вербицкий; командир эскадрильи Н. Я. Турков; штурман П. С. Шеин.

Удары Северного флота по морским коммуникациям противника в 1944 г. явились важным вкладом в разгром врага. Североморцы своими активными действиями регулярно нарушали снабжение немецко-фашистских войск в Заполярье, вывоз для германской промышленности стратегического сырья. В сентябре — октябре ими была сорвана планомерная эвакуация гитлеровцев морем.

Боевая деятельность всех сил флота носила систематический характер. Было достигнуто оперативное взаимодействие подводных лодок, авиации и надводных кораблей.

Общие потери военно-морских сил и транспортного флота противника на Севере в 1944 г. составили 144 транспорта (общим тоннажем 325 тыс. брт), 123 боевых корабля, 11 вспомогательных и 138 мелких судов.

Главной ударной силой в борьбе на морских сообщениях противника в 1944 г. была авиация флота. Благодаря дальнейшему совершенствованию способов использования подводных лодок и тактических приемов применения их оружия эффективность действий подводников значительно возросла; в 5 раз уменьшились их потери в кораблях. Заметно повысилась роль торпедных катеров в борьбе с судоходством на ближних коммуникациях противника.

Борьба с основной опасностью

Немецко-фашистское командование в 1944 г. продолжало попытки нарушить внутренние и внешние коммуникации Советского Союза на Севере.

В связи с подготовкой и проведением Петсамо-Киркенесской операции значительно возросли воинские перевозки по внутренним морским сообщениям. Переброска морем сухопутных войск и личного состава частей флота на театре достигла тогда наибольшего объема за войну и составила около 350 тыс. человек; было перевезено также около 422 тыс. т различных воинских грузов.[252] После освобождения Печенги и Киркенеса основной поток воинских грузов шел в эти порты.

Гитлеровцы против советского судоходства и союзных конвоев использовали подводные лодки, которые действовали как самостоятельно, так и во взаимодействии с разведывательной авиацией. Надводные корабли противника защищали свои коммуникации и не отрывались от побережья дальше, чем было необходимо для выполнения этой задачи. Активность фашистской авиации у советских берегов заметно снижалась.

В первой половине года немецко-фашистское командование провело семь операций подводных лодок против союзных конвоев. В каждой из них участвовало от 7 — 8 до 10 — 15 лодок. С началом арктической навигации и в связи с прекращением посылки английским адмиралтейством в советские порты конвоев фашистские лодки начали продвигаться на восток: в июле они действовали в юго-восточной части Баренцева моря, а затем и в Карском море.

В августе — октябре в Карском море постоянно находились 2 — 4 вражеские подводные лодки. Они атаковали одиночные суда и конвои, производили постановку заграждений из новых магнитно-акустических и магнитно-гидродинамических мин, высаживали диверсионные группы для уничтожения советских полярных станций.

С декабря подводные лодки были развернуты у мурманского побережья.

В связи с активизацией боевых действий вражеских подводников в Заполярье командование Северного флота усилило оборону своих морских коммуникаций, особенно в арктическом секторе театра. К началу навигации в Арктике оно перебросило в Карское море корабли и авиацию. Летом была создана Карская военно-морская база. Однако из-за общего расширения контролируемой флотом зоны, протяженность которой достигла 2000 миль, сил здесь по-прежнему не хватало.

Значительно усилилось охранение судов в конвоях. Если в 1941 — 1943 гг. на один транспорт в среднем приходилось 0,7 — 1,1 боевых корабля, то в 1944 г. уже 2 корабля. Суда теперь часто сопровождались миноносцами и специальными противолодочными кораблями — большими охотниками, имевшими на вооружении гидролокационную аппаратуру и бомбометы.

В темное время суток особое внимание обращалось на прикрытие судов с кормовых курсовых углов. Эта мера затрудняла сближение лодок с конвоем ночью в надводном положении.