Евгений Велихов - Я на валенках поеду в 35-й год... Воспоминания

М. В. Ковальчук задумал и реализовал еще одну великолепную идею: создание Центра четырёх ключевых технологий XXI века — Био, Нано, Инфо и Когнитивной — как в Курчатовском институте, так и в Московском физико-техническом, реформировав в том же направлении и Отделение информационных технологий РАН. При этом на новый уровень поднялась роль института в таких направлениях, как ядерная наука и промышленность; развитие термоядерных исследований в России; реализация проекта ИТЭР в мире; развитие фундаментальных исследований в таких областях, как кваркоглюонное состояние вещества с температурой в несколько триллионов градусов, для измерения которой мы создали соответствующую технику нейтринных исследований и исследований в области слабых взаимодействий, в астрофизике, медицине, физике конденсированного состояния и лазерной физике, подкреплённые разработками в области сверхпроводимости и технологии разделения изотопов, плазмохимии. Все эти программы подкреплены соглашениями с ведущими центрами о научном и технологическом сотрудничестве и совместном создании и использовании крупнейших экспериментальных установок и комплексов. В результате Указами В. В. Путина и Д. А. Медведева Курчатовский Центр определён совместно с ядерными институтами РАН и Росатома в качестве пилотного федерального центра прикладных и фундаментальных исследований нового типа.

Существенной частью моей жизни стала Общественная палата Российской Федерации. В формулировании идеи создания ОП я не участвовал и был приглашён В. В. Путиным уже на этапе её создания. Пост секретаря Палаты мне предложил Д. А. Медведев, мы обсудили объём моих обязанностей с учётом уже имеющихся, и я согласился. С одной стороны, я всегда испытывал чувство ответственности перед моими дедами, отдавшими свои жизни за выполнение гражданского долга. С другой — у меня был довольно большой опыт работы в рамках гражданского общества, как по линии ограничения вооружений, так и в области дополнительного образования школьников, о котором я уже писал, а также продолжительная деятельность в Президентских советах. Работа в Фонде за выживание и развитие человечества позволила мне познакомиться с международным опытом функционирования неправительственных организаций. Сама идея неправительственной организации сетевого типа — неиерархической и добровольной, объединяющей абсолютно равноправных и независимых граждан на основе идеи служения обществу, — мне импонировала. Именно по этим причинам я дал свое согласие.

Сейчас закончился второй срок моей деятельности в качестве секретаря Общественной палаты РФ, поэтому можно подвести некоторые итоги. Я не буду рассказывать о принципах функционирования самой Палаты, это легко узнать на сайте oprf.ru, но прежде всего хочу отметить следующие особенности, отличающие Палату от похожих организаций как у нас, так и за рубежом. Прежде всего, несмотря на принципы выбора членов, члены Общественной палаты не представляют никого, кроме самих себя как личностей. Им запрещено участие в политических организациях, они не получают ни заработной платы, ни каких-то других материальных выгод, им не гарантирована ни поддержка СМИ, ни какие-то правительственные преференции, они не имеют особого юридического статуса или иммунитета. Конечно, общество обращает на них внимание и создаётся некий общественный статус, но, в общем, это пример чистого альтруизма. А обязанности на них Закон накладывает — это и подготовка ежегодного Доклада о состоянии гражданского общества, и участие в Общественных Советах при правительственных ведомствах, участие в экспертизе законов и подзаконных актов, работа в различных комиссиях и многое другое. Общество явно возлагает на членов Палаты ответственность за политическое, экономическое, моральное и нравственное состояние страны в различных сферах — от бытовых до глобальных. Внимание на Общественную палату обращают, войти в нее стремятся, и аналогичные палаты сами по себе возникают как в регионах, так даже и на муниципальном уровне.

Я не хочу идеализировать Палату, но, в то же время хотел бы обратить внимание на её уникальные свойства, чуждые нашему прагматичному, жестокому и циничному веку, который мы так часто и справедливо ругаем. Работа в Палате позволила мне познакомиться, во-первых, с замечательными российскими общественными деятелями, которыми богата Россия, а во-вторых — с реальными проблемами общества, начиная с основного, муниципального уровня, где гражданин сталкивается с властью чиновников и денег. Конституция даёт полную власть гражданину, но и все предыдущие конституции её декларировали. Однако, по-прежнему справедлива шутка-разговор обывателя с юристом. Первый спрашивает: «Я имею право…» Юрист, не дожидаясь конца вопроса, твёрдо отвечает: «Имеете».

— А могу ли я…

— Не можете.

Мы живём в смутном времени адской смеси дикого капитализма с остатками крепостного права и социалистической утопии. Власть, объединившись на муниципальном уровне всё ещё во многом с криминальными деньгами, захватила общественную собственность и яростно охраняет её как от государства, так и от обывателей. Я думаю, что миссия Общественной палаты состоит, в том числе, и в освобождении общества от этих пут в союзе с законодательной, исполнительной и судебной властью. Это длительный процесс, как показывает опыт всех стран, он требует упорства, терпения и определённого культурного уровня как властей, так и обывателей. Именно на этом фундаменте выстраиваются остальные проблемы, волнующие общество: физическое и духовное здоровье, образование и наука, безопасность и благосостояние, изменение образа жизни (открытость), переход от диктата телевидения к Интернету, демография, проблемы отцов, детей и внуков, глобализация и ксенофобия, разрешение конфликтов труда и капитала, в обсуждение которых вовлечены члены Палаты. Общественная палата как одна из форм организации гражданского общества прорастает вширь — по регионам — и вглубь, превращаясь в форму самоорганизации. Мы естественно вошли в международное объединение общественных палат и похожих общественных организаций. Мне кажется, что наряду с ООН такое горизонтальное независимое от властей объединение постепенно приобретает вес. И хотя, как говорил поэт, до «здравого русского веча Вам еще, государи, далече!», будем надеяться, что человечество достойно и благополучно проживёт положенный ему срок на этой планете.

Что же касается истории гражданского общества в России, то кроме хорошо известных событий, когда именно гражданское общество сыграло историческую роль (например, народное ополчение под руководством Минина и Пожарского; народное вече в Новгороде и др.) — нам надо обратиться к менее известным фактам, таким, как создание Екатериной Великой комиссии по подготовке Уложения 1767 года (упоминаемом выше в связи с именем возглавившего комиссию Александра Ильича Бибикова), работающей по специальному Наказу Императрицы. Очень интересны принципы выбора в комиссию. Они были всесословны и по сути близки к принципам избрания в очень влиятельный Социальный и экономический Совет Франции только с той разницей, что Бибиковская комиссия была создана на 200 лет раньше! Советские историки (БСЭ) пишут, что комиссия провела 200 заседаний, на которых откровенно говорилось о всех проблемах российского общества, включая крепостное право. Интересен тот факт, что во время заседаний за ширмой сидела Императрица, которая слушала и делала соответствующие выводы. Так что связь с высшей властью Империи была самая непосредственная. Как всё это отразилось в ранней деятельности Александра I, законотворчестве М. М. Сперанского, конституциях декабристов и судьбах России? Я бы очень хотел проследить эту мировую линию истории России, но, боюсь, мне не хватит ни квалификации, ни срока, отпущенного мне судьбой.