Чекисты рассказывают. Книги 1-7 - Александр Александрович Лукин

пакет на берег? Шепелюк тяжело вздохнул, припоминая беседу у генерала, пояснил, что в практике такое бывает, когда попадается нестандартный лес. Майор распорядился взять под наблюдение снятый с корабля пакет пиломатериалов.

— Не спускать глаз и с машины, — последовало указание Евдокимова, — усильте наблюдение за Рамони с соседних судов.

Майор связался по телефону с полковником Шахтаниным и попросил разрешение задержать Вартанова с поличным, если в ходе наблюдения будет обнаружена в его руках контрабанда.

Пока майор докладывал, Вартанов, оглядываясь по сторонам и укрываясь в лабиринте узких проходов между грузами, пробрался с большим свертком к своей машине. Бросив его на заднее сидение, прикрыл бумажным мешком и поспешил за другим.

В это время пост наблюдения доложил, что Рамони с черным «дипломатом» направился к проходной порта.

Вартанов на автомашине тоже поехал в город.

На большой скорости он выскакивал на широкие улицы, заезжал в глухие переулки, пока не остановился за высокой кирпичной оградой, полагая, что в таком глухом месте его никто не увидит и не услышит. К этому месту примерно тем же маршрутом сначала на такси, а потом пешком добирался и Рамони.

— Как только сядут в «Жигули», — последовало указание полковника оперативному наряду, — задержать их с поличным. Пригласите понятых и составьте протокол.

Отдавая такое распоряжение, Николай Васильевич уже знал, что в пакете был оборудован тайник, в котором лежали джинсы. Всю контрабанду Вартанов, видимо, не смог сразу увезти, а может, оставил часть Толику.

Танкер «Бейсуг» снова пришвартовался в порту Монполи.

На следующий после швартовки день на причале появился Фишман и попросил у вахтенного пропустить его к врачу.

— Здравствуйте, доктор.

— Чем могу быть полезен? — помня напутствие полковника, спросил Аринин.

— Как говорят у нас в Одессе, захворал. Не откажите…

— Что с вами?

— Давит как каменюкой вот здесь, — приложил он руку к левой стороне груди. — Вот тут. Думаю, подожду советского доктора…

— Раздевайтесь до пояса.

Яша быстро разделся, словно боялся, что врач передумает и не станет с ним разговаривать. Аринин осматривал его, выстукивал и выслушивал с пристрастием.

— Что там у меня, доктор? — чуть ли не со стоном спросил Фишман.

— Ничего особенного. Возрастное. Советую пройти обследование в стационарных условиях.

— Дорого тут больница обходится.

— Не прибедняйтесь. Торговля у вас процветает…

— Уже и вы так думаете. Заходил ко мне один веселый хлопец с «Бейсуга», привозил вести из Одессы. В этот раз, наверное, не пришел.

— Кто же это? У нас все веселые.

— Дай бог память, имя вылетело из головы, — хитрил Фишман. — Валерий, кажется, зовут. Старость, склероз…

— Заболел, — с сожалением сказал Аринин. — Поправится — придет.

— Да, да, — охал Яша. — И у вас болеют. Привет ему. Может, вам чего надо достать?

— Спасибо. Ничего не надо.

— Я должен заплатить за прием. Не стесняйтесь. Сколько?

— Вы же из Одессы и знаете, что у нас не берут денег за прием.

— Золотая у вас профессия, доктор, — сказал Яша, переходя к выполнению второй части данного ему задания. — А живете, посмотрю я на вас, бедновато. Не то что здесь.

— Я бы не сказал.

— Вот, вот… Все вы такие, советские. А здесь лопатой бы гребли доллары.

— Как это? — спросил Григорий Павлович, почувствовав, что Яша начал выполнять задание.

— Открыли бы частную практику. Сам себе хозяин. Вилла, лимузин, секретарша…

— Что вы говорите? Не знал о таких возможностях.

— Гарантирую, — оживился Яша.

— Гарантии могут быть от людей с солидным положением и полным кошельком, а вы не можете заплатить местному врачу за прием.

Разговор принимал оборот, который нужен был не только Фишману, забывшему о своих болезнях, но и Аринину.

— За такими людьми дело не станет, — сказал Фишман.

— Давайте начистоту, — прикрыл дверь врач. — Слушаю…

— Я все организую. Есть люди, которые переправят вас в Штаты. Поверьте уже старому человеку.

— Хотите на мякине провести. Кто вас послал? — подойдя поближе к Яше, строго спросил Аринин.

Фишман перепугался, он моргал глазами, ничего вразумительного сказать не мог и, наконец, взмолился отпустить его. Он стал предлагать разные вещи, которые принес с собой в портфеле, протянул доктору доллары.

— Николай Иванович, — позвонил Аринин, — если вас не затруднит, зайдите, пожалуйста, ко мне. Задержал одного с долларами.

Старпом не заставил себя долго ждать.

— Кажется, знакомая личность.

Аринин предложил заявить протест портовым властям, препроводив к ним Яшу.

— Берите свой портфель с тряпками и пошли на берег. Считайте, что ваша поганая миссия провалилась. Так и передайте своим хозяевам из капитанерии или сионистам, кому вы там служите.

Яша, как побитый пес, семенил по причалу за старпомом и упрашивал отпустить его домой, обещая больше никогда не связываться с темными людишками.

Старпом был неумолим.

Их задержали в автомашине как раз в тот момент, когда они рассчитывались в рублях и долларах за джинсы. Увлеченный пересчитыванием купюр Рамони неожиданно увидел перед собою чекистов. Ослепительные вспышки фотоаппаратов беспристрастно зафиксировали валютно-контрабандную сделку.

— Каким образом джинсы оказались в машине? — спросил подъехавший к месту задержания майор Евдокимов. — Вам вопрос, Вартанов.

— Он принес, — кивнул бармен на Марчелло.

— Ваши джинсы, Рамони?

— Мои. Он, — указал на Вартанова, — сам их погрузил в порту. Я ничего не выносил и не нарушал…

После оформления соответствующих протоколов, предусмотренных УПК, Рамони и Вартанов были доставлены в порт. На борт «Амалии» поднялись таможенники для повторного досмотра судна в связи с обнаружением контрабанды.

В каюте Рамони в присутствии капитана сотрудники таможни обнаружили в тайнике любопытный вопросник — «Наблюдение за судами». В нем предлагалось регистрировать «все суда Восточного блока и коммунистических стран в море или в порту». Особое внимание отводилось военным кораблям. Один из разделов вопросника указывал на важность сбора сведений, относящихся к «Работам на причалах». Не оставлялись без внимания «Военные сооружения» в советских морских портах.

Таможенники изъяли план-схему порта Новочерноморска с обозначениями важнейших его сооружений, нефтеналивных причалов, военных объектов, пробирки с водой и грунтом, рубли, доллары, лиры, а также записную книжку с адресами.

— Я приношу извинения за случившееся. Я незамедлительно проинформирую судовладельца о действиях штурмана Рамони, — видя результаты досмотра, заявил капитан. — Как говорят русские, в семье не без урода.

Майор Евдокимов тщательно осмотрел изъятые из тайника материалы, а потом, выслушав таможенников, предъявил их Рамони.

Штурман достал сигареты, попросил разрешения закурить.

— Карта и другие записи изобличают вас в сборе шпионской информации.

Когда Рамони перевели эти слова, он стал горячо уверять майора, что ничего подобного он не замышлял, хотя и признает, что собирал информацию о навигационной обстановке.

«Вот это да!» — чуть не вырвалось у майора, когда он нашел в записной книжке Рамони адрес