Семен Будённый - Пройдённый путь (Книга 2 и 3)

Активность 2-й польской армии в направлении Млинова и форсирование ею Стыри, конечно, тревожили нас, но не настолько, чтобы отказаться от разгрома группы Крайовского. Поэтому задачи главной группировке мы оставили в силе. Литунову же приказали ликвидировать переправившегося противника.

И ночью бои продолжались с прежним ожесточением. 134-я стрелковая бригада овладела фортом Тараканово, пленив около двух батальонов противника и захватив 4 орудия и 40 пулеметов. В темноте удалось бежать лишь коменданту форта с небольшой группой солдат.

Части Осадчего заняли Кременец. Группа генерала Шиманьского, оборонявшая город, понесла большой урон. А ее 105-й пехотный полк потерял свыше 75 процентов своего состава.

Но главными героями ночных боев оказались бойцы Литунова. Они обратили в бегство четырехтысячный отряд противника, форсировавший реку Стырь, и захватили в плен свыше 500 человек.

К исходу 21 июля Дубно-Кременецкий район был полностью очищен от противника. 18-я пехотная дивизия генерала Крайовского, группы генерала Шиманьского и полковника Ясинского, потерпев поражение, в беспорядке отошли к Радзивиллову и Бродам. Наши 6, 11-я кавалерийские и 45-я стрелковая дивизии, преследуя неприятеля, вышли на реку Пляшевка от впадения ее в Стырь до железной дороги Радзивиллов - Дубно. Кавгруппа Осадчего выдвигалась западнее Кременца, угрожая правому флангу врага.

Но если мы обезопасили свой левый фланг, то на правом назревала новая угроза. Из захваченных у неприятеля оперативных документов и показаний пленных стало известно, что польское командование, считая уже определившимся движение советской конницы на Львов, спешно перегруппировывало главные силы 2-й армии к югу. Оно еще не теряло надежды ударом в направлении Млинов Броды разрезать фронт Конармии и соединиться с 6-й армией. В частности, мы установили выдвижение 3-й дивизии легионеров вместе с приданным ей 65-м пехотным полком в район Красного. Южнее Красного наши разведчики тоже обнаружили сосредоточение крупных сил пехоты и кавалерии противника.

После того как части генерала Крайовского были оттеснены к Бродам, главную опасность для нас представляла 2-я польская армия. Именно она могла помешать нашему наступлению на Грубешов - Люблин.

Обсудив обстановку, мы решили окончательный разгром отступивших к Радзивиллову и Бродам войск возложить на 11-ю кавалерийскую, 45-ю стрелковую дивизии и кавгруппу Осадчего. Главные же свои силы сосредоточить против 2-й польской армии, чтобы, отбросив ее, двинуться к Люблину.

Конкретно в приказе по армии задачи дивизиям выглядели так: 14-й кавалерийской выдвинуться к переправе через Стырь у Липы и Вербени, 4-й форсировать реку на участке Красное - Берестечко и захватить плацдарм на западном берегу, а 6-й - выйти в район Берестечко - Шуровичи. 24-й стрелковой дивизии предстояло форсировать Стырь, взять Луцк, затем продолжать наступление на запад, угрожая левому флангу 2-й польской армии.

Уже 22 июля 6-я и 14-я дивизии овладели переправами на Стыри, а 4-я захватила небольшой плацдарм на западном берегу реки.

Пока мы наступали у Стыри, генерал Крайовский двинул свою дивизию в контрнаступление. 11-я кавалерийская под натиском пехоты и танков вынуждена была отходить. Ночью противник занял Козин, Боратин, Ситное и Иване Пусте.

В 12 часов следующего дня Ф. М. Морозов прислал донесение. Он опасался, что дивизия не выдержит атак, и просил помощи.

Успешные действия наших войск на Стыри ликвидировали угрозу со стороны 2-й польской армии. Поэтому мы приказали Тимошенко оставить одну бригаду в занимаемом районе, а главными силами атаковать противника на рубеже реки Пляшевка, овладеть городом Броды, а затем через Радзивиллов нанести удар в тыл дивизии генерала Крайовского.

Мы с С. А. Зотовым и адъютантом П. П. Зеленским выехали в 11-ю дивизию.

Наши кони легкой рысцой трусили на юг по дороге, разбитой колесами и снарядами. А навстречу непрерывным потоком тянулись повозки с ранеными. И потому, что их было очень много, мне стало как-то не по себе.

На повороте у ручья от общего потока отделилась крестьянская телега. Пожилой, с перевязанной головой боец начал выпрягать лошадь. Мы подъехали к нему:

- Что, конь притомился?

- Да нет, товарищ командарм, напоить надо, - ответил боец, здороваясь.

- А кого везете?

- Комбрига.

- Почему же у него ноги пятками кверху?

- Это можно поправить. Видно, на ухабе перевернулись, - помрачнел боец, сдвигая в сторону одеяло.

В окровавленной одежде, бледный как полотно, на телеге лежал командир 1-й бригады 11-й дивизии Василий Эрнестович Вильмут. При виде искалеченного тела сердце у меня защемило. Как безжалостна война! Всего лишь день назад я встречался с этим тогда еще цветущим человеком. Он был молод и любил жизнь. Мечтал после победы учиться в Академии Генерального штаба, и эту мечту вместе с жизнью оборвала вражеская пуля.

В штабе дивизии нам сообщили, что Ф. М. Морозов находится в 3-й бригаде. Туда мы и направились.

Начдив встретил нас возбужденный, раскрасневшийся. Он только что водил бригаду в контратаку и участвовал в жаркой рубке. На высотах севернее реки Пляшевка и сейчас кипел бой. Натиск польской пехоты отбивали контратаками спешенные части 11-й дивизии. У Морозова участвовал в бою даже резервный полк, но и это не остановило противника. Надо было немедленно вводить 6-ю кавдивизию, причем не. две бригады, как решено было раньше, а полностью.

Я направил к С. К. Тимошенко посыльного с распоряжением срочно перебросить в район Хотына последнюю бригаду. Он должен был возглавить ее и вместе с 31-м кавполком атаковать противника во фланг. Военкому дивизии П. В. Бахтурову предстояло с тремя полками - 32, 35, 36-м - наступать в южном направлении и овладеть городом Броды.

Мы с Зотовым рассчитывали до утра остаться в 11-й дивизии, но из штаба сообщили, что поступила важная директива, и пришлось возвращаться.

Приехали в Дубно около полуночи. В полевом штабе было оживленно. Здесь собрались Ворошилов, Минин, Клюев и Орловский.

- Ну что тут у вас нового? - поинтересовался я.

- Да вот читайте, - протянул мне Климент Ефремович директиву фронта.

В ней говорилось: "Перед армиями Западного фронта противник в полном отступлении. Части Западного фронта заняли Гродно, форсировали р. Шара, заняли Слоним и подходят к Пинску. Перед армиями Юго-Западного фронта противник оказывает весьма сильное сопротивление, при этом особенное упорство проявляет на путях к Львову. В целях окончательного разгрома польской армии, в связи с задачами, данными армиям Западного фронта, 12-й армии, овладев в кратчайший срок Ковелем и выставив заслон в сторону Бреста, развивать главный удар самым решительным образом в общем направлении Холм Красник - Аннополь. Холм занять не позднее 4 августа и переправы через Вислу и Сан в районе Аннополь - Ниско 15 августа.