Виктор Фрадкин - Дело Кольцова

Вопрос: Покажите, как, где и когда вы познакомились с Кольцовым?

Ответ: С Михаилом Кольцовым я познакомилась весною 1932 года в гор. Берлине в квартире режиссера Пискато Эрвин, который пригласил к себе на чашку чая ряд писателей, в том числе были приглашены: я — Остен и Кольцов. Во время чая я и познакомилась с Кольцовым Михаилом.

Вопрос: Какие у вас с ним были взаимоотношения?

Ответ: В том-же 1932 году, во второй приезд Кольцова в Берлин, я установила с ним интимные взаимоотношения. И из Берлина с ним приехала в Москву. После этого, я с Кольцовым прожила до октября 1936 года и покинула его.

Вопрос: Расскажите, о других ваших взаимоотношениях с Кольцовым?

Ответ: У меня с Кольцовым были хорошие взаимоотношения. Я помогала Кольцову в его работе. Читала ему книги на немецком языке. Делала вырезки из газет и отсылала через телеграф из Парижа в Москву его статьи в «Правду». Кольцов помогал мне усовершенствоваться в моей журналистической работе. Других взаимоотношений, тем более антисоветских у меня с ним не было.

Вопрос: Вы, за границей с Кольцовым бывали?

Ответ: Да, бывала. В 1933 году я была с Кольцовым в Париже. В 1935 — в Париже, в 1936 году — в Испании. Нужно отметить, в 1936 году до моей поездки в Испанию, я была в Лондоне около месяца, на пленуме писателей.

Вопрос: Расскажите все, что вам известно об антисоветской работе Кольцова?

Ответ: Об антисоветской работе Кольцова мне ничего не известно.

Вопрос: Что вы можете сказать о Кольцове?

Ответ: Мне известно, что Кольцов имел мягкий характер, любил ходить в рестораны, в кафе. В быту был разложившимся человеком.

Вопрос: Как, где и когда вы познакомились с Аненковой Юлией?

Ответ: С Аненковой Ю. Я познакомилась в 1934 году в редакции Д.Ц.Ц. Знакомство это, произошло в связи с тем, что я принесла статью в редакцию.

Вопрос: Какие у вас с ней были взаимоотношения?

Ответ: У меня с Аненковой были хорошие дружеские взаимоотношения. Бывали друг у друга на квартирах. Часто Аненкова проводила ночи у меня на квартире. По всем вопросам своей семейной жизни, я делилась с ней, как с старшим товарищем.

Вопрос: Расскажите, все, что вам известно о Аненковой?

Ответ: Аненкова работала редактором газеты Д.Ц.Ц. Мужа не имела. Жила одинокой. Часто ее в редакции посещали немецкие писатели. За что она была арестована органами НКВД, мне не известно.

Вопрос: Что вам известно о ее антисоветской работе?

Ответ: О ее антисоветской работе мне ничего не известно.

Вопрос: Что вы еще о ней можете сказать?

Ответ: Больше мне о Аненковой сказать нечего.

Вопрос: Приступайте к даче правдивых показаний о своих совершенных преступлениях?

Ответ: Я прошу следствие помочь мне разобраться в совершенных мною преступлениях; так как я сейчас не знаю, что я совершила вражеского против Советского Союза.

Допрос окончен в 1 час 20 мин.

Протокол записан с моих слов верно, мною прочитан: Мария Остен Грессгенер

Допросил: Следователь Следчасти НКГБ СССР

Лейтенант Госбезопасности Копылов

Показания обвиняемого Остен Грессгенер Мария Генриховна «1» сентября 1941 г.

Начало допроса 11. 50

Конец допроса 16. 15

Вопрос: Кто ваши родители?

Ответ: Мой отец — Генрих Грессгенер, немец по национальности до 1913 года жил в провинции Вестфален, занимаясь сельским хозяйством с применением наемной рабочей силы. Жили зажиточно.

В 1913 году, по неизвестным для меня причинам, отец продав свое хозяйство переехал в Восточную Пруссию, в провинцию Познань в район, который после 1918 года стал носить название Гренцмарк, где купил мельницу и 80 гектаров земли. Как и раньше работал сам отец, для обработки земли и ведения хозяйства, применял наемную рабочую силу.

В 1932 году я полностью потеряла всякую связь с семьей и где в настоящее время мой отец и мать мне неизвестно.

Моя мать уроженная Польман Анна, немка, занималась домашним хозяйством помогая отцу по сельскому хозяйству.

Вопрос: По существу, ваш отец являлся помещиком-землевладельцем?

Ответ: Конечно мой отец являлся землевладельцем, но не помещиком, потому что в Германии, по официальной статистике, помещиками считались лица имеющие не менее 200 гектаров земли.

Вопрос: Какое образование вы получили?

Ответ: В 1923 году я окончила в гор. Дойшкроне школу которая не давала полного среднего образования, для окончания полного среднего образования я в 1923 году переехала в гор. Лихтерфельдс (около Берлина) где поступила в Дюрер лиценум. Желая учиться рисованию и живописи я в 1924 году убежала из Дюрер лиценума и поступила учиться в школу по-рисованию.

Вопрос: На какие средства вы жили весь этот период?

Ответ: Весь период моей учебы я получала деньги от родителей. В начале 1925 года я официально должна была окончить Дюрер лиценум и поехать домой, но так как я с 1924 года уже училась в школе по рисованию и не получив удостоверения об окончании среднего образования домой не поехала мне деньги высылать перестали и я была вынуждена поступить работать. В начале 1925 года я поступила работать в санаторий туберкулезных детей около Кельна гор. Беркнольштадт.

Вопрос: Почему вы не вернулись в семью?

Ответ: Я хотела работать в городе и не хотела возвращаться в деревню к отцу, правда в конце 1925 года я на очень короткий срок приезжала домой в деревню, но в 1926 году вновь уехала в Лихтефельдс к сестре, которая в это время училась в Берлине на медицинском факультете Института. Весной 1926 года я поступила работать в качестве ученицы в издательство «Малик», где на разных должностях я проработала до 1932 года.

Вопрос: Когда вы начали заниматься литературными трудами?

Ответ: Первая моя вещь — рассказ, был напечатан в 1929 году издательством «Кипен Гоейер». С этого момента можно считать начало моей литературной деятельности.

Вопрос: За период вашей работы в издательстве Малик с кем вы поддерживали близкие отношения?

Ответ: Очень близкие, даже интимные, отношения у меня установились с одним из руководителей издательства — Герцфельдс Виляндем, кроме этого я поддерживала хорошие отношения с немецким драматургом Бертолем Брехт, с его женой — Еленой Вайгель, с секретаршей Брехт — Маргаритой Штефин, с работниками издательства «Малик»: Эрнстом Ганебум, Бруно Кюн, Альбертом Винцером, и братом Герцфельда — Джоном Герцфельд.