Сергей Горшков - На южном приморском фланге (осень 1941 г. — весна 1944 г.)

Общее руководство десантной операцией возлагалось на командующего Черноморским флотом вице-адмирала Л. А. Владимирского, командиром сил высадки был назначен командир Новороссийской военно-морской базы контр-адмирал Г. Н. Холостяков.

В условиях высадки десанта в порт использовать крупные корабли было невозможно. Поэтому в состав сил высадки включались только малотоннажные катера и плавсредства (около 150 единиц) — торпедные и сторожевые катера, мотобаркасы и др. Катера и десантные плавсредства были сведены в три отряда. Отряд обеспечения [212] высадки, состоявший из 40 единиц (из них 32 торпедных катера), включал в себя четыре группы: прорыва, атаки берега, атаки порта, прикрытия высадки с моря. Пять катеров-тральщиков, специально переоборудованных для перевозки раненых, вошли в состав отряда санитарных катеров. Для артиллерийской поддержки привлекались артиллерия 18-й армии и береговая артиллерия ВМБ (всего 208 орудий), сведенные в три группы. Кроме того, к участию в операции планировалось привлечь три эсминца, но затем от их использования отказались из-за высокой минной опасности в Цемесской бухте.

Поддержку десанта с воздуха должна была осуществлять авиагруппа из 150 самолетов (88 — от ВВС флота, 60 — от 4-й воздушной армии).

Чтобы сохранить в тайне характер предстоящей операции, в предварительном распоряжении командующего фронтом от 17 августа были определены лишь общие задачи предстоящего наступления, а местом высадки десанта указана Южная Озерейка. Срок готовности войск и плавсредств к операции был назначен на 1 сентября. Отмечалось, что конкретные задачи и план действий будут определены особым приказом.

В ходе подготовки к операции в частях и соединениях изучался опыт предыдущих десантов. Бойцы и командиры тренировались в посадке на суда, в высадке на берег и в приемах ведения боя на берегу. Отрабатывалась тактика прорыва оборонительных рубежей, готовились десантно-высадочные средства. Большое внимание было уделено подготовке береговой артиллерии: развертывались новые батареи и корректировочные посты, разрабатывались плановые таблицы стрельбы. Отрабатывались все виды обеспечения.

Подготовка к высадке морского десанта требует личного участия старших командиров буквально во всем: в учениях и тренировках, в практической отработке взаимодействия, проверке качества подготовки кораблей, в отработке тактических приемов их действий и т. п. Опыт ранее проведенных десантных действий показал, что при подготовке десанта к высадке мелочей не существует и все без исключения мероприятия надо считать главными. Чем лучше будет натренирован личный состав кораблей и судов, десантных подразделений до начала боя, тем увереннее он будет действовать при высадке и ведении боя на берегу, а главное, доставленная боевая задача [213] будет выполнена ценою меньших потерь. Надо, чтобы каждый боец знал свое место и на десантном корабле, и в ходе боя за высадку. После высадки на берег десантники обычно действуют небольшими группами против хорошо укрепившегося и изготовившегося к бою противника, поэтому важно заранее научить бойцов и командиров использовать каждую складку местности, чтобы расчистить путь для продвижения вперед порой без пушек, танков и минометов, вести уличные бои в ночных условиях и т. д. И вполне понятен огромный объем работы, которую проводили командиры и политработники в период подготовки к этой очень ответственной и, надо сказать, весьма необычной десантной операции.

В плане фронтовой операции определялись конкретные задачи всем армиям, флоту и вновь сформированной к тому времени Азовской военной флотилии. Флотилия должна была во взаимодействии с 9-й армией высадить десант на побережье Азовского моря, чтобы отрезать пути отхода вражеских войск вдоль южного берега Темрюкского залива.

В период подготовки операции командование фронта получило сведения о том, что во второй половине августа началось движение колонн автотранспорта от линии фронта к портам Азовского моря и восточного побережья Керченского пролива.[208] Из этого оно сделало вывод, что неприятель приступил к планомерному отводу части сил с некоторых участков фронта. По данным разведки фронта, к 27 августа противник в составе 17-й армии имел только 12 дивизий и несколько отдельных частей вместо отмечавшихся ранее 17 дивизий.

Как стало известно позже, официально отвод войск 17-й армии с Кубанского плацдарма в Крым через Керченский пролив был санкционирован приказом немецко-фашистского командования от 4 сентября 1943 г. якобы для того, чтобы «высвободить соединения для решения других задач».[209] Изуверская сущность фашизма в полной мере проявилась и в данном приказе. В нем гитлеровским войскам предписывалось при отходе разрушать все жилые здания, постройки, плотины, портовые и нефтепромысловые сооружения и пр. «Противнику, — указывалось в приказе, — должна достаться на длительное время полностью непригодная для использования и жилья [214] пустыня, где на протяжении месяцев будут взрываться мины» («Совершенно секретно! Только для командования!» С. 527). Подробный план осуществления этого варварского замысла командующий группой армий «А» должен был представить в ставку к 10 сентября. Но истории суждено было распорядиться по-иному: именно в этот день наши войска перешли в наступление на новороссийском направлении.

Командование фронта и флота не обольщалось надеждой на достижение легкого успеха в предстоящей операции. В районе Новороссийска немецко-фашистское командование сосредоточило немецкие 73-ю пехотную, 4-ю горнострелковую и 101-ю легкопехотную дивизии, румынскую 1-ю горнострелковую дивизию. В резерве находилась немецкая 125-я пехотная дивизия. Подступы к городу, его кварталы и порт представляли собой единую систему обороны как с суши, так и с моря. Противник построил здесь около 500 различных оборонительных сооружений, оборудовал хорошо защищенные артиллерийские и минометные позиции, доты и дзоты, выставил более 30 тыс. мин и фугасов, на входе в бухту установил боносетевое и минные заграждения. Кроме того, подходы к порту со стороны моря прикрывали береговая артиллерия, многочисленные минометные и пулеметные точки.

Чтобы сломить столь мощную оборону, недостаточно было только создать превосходство в силах на главных направлениях удара, тщательно продумать всю организацию операции и спланировать тесное взаимодействие участвовавших в ней сил. Надо было придать личному составу соответствующий боевой настрой. На это ориентировалась партийно-политическая работа, активно и целеустремленно проводившаяся командирами, политорганами, партийными и комсомольскими организациями во всех соединениях, частях и на кораблях. С этой целью проводились партийные и комсомольские собрания. Политработники, парторги, комсорги и агитаторы получали рекомендации, как организовать партийно-политическую работу на переходе к пунктам высадки и в бою. Моряки-агитаторы выступали в общевойсковых частях и делились опытом, приобретенным в десантных операциях. Перед посадкой в частях и на кораблях выступили командующие фронтом, 18-й армией, флотом, члены Военных советов и другие руководящие работники. [215]