Кирилл Мерецков - На службе народу

Более подробно мне хочется рассказать о своем докладе. Четыре месяца работы начальником Генштаба - срок небольшой, тем не менее я узнал достаточно много, чтобы высказать мнение о различных сторонах боеготовности и боеспособности армии. Ряд упущений в подготовке армии меня очень беспокоил, а международная обстановка была такой, что упущения надо было немедленно исправлять. Поэтому основное внимание я обратил на недостатки, которые сам обнаружил (на учениях, смотрах войск, в штабах) или о которых получил проверенные сведения, и на пути их устранения.

Прежде всего, я отметил, что в нашей армии устарели уставы. Они уже не отвечали требованиям современной войны. Так, боевые порядки в наступлении предлагались такие, при которых, как правило, только третья часть войск входила в ударную группу, а две трети попадали в сковывающую. Подобные недостатки были характерны и для боевых порядков при организации обороны, когда на основные направления выделялось недостаточное количество сил и средств за счет вторых эшелонов и маневра с неатакованных участков. Слабо обстояло дело с разработкой вопросов обороны. Было время, когда вообще (цитирую доклад) "боялись говорить, что можно обороняться". Между тем, учитывая опыт войны на западе, нам, наряду с подготовкой к активным наступательным действиям, необходимо было иметь представление и готовить войска к современной обороне; оборона эта должна быть глубоко противотанковой и противовоздушной.

Надо было разрабатывать новые уставы, отвечающие современным требованиям.

Далее. Присутствуя на учениях и анализируя их ход, сделал вывод, что они проходили в условиях, недостаточно приближенных к боевым. Отношение к бойцам в ряде случаев являлось тепличным, как будто мы выращивали не защитников Родины, готовых пролить за нее кровь, а оранжерейные растения.

Критическая оценка подготовки армии кое-кому пришлась не по душе. В перерывах между заседаниями некоторые сердились, но в выступлениях оправдываться не стали. Насторожился народный комиссар обороны. Критика затрагивала и его. Правда, С. К. Тимошенко стад наркомом обороны недавно, и во многом вина ложилась на его и моего предшественников по Наркомату обороны и Генеральному штабу. Но я считал и себя ответственным за наличие недостатков.

Однако при подведении итогов совещания нарком обороны по справедливости оценил их высоко. Совещание действительно принесло большую пользу. В условиях уже шедшей второй мировой войны оно сыграло особо положительную роль. Практически высший комсостав получил на этом совещании установки по всем направлениям боевой подготовки.

Современный читатель может задать вопрос: чем объяснить, что в деятельности командного состава Красной Армии было много недостатков?

Во-первых, к концу 1940 года наши командные кадры в большинстве своем были очень молодыми. Некоторые командиры в течение предыдущих двух-трех лет прошли несколько служебных инстанций и командовали округами, соединениями, руководили штабами по нескольку месяцев. Они заменяли военачальников, выбывших из строя в 1937 - 1938 годах. Вновь назначенные командующие, командиры и начальники штабов в своем абсолютном большинстве обладали высокими качествами; многие из них приобрели опыт в боевых действиях в Испании, на Халхин-Голе и в финской кампании. Однако они только осваивали свои новые обязанности, что, естественно, порою приводило к упущениям.

Во-вторых, дело подготовки войск, крупных военачальников и штабов усложнялось в тот период бурным развитием новой техники, главным образом авиации и танков, и в результате боевых действий как у нас, так и на Западе, быстрым совершенствованием теории их боевого применения. Поэтому приходилось решать многие вопросы заново. Быстро устаревали ранее изданные уставы и инструкции.

Все это и заставило руководство Наркомата обороны провести столь расширенное совещание, с тем чтобы в ходе его и последовавшей затем оперативно-стратегической игры повысить подготовку высшего руководящего состава армии, вынести основные теоретические вопросы, заранее разработанные на основе боевого опыта у нас и на Западе, а также на основе проведенных маневров и учений, на обсуждение участников совещания, а в последующем издать новые уставы и инструкции по вождению войск.

Необходимо было перестроить работу в округах, армиях и соединениях, готовить войска быстро и энергично к надвигающейся войне. Боевую подготовку вести по принципу "учить тому, что нужно на войне" и "делать все так, как на войне". Были также приняты меры по укреплению единоначалия, воинской дисциплины и порядка в войсках.

В начале января 1941 года большинство участников совещания разъехалось по местам. Группа руководящих работников осталась на оперативную игру на картах. Присутствовали секретари ЦК ВКП(б) Г. М. Маленков и А. А. Жданов.

Руководил игрой лично нарком обороны. Оперативная игра прошла чрезвычайно интересно и оказалась очень поучительной.

По окончании игры планировался ее разбор, причем для подготовки к нему отводились сутки. Но вдруг небольшую группу участников игры вызвали в Кремль. Заседание состоялось в кабинете И. В. Сталина. Мне было предложено охарактеризовать ход декабрьского сбора высшего комсостава и январской оперативной игры. На все отвели 15 - 20 минут. Когда я дошел до игры, то успел остановиться только на действиях противника, после чего разбор фактически закончился, так как Сталин меня перебил и начал задавать вопросы.

Суть их сводилась к оценке разведывательных сведений о германской армии, полученных за последние месяцы в связи с анализом ее операций в Западной и Северной Европе. Однако мои соображения, основанные на данных о своих войсках и сведениях разведки, не произвели впечатления, Тут истекло отпущенное мне время, и разбор был прерван. Слово пытался взять Н. Ф. Ватутин. Но Николаю Федоровичу его не дали. И. В. Сталин обратился к народному комиссару обороны. С. К. Тимошенко меня не поддержал. Более никто из присутствовавших военачальников слова не просил. ИВ. Сталин прошелся по кабинету, остановился, помолчал и. сказал:

- Товарищ Тимошенко просил назначить начальником Генерального штаба товарища Жукова. Давайте согласимся!

Возражений, естественно, не последовало. Доволен был и я. Пять месяцев тому назад И.В. Сталин при назначении моем на тот же пост обещал заменить меня, когда найдет подходящую кандидатуру. И вот он сдержал обещание, Я возвратился на должность заместителя наркома обороны и опять погрузился в вопросы боевой подготовки войск. Георгия, Константиновича Жукова я считал одним из наиболее подготовленных наших военачальников для работы, начальником Генерального штаба.