Ури Геллер - Эффект Геллера

Пухарич и до этого получал достаточно материала о «внеземном происхождении» от других объектов исследований, а не только от Геллера, поэтому странно, что он ничего не говорит о собственной роли в возникновении цивилизации «Девять». Факты, «полученные» от представителей цивилизации «Девять», сами по себе могли бы составить интереснейшую книгу, однако их прямая увязка с тем, что делал Геллер на заре своей карьеры, не принесла пользы ни Ури, ни автору книги. Для опровержения «внеземной гипотезы» Ури потребовалось определенное время, хотя он и попытался сделать это как можно быстрее и как можно лучше в своей книге «Моя история».

Книга Пухарича добавила изрядную долю скептицизма тем, кто в 1974 году считал, что Геллер был слишком хорош, чтобы быть именно таким. Я был одним из тех, кто так думал.

О существовании человека по имени Ури Геллер я впервые узнал в 1973 году, после того как прочитал статью о нем в номере журнала «Тайм» от 12 марта. В то время я находился в Бразилии, где изучал состояние местной психиатрии и собирал материалы для своих книг «Летающая корова» и «Неопределенная граница». Я находил факты, которые по-настоящему захватывали мой ум, и мало интересовался экзотической персоной, которая гнула ложки, тем более что, по словам «Тайм», это был всего лишь модный фокусник. Затем в июне 1973 года в почтовом ящике я обнаружил экземпляр журнала «Психика». В нем было напечатано пространное интервью с Геллером и статья Алана Вугана, который гораздо доскональнее изучил свой предмет, чем научный обозреватель «Тайм» Леон Жаров. По словам Вугана, Геллеру были подвластны почти все известные явления парапсихологии. Я был заинтригован. Однако неожиданно на память мне пришел один из многочисленных случаев из богатой событиями жизни Ури. Вот как он его описывал:

«Один из экспериментов, которые я проделывал с Пухари-чем, состоял в том, что он попросил меня совершить бестелесное путешествие в Бразилию. Я прибыл туда и спросил у прохожего, в какой город я попал. Он ответил: Рио-де-Жанейро. Потом ко мне кто-то подошел и сунул в руку новую банкноту достоинством в одну тысячу крузейро. Эта банкнота была зажата в моей руке, когда я вернулся на кушетку в кабинет Пухарича, — как доказательство того, что я действительно побывал в Бразилии».

Все это происходило в доме Пухарича в Оссининге, штат Нью-Йорк, 24 марта 1973 года и показалось мне весьма необычным по многим причинам, не говоря уже о полной неправдоподобности телекинеза из США в Бразилию и обратно. Я написал в «Психику» о некоторых несоответствиях в изложении Геллера, начав с того, что банкноты достоинством в 1000 крузейро вышли из обращения после введения «нового крузейро» в 1967 году. Далее я продолжал:

«Вряд ли банкнота достоинством в 1000 крузейро могла бы оставаться новой в Рио на протяжении 5 лет. Обычно такая банкнота распадается на части в течение нескольких месяцев и ее надо склеивать скотчем. Более того, жители Рио обычно не дают на улицах деньги иностранцем. Иногда они делают как раз противоположное».

В конце своего послания я выразил надежду, что Пухарич поможет мне разгадать тайну телекинеза через пространство и время. Он мгновенно пообещал это в том же номере журнала, в котором было опубликовано мое письмо (декабрь 1973 года), обнародовав серийный номер банкноты и заметив, что ему понравился мой подход к этому случаю. Мне не составляло труда выяснить, что банкнота была напечатана и поступила в обращение в апреле 1963 года. Банк Бразилии официально подтвердил, что примерная продолжительность жизни такой банкноты до момента, когда она поступает в переработку, составляет максимум 9 месяцев.

Я также выяснил, что в том же 1963 году Пухарич был в Бразилии, и мне подумалось, не могла ли эта банкнота каким-то образом быть напечатана для него, а позже обнаружиться в складках его софы. Я скурпулезно описал мои открытия. Это был мой первый письменный вклад в психологические исследования, опубликованные по меньшей мере трижды: в «Нью саэнтист» (14 ноября 1974 г.), «Джорнэл оф зе Сэсайэ-ти оф Физикел Рисеч» (июнь 1975 г.) и, с моего разрешения, в книге Рэнди «Магия Ури Геллера» (1975). Стремясь произвести как можно более сильное впечатление скептицизма, я подытожил:

«Этот эпизод свидетельствует о том, что дальнейшее изучение парапсихологических возможностей Геллера может привести к совершенно нормальному объяснению того, как он совершает свои „чудеса“».

Рэнди горячо поблагодарил меня за «прекрасно проделанную работу», и в течение некоторого времени я был достаточно популярен в CPR, пока с моим коллегой Морисом Гроссе мы не разочаровали многих его членов своими сугубо позитивными докладами о любых формах парапсихологии в связи с делом о полтергейсте Энфилда в 1977–1978 гг.

Собственная версия Ури бразильского эпизода в письме ко мне, датированном 21 марта 1978 года, выглядела так:

«Объясню Вам как можно точнее, что произошло. Деньги появились в моей руке, когда я очнулся от гипнотического сна. Насколько я помню, находясь в этом странном гипнотическом состоянии, в которое привел меня Пухарич, я прогуливался по какой-то улице Рио. Я чувствовал себя потерянным и одиноким. Я остановил проходящую мимо парочку и попросил денег. Не помню точно, кто дал мне эти деньги, но, когда это произошло, я проснулся на кровати в Оссининге. И это чистейшая правда. Сейчас я думаю, что, быть может, Пухарич загипнотизировал меня так, что это событие показалось мне настолько реальным, а потом всунул мне в руку деньги. По моему убеждению, все это действительно произошло, и я не думаю, что у Пухарича была какая-то заинтересованность в том, чтобы сфабриковать этот случай. Мне действительно больше нечего Вам сказать. Странные вещи происходят, и это была одна из таких вещей».

Я упомянул этот эпизод, чтобы предъявить его как мандат человека, который, насколько я могу полагать, первым дал критику Геллера на основе оригинальных исследований и неоспоримых фактов. Надеюсь, что это будет иметься в виду, когда я стану описывать мои дальнейшие исследования и новые заключения.

Настаивать на том, что странные вещи происходят, очень нелегко. Как вы это докажете? В большинстве областей науки вы формулируете гипотезу и проверяете ее, и только в том случае, если достаточное число людей, проверив ее независимо от вас, придут к тому же результату, она может считаться доказанной. Однако в психиатрической науке этот метод не срабатывает. Множество знаменитых ученых, начиная с Уильяма Крукса, исследовали случаи, казавшиеся очень странными в их время, но, несмотря на то что их слова не подвергались сомнению в любых других случаях, их открытия в области психиатрии с ходу отвергались. Почему?