Наталья Баранова-Шестова - Жизнь Льва Шествоа (По переписке и воспоминаниям современиков) том 1

Ты, Герман, спрашиваешь, о чем еще для «Совр. Зап.» писать. Вот тебе две темы: 1) Книга Шлецера о Скрябине

2) «Окно» — журнал Цейтлиных, который или уже вышел в Берлине, или на днях выйдет. Обе темы очень благодарные. Но только нужно поставить себе за принцип: искать не недостатков, а достоинств. Особенно со Шлецером. Я видел его книгу — по-моему, очень хорошая. Может, ты в чем и не согласен с ним — сказать можно. Но необходимо отметить настоящие заслуги книги — особенно ввиду того, что сейчас Шлецер переживает очень трудное время. Чем больше ты похвалишь, тем будет лучше. Об «Окне», в котором собраны все почти, живущие в Париже писатели — тоже интересно написать. Но, ради Бога, не брани Мережковского. И побольше поговори на тему, что нопреки надеждам большевиков, русская литература за границей живет и крепнет. (Это сделай для моей души). Так что вот тебе темы — пиши. Я думаю, что ты скоро прин/…?/ «Совр. Зап.» и будешь необходимым сотрудником для них. И постарайся об этих обеих книгах дать отзывы положительные. У нас ничего особенного — Анна все ищет квартиру…

Я кончаю работу о Паскале — и потому привязан пока к Парижу. Хорошо, если работа удастся. [Париж, 30.03.

1923].

Напомню еще раз Герману, чтобы он написал о книге Шле- цера о Скрябине, и об «Окне». Только не нужно бранить — нужно разыскивать хорошее и главное, поддерживать мысль, что русская литература за границей не гибнет, как хотят того большевики, а борется и живет. Это по каждому поводу нужно говорить. Вся литература (даже сочувствующая большевикам) перекочевала за границу и здесь живет, а в России пропадает. (Париж, 5.04.1923).

Работу о Паскале Шестов закончил 8.04.1923 (дата на рукописи). О книге Шлецера (см. стр.188–189) Ловцкий написал рецензию, которая была опубликована в «Современных Записках» № 16, [июль] 1923. Об «Окне» рецензию написал не Ловцкий, а Шлецер. Шлецер пишет Шестову:

ГIIB'И

Я писал уже вам, что получил «Окно». Успел только просмотреть. Превосходный номер. Очень хорош Куприн и Ремизов. Зайцев — не изменился: поэтичный и «водянистый».

Бунин не из лучших. Помните, он у вас читал этот рассказ [ «Безумный художник»]. Ваши афоризмы прочел прежде всего. Два из них в особенности взволновали меня, может быть, по личным… мотивам: «liberiumarbitrium» и «познай самого себя». Читал и перечитывал и все открывал новое, может быть, и такое, о чем вы не думали…

Возвращаюсь к «Окну». Мережковского начал только читать: отдельные замечания прелесть и язык выразительный, живой. Но как только начинается теоретизирование, слышен скрип механических ножниц — один, два, три…

Не выношу. (От Шлецера, Монте-Карло, 27.04.1923).

Рецензия Шлецера появилась в «Современных Записках» под заглавием «Окно. Трехмесячник литературы», в том же номере, что и рецензия Ловцкого о книге Шлецера. Совет поговорить на тему, что «русская литература заграницей живет и крепнет», Шестов, без сомнения, дал и Шлецеру, но ни Шлецер, ни Ловцкий им не воспользовались. В своей рецензии о первом номере «Окна», вышедшем, вероятно, в марте 1923 г., Шлецер пишет:

Отбор в нем производился по крупным, знаменитым именам и получилось действительно блестящее оглавление, в котором соседствуют Бунин, Бальмонт, Зайцев, Мережковский, Шестов, Куприн, Ремизов… На обложке читаю: «Париж 1923 г.». Но если бы написано было: «Петербург 1913 г.», все, думаю, поверили бы.

В конце рецензии Шлецер говорит об афоризмах Шестова, опубликованных в «Окне»:

Шестовский афоризм, в сущности, не начинается и не кончается: первые же фразы его погружают нас в самую глубину потока, последние же не выводят нас на берег, устойчивый и крепкий, но бросают на пол-пути. Точно так же, впрочем, написаны и книги Шестова: они не построены, в них нет фундамента и завершающей башни, но они органически вырастают и как все живое, — не замкнуты в себе. («Современные Записки», № 16, стр.418 и 419).

После окончания работы о Паскале (апрель 1923 г.) надо было следить за ее переводом. Шестов пишет Ловцким:

У меня сейчас все-таки много работы. Нужно редактировать и корректировать статью о Паскале и [статью] о Спинозе (пойдут в М. deF. 1-го и 15-го июня), читать лекции, редактировать итальянский перевод (кончаю уже) и мелкие всякие заботы. Но все же меньше, чем прежде было, и глаза немного отдыхают. (Париж, 8.05.1923).

Но вскорости оказалось, что статья о Паскале для журнала слишком длинная. Об этом Шестов сказал Дю Босу, который ему пишет:

VoulezvousainsiqueMadameChestovnousfairelegrandplaisirdevenirprendreletheicilemardi 29 Maia 5 heures. Vous retrouverez les Daniel Halevy et les Robert de Traz (le directeur de la Revue de Geneve) qui seront ravis de faire votre conaissance. J'ai parle a Daniel Halevy de votre Pascal dont il nTa dit que sans pouvoir, bien entendu, prendre d'engagement a Tavance il serait en tout cas heureux de lire le manuscrit. Vous pourrez vous entendre avec lui a ce sujet chez moi. (Paris, 21.05.1923).

Галеви, директор серии «Зеленые тетради» в издательстве «Грассе», принял работу Шестова. Договор был подписан 18 июня 1923 г. Шестов сообщает Ловцким:

Работы я окончил — но теперь нужно их пристраивать и по-русски и по-французски. И меня никто заменить не может. Сейчас пойдет в Мег. deFranceв паскалевском номере (15-го июня) моя статья о Декарте и Спинозе. Статья о Паскале вышла для журнала слишком большая: она выйдет отдельным изданием, как книга. Но должна выйти не позже 1-го июля: приходится спешно редактировать, корректировать и т. п. И еще в таком же роде

масса дел. (Париж, 2.06.1923).

Сейчас заканчиваю все мои дела. Уже вышел номер «Мег. deFr.» [15.06.1923] со статьей «Декарт и Спиноза», и я получил за нее расчет. Через 10 дней выходит от-

дельной книжкой «Философия Паскаля» (у Grasset) статья вышла для «М. deF.» слишком большая и пришлось выпустить отдельным изданьем… В понедельник получу расчет у Grasset. Лекции закончились. Так что я свободен от своих собственных дел. Мне только нужно еще неделю прожить, чтоб дела Гершензона закончить. Так что числа 27, 28, если с визой устроится, я выеду. Хочу поехать в Кельн (написал MarcanVerl.), оттуда на пароходе в Висбаден — а из Висбадена в Берлин. Так что в начале месяца буду в Берлине. Поблагодарите за меня Д-ра Эйт. Буду, конечно, очень рад прожить у него, сколько позволят нремя и обстоятельства…

Таня и Наташа совсем тонут в разных страшных науках. И Анна экзаменуется, чтоб иметь диплом французской массажистки. Это даст ей право практиковать и, может быть, заработки. Она и теперь понемногу зарабатывает. Курс массажа обошелся ей в 500 фр. — но она все эти деньги уже покрыла из своих заработков и теперь понемногу (франков 50 н неделю) вырабатывает, что ее необыкновенно радует. Я не думаю, что ей удастся очень много, но франков 400–500 в месяц может и будет зарабатывать: и это тоже немало значит. Работает она очень много: и по массажу, и по больным бегает, и по хозяйству. Это тем более хорошо, что она нашла работу — еще потому, что ведь мои заработки пока случайны. А тут еще «Совр. Зап.» стали меня очень жать. Не дают места. Видно, у нас с тобою, Герман, общая беда: и тебя и меня теснят. Я не знаю, где мне пристроить «Паскаля». «Совр. Зап.» все хотят, чтобы я им писал на публицистические темы. Я бранюсь с ними, но толку выходит пока мало. Когда приеду, поговорим об этом. Хорошо было бы, если бы я мог в Берлине прочесть о Паскале. Не знаю, к кому обратиться. (Париж, 16.06.1923).