Александр Бондаренко - Подлинная история «Майора Вихря»

Что тут скажешь? Надёжный рабочий парень, срочную служил — в общем, на такого вполне можно положиться. Ведь заваруха там, на польской территории, судя по рапорту командира опергруппы, такая шла, что слабодушные и неподготовленные люди никак бы не выдержали. Вчитаемся в эти строки:

«07.04.44 г. Отошли на север и заняли оборону у н. п. Ксаверув (в 25 км юго-вост. г. Холм). С 12.00 часов немцы начали наступление на нашу оборону, которую держали командиры отрядов тт. Ляпушкин и Салимонов, с южного и северного направлений, имея задачу нас окружить и уничтожить. После продолжительного боя, к 18.00 часам, немцы были разбиты и разогнаны. Противник применил авиацию. В этих налётах принимали участие 6 пикирующих бомбардировщиков и 2 самолёта типа Фокке-Вульф. Бомбардировка длилась до наступления темноты.

Огнём ручных пулемётов и ПТР, которым руководили тт. Готальский С. И. и Ободовский Е. А., были подбиты самолёты: 1-го типа Фокке-Вульф и Ю-87. Фокке-Вульф подбил из ПТР т. Кропивин и Ю-87 подбил пулемётчик Дорофеев.

При бомбардировке погибли ком[андир] отделения Алексеев, ветврач Травенко, радист Шумилов и боец Трифонов.

В ночь на 08.04.44 г. была выслана конная разведка во главе с командиром отряда т. Салимоновым Б. А. на шоссе Холм — Грубешув, которая обстреляла засаду немцев на шоссе в р-не юго-зап. н. п. Анджеюв.

В эту же ночь отряд расположился и занял оборону в лесу у н. п. Липинки, что 25 км юго-вост. Холм.

Днём, с 10.00 часов, немцы пошли в наступление, предварительно выслав на Липинские хутора разведку до 40 человек.

Отряд т. Салимонова, допустив немецкую разведку вплотную, открыл шквальный пулемётно-автоматный огонь. Разведка была полностью уничтожена. В дальнейшее наступление немцы пошли крупными подразделениями. Бой длился непрерывно до 11 часов, до ночной темноты. Немцы переходили в атаки в 3-х направлениях. На главных направлениях руководство осуществляли тт. Салимонов Б., Ботян А. и Таранченко И. М.

В бою отличились пулемётчики тт. Боритько, Черепанов, Грищенко и т. т. Пич, Минаев и Лапенко.

В результате боя немцы потеряли только убитыми свыше 100 чел. солдат и офицеров. Взято в плен 21 чел. и трофеи — большое количество снаряжения и обмундирования.

Наши потери — героически погибли тт. Румак и Афанасьев.

На шоссе Черниюв — Анджеюв — Побеловице, что юго-вост. Холм 15 км, установлены 4 мины и 1 фугас.

Минировали тт. Сафронов, Червяков, Велижанин, Колбасов, Винокуров, Латышев и Сергеев».

Анализируешь этот отрывок и просто поражаешься! За два дня опергруппа дважды была окружена гитлеровцами, но оба раза сумела прорваться, хотя силы ей противостояли нешуточные. Уж если в разведку враг посылает 40 человек, то сколько же остаётся позади? Про то, что лишь в одном бою было убито свыше ста офицеров и солдат противника, командир, может, случайно и немного преувеличил, ведь пойди сосчитай точно, сколько их там полегло, зато в том, что взят 21 пленный, никакого сомнения быть не может. По каждому из пленных информация сообщалась в Москву. Да и про два сбитых самолёта, истребитель и бомбардировщик, тоже никто бы сочинить не мог. Тем более что отважным бойцам товарищам Кропивину и Дорофееву, вышедшим победителями из поединков с утюжившими наши позиции крылатыми чудовищами, полагались ордена.

Обратим внимание на то, что имя нашего героя уже появляется в числе командиров, «ключевых фигур». «Звёздный час» Алексея Ботяна приближался.

«При сложившейся обстановке, из-за непрерывных, фактически, бомбардировок, нам приходилось идти ночью, — рассказывает Алексей Николаевич. — Наша задача была как можно скорее уйти от границы, вглубь польской территории. Проблемы возникали, когда кто-то из бойцов получал ранение. Приходилось обращаться за помощью к местным жителям, в основном — к священникам. Это, всё-таки, люди совестливые…»

Тогда Ботяну — а именно ему чаще всего приходилось общаться с местным населением — пригодилось не только его идеальное знание польского языка, но и тех католических молитв, которые он запомнил в детстве. Нет смысла уточнять, что когда говоришь с человеком на одном языке — и не только в прямом, буквальном смысле слова, — то взаимопонимания достигаешь гораздо быстрее и легче добьёшься того, чего тебе надо. Умение, необходимое для разведчика! А плюс к умению необходимо ещё и личное обаяние, чтобы сразу суметь расположить к себе любого собеседника. Этим качеством, как мы знаем, Алексей Николаевич наделён в самой полной мере. Пять минут с ним пообщаешься и чувствуешь, — ну прямо-таки родной человек! Очень доброжелательный к собеседнику, внимательный, откровенный, хотя это, последнее, до определённого предела.

Успехи отряда майора Карасёва поражают, но только до того момента, пока не познакомишься с общей оперативной обстановкой и не поймёшь, что это была всего лишь капля в море общих результатов.

«Только с декабря 1943 г. по апрель 1944 г. партизанские и диверсионные группы совершали в месяц от 6264 до 7070 различных акций, то есть более 200 в день. За пять месяцев партизаны убили и ранили 2312 немецко-фашистских солдат и полицейских».[271]

Хотя, прямо скажем, «капелька» сразу получилась весомой: два сбитых самолёта; за один только день — более 140 уничтоженных гитлеровцев и 21 пленный. А ведь это было только начало…

«В ночь с 8 на 9.04.44 г., обманув немцев, совершили манёвр и вышли в массив Стрелецких лесов, что южнее Дубенка 10 км.

После тщательной разведки, в ночь с 9 на 10.04.44 г. сбили заслон на шоссе Холм — Грубешув в районе н. п. Янки и перешли шоссе. Установили на шоссе близ н. п. Ухане 2 фугаса, на одном из которых подорвалась тяжёлая автомашина с 25 немцами. Машину и немцев разнесло на расстояние радиусом около 100 м. Минировали тт. Червяков и Сергеев».

Начинает казаться, что на фронте гитлеровцы чувствовали себя несколько спокойнее, чем в своём собственном тылу. По крайней мере, на передовой они хотя бы знали местонахождение противника…

Но и нашим партизанам было конечно же не легче. Гитлеровцы обкладывали их со всех сторон, атаковали крупными силами, даже используя тяжёлое вооружение и авиацию, устраивали засады на предполагаемом пути следования, делали всё возможное, чтобы определить маршруты их выхода в глубокие тылы врага. Немецкие подразделения буквально висели на хвосте уходящих спецназовцев…

«10.04.44 г. после длительного марша расположились на отдых, заняв оборону в лесу и у н. п. Тжещаны, что западнее н. п. Грубешув 12 км. Немецкие части, шедшие на фронт, продолжая преследование, двигались на нашу оборону из н. п. Тжещаны. Опять допустив немецкую разведку в количестве 50 человек вплотную — расстреляли её шквальным пулемётным огнём. С крупными немецкими частями бой начался в 12.00 и длился в течение 10 часов.