Нестор Козин - Гвардейцы в боях

Значительный вклад в разгром врага внесла и 52-я гвардейская стрелковая дивизия. В уличных боях, очищая город от фашистов, части дивизии в период с 22 апреля по 2 мая 1945 года, преодолевая сильное огневое сопротивление противника, прошли свыше 20 километров, заняли более 120 кварталов и улиц и 3 мая вышли на правый берег Шпрее.

В результате наступательных и оборонительных боев гвардейцами 52-й дивизии совместно с приданными средствами усиления с 16 апреля по 3 мая 1945 года было убито и ранено 2755 и пленено 6495 фашистских солдат, и офицеров, в том числе два генерала. Уничтожено и захвачено большое количество боевой техники, имущества и военного снаряжения.

За это же время дивизия потеряла убитыми 439, ранеными 1761 солдата и офицера.

Верховный Главнокомандующий в приказе от 2 мая 1945 года 1-го Белорусского фронта под командованием Маршала Г. К. Жукова и 1-го Украинского фронта под командованием Маршала И. С. Конева, завершившим полный разгром Берлинской группы немецких войск, объявил благодарность. Частям и соединениям, наиболее отличившимся в боях за овладение Берлином, в их числе и 52-й гвардейской дивизии было присвоено наименование «Берлинские». Дивизия была награждена третьим орденом — орденом Кутузова 2-й степени.

8 мая 1945 года представителями немецкого верховного командования в Берлине был подписан акт о безоговорочной капитуляции.

Победа! Как ждали этого момента солдаты и командиры, весь советский народ! И они пришли к этому великому победному часу, отстояв свободу и счастье своей Родины и освободив народы Европы от коричневой чумы фашизма.

…Закончена война. Берлинская тишина нас как-то оглушила — настолько непривычной она показалась! Трудно передать то душевное состояние, в каком находился советский воин-победитель. Гордость, торжество и ликование переполняли сердце каждого. То тут, то там раздавались оружейные залпы — каждый полк, каждое подразделение по своему усмотрению салютовали в честь одержанной победы. Но что это по сравнению с артиллерийской канонадой, залпом орудий и оглушительным разрывом тяжелых бомб!

Берлинцы вышли из подвалов, убежищ, глубоких ям, откапывали свои семьи. Они брели по улицам — кто к своим чудом уцелевшим домам, кто в поисках хоть какого-нибудь приюта. Тысячи людей разбирали ими же сооруженные баррикады, заваливали большие воронки, подметали улицы.

Узкими улицами, маневрируя среди развалин и битого кирпича начальник политотдела полковник В. Е. Горюнов, начальник штаба дивизии подполковник Я. Д. Емельянов и я на автомашинах едем к центру города, в район бывших правительственных учреждений фашистской Германии. И вот мы у здания имперской канцелярии. Здесь уже полно наших солдат и офицеров.

Через проем двери, заваленный книгами, из которых была сделана баррикада, входим в здание, занимавшее целый квартал. Ходим час, другой — ни одной уцелевшей комнаты. Толстые стены пробиты снарядами тяжелых пушек, в потолках с железобетонными перекрытиями зияют огромные дыры. Всюду на паркетных полах валяются разбитые люстры, бумага, папки.

Один из солдат подходит ко мне:

— Товарищ генерал, хотите сувенир? — и подает немецкий высший офицерский орден, который в свое время в торжественной обстановке вручал сам фюрер. Теперь такие ордена валяются, как хлам, под ногами на пыльном полу рейхсканцелярии.

— Где же последнее время жил Гитлер? — спрашивают солдаты друг у друга.

Знающие отвечают:

— Здесь же, но под землей.

Выходим на площадь и попадаем в имперскую канцелярию с боковой стороны. Небывалого размера вестибюль, из него лестница ведет в гитлеровское логово. Еще раз огибаем здание и попадаем в другой отсек подземелья из нескольких этажей с огромным количеством комнат.

Нам говорят, что последние несколько дней здесь жили Гитлер, Геббельс, Риббентроп.

В этот же день мы были в рейхстаге, разрушенном не менее, чем рейхсканцелярия. Все уцелевшие части стен уже были испещрены множеством надписей наших воинов.

…Как-то звонит мне командир 12-го гвардейского стрелкового корпуса генерал-майор А. А. Филатов:

— Товарищ Козин! Торжество победы старший офицерский состав корпуса решил отметить в вашей дивизии как первой вошедшей в Берлин.

— Возражений нет, товарищ генерал-майор.

На это торжество прибыли командир 23-й гвардейской стрелковой дивизии генерал-майор П. М. Шафаренко, командир 33-й стрелковой дивизии генерал-майор В. И. Смирнов, их заместители и другие старшие офицеры.

И вот в тот вечер мне было сообщено то, чего никогда не забуду…

После второго тоста адъютант старший лейтенант Трехалов вручает генерал-майору А. А. Филатову телеграмму. Тот прочитал, встал:

— Товарищи офицеры! Это телеграмма от командующего нашей 3-й ударной армии генерал-полковника В. И. Кузнецова. В ней говорится, что на основании решения штаба 1-го Белорусского фронта командир 52-й гвардейской стрелковой дивизии Нестор Дмитриевич Козин с группой своих гвардейцев направляется в Москву на парад Победы.

Читатель легко поймет мое состояние, мои чувства, которые я испытывал после такого сообщения, — быть участником парада Победы в Москве на Красной площади!

От каждого фронта и флота на парад посылалось по одному сводному полку, в который включались герои из героев.

По одному полку от фронта! Это совсем немного. Ведь героев, бесстрашных и смелых воинов, были тысячи, десятки тысяч. И тем выше была честь быть участником этого исторического торжества.

И вот 24 июня 1945 года. Столица нашей Родины Москва встречала и чествовала своих воинов-победителей, воинов-освободителей. Нашим сводным полком, состоявшим из рот по числу армий 1-го Белорусского фронта, командовал командир корпуса генерал-лейтенант И. П. Рослый. 9 часов 59 минут. Взоры каждого участника парада устремлены на ворота Спасской башни. Кремлевские куранты бьют девять, и на десятом ударе из Кремлевских ворот на белом коне верхом выезжает принимающий парад Маршал Советского Союза Г. К. Жуков и командующий парадом Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский.

Аплодисменты москвичей и гостей переходят в долго не смолкающую овацию, особенно она была мощной, когда Г. К. Жуков произнес:

— Поздравляю вас с победой советского народа и его Вооруженных Сил над немецко-фашистской Германией…

По всей Красной площади прокатывается многократное победоносное солдатское «У-ра-а-а!»

После парада и приема правительством мне удалось встретиться с теми, с кем еще и раньше, до войны, пришлось вместе служить, начинать свой нелегкий солдатский путь. Они тоже прошли путь от Москвы до Берлина. И какая это была великая радость!