Воспоминания комиссара-танкиста - Николай Андреевич Колосов

залах, то некоторые специалисты советовали нам сделать просто фотомонтажи в современном стиле: оборудовать стеклянные пояса по периметру залов. Мы отвергли эту идею: оформление залов должно было сочетаться с главным экспонатом – живописным полотном. Сделать это было трудно, но неоценимую помощь оказали нам министерства культуры СССР и РСФСР, ведущие музеи страны: Эрмитаж, Государственный исторический музей, Русский музей, Третьяковская галерея, Артиллерийский музей. Вскоре уже мы могли создавать временные выставки. Уже с 1963 года мы стали устраивать их в музее как дополнение к экспозиции. Различные по объему, они имели непосредственное отношение к нашим темам. Проводились у нас и персональные выставки советских мастеров живописи: Кукрыниксов, народного художника СССР Н.Н. Жукова, народного художника России М.А. Самсонова, заслуженного художника РСФСР А.М. Жукова, грековцев[78] и других авторов, творчество которых посвящено подвигу советского и русского народов, героической истории Отечества. Наши передвижные выставки экспонировались во многих краеведческих музеях Московской области, в воинских частях, Домах офицеров, на крейсере «Михаил Кутузов», танкере «Бородино», теплоходах, носящих имена М.И. Кутузова и П.И. Багратиона.

Свои выставки мы направляли и в Болгарию – своему побратиму парку-музею Шипка-Бузлуджа. Несколько интересных экспонатов посылали в музей Наполеона на Кубу.

Большая собирательская работа позволила нам создать новую экспозицию в «Кутузовской избе» – здании, где в 1812 году под руководством М.И. Кутузова проходило заседание военного совета русской армии. Здесь, на знаменитом совете в Филях, были решены судьбы армии, Москвы, России. Значимость экспозиции, созданной научными сотрудниками Г.А. Анисимовой, И.Я. Крайвановой, И.Г. Полонской и всем нашим коллективом, в нескольких словах можно определить так: «Кутузовская изба» стала первым и пока что единственным музеем прославленного полководца.

Нельзя не сказать несколько добрых слов и про библиотеку музея. Недаром ученые-исследователи говорят: создавали библиотеку многие, но особенно плодотворно потрудились старшие научные сотрудники Н.Ю. Шведова и А.М. Попова – истинные знатоки и любители книги. Итогом коллективного творчества стала и наша обширная справочная картотека, по которой можно быстро уточнить вопросы организации армий, частей, сверить биографические данные, навести справки об оружии, обмундировании. Подготовлен календарь военных событий по дням. В общем, это почти что «Энциклопедия войны 1812 года».

И все же центральное место в экспозиции занимает главный экспонат – выдающееся произведение основоположника русской панорамной живописи, панорамного искусства академика живописи Франца Алексеевича Рубо – панорама Бородинской битвы.

Изучению ее создания и воссоздания уделяется нами немало внимания. Работа эта позволяла опровергнуть ряд неточностей в трактовке истории панорамы, выяснить судьбу большинства из 200 картин Рубо. К примеру, в первоначальной справке о панораме утверждалось, что, как только началась Первая мировая война, панорама «Бородино» – как она тогда называлась – была закрыта для посещения. Объяснялось это тем, что Франция являлась союзницей России и не следовало бередить старые раны… Это оказалось выдумкой: панорама функционировала и в военное время, ее даже показывали солдатам, отправляющимся на фронт… Последним днем ее работы стало 26 декабря 1917 года, а в январе 1918-го живописное полотно было снято, скатано на вал, так как временный деревянный павильон, где оно демонстрировалось, пришел в негодность. О строительстве нового здания в те дни не могло быть и речи. Потом же о панораме как-то позабыли – до 1939 года, когда было принято решение о ее воссоздании в ЦПКиО имени М. Горького. Помешала война… Но не прошло и полутора десятилетий после окончания Великой Отечественной войны, страна только-только залечила свои страшные раны, как было решено построить капитальное здание панорамы. Выбрали исторически обоснованное место: неподалеку – Поклонная гора, возле которой Наполеон ждал депутацию «московских бояр» с ключами от города; рядом – «Кутузовская изба»; тут же – могила трехсот русских воинов, умерших от ран, полученных в Бородинском бою. Позже сюда была перенесена Триумфальная арка, воздвигнутая у Тверской заставы в честь победы над французами.

Годы работы на панораме запомнились мне прежде всего множеством интереснейших встреч. Однажды, например, появился в музее генерал армии И.В. Тюленев. Мы пригласили его пройти по залам, но он отказался:

– Не спешите… Я – вроде как разведка.

Оказывается, следом ехал маршал С.К. Тимошенко, председатель Советского комитета ветеранов войны, а за ним – «главные силы» – маршалы К.Е. Ворошилов и С.М. Буденный. Приехали они так быстро, что я даже не успел переодеться в военную форму. Но оказалось, что встречать этих высокопоставленных начальников, прославленных героев Гражданской войны, проще простого. Климент Ефремович поздоровался, представил нам своих спутников, спросил:

– Ну, кто будет рассказывать?

Я назвал себя, предложил свои услуги.

– Давай, – согласился Ворошилов.

Вместе с маршалами приехали ветераны Первой конной армии, в числе которых был и мой давний учитель по академии генерал-майор в отставке И.Г. Зиберов.

Экскурсия была запоминающейся. Ворошилов слушал с большим интересом, спрашивал, уточнял. Когда же речь зашла о действиях конницы – казаков М.И. Платова и корпуса Ф.П. Уварова – в Бородинском бою, то Климент Ефремович начал сравнивать, рассказывать, как в аналогичных ситуациях поступал он сам. Установился чудесный контакт. Потом, как-то сама собой, вспомнилась наша давняя встреча с маршалом в Саратовской бронетанковой школе. Ворошилов и по прошествии стольких лет не забыл, что побывал в нашем училище в начале 30-х годов.

После осмотра маршалы обменялись впечатлениями. Это был очень интересный разговор двух полководцев, народных героев. Затем Климент Ефремович расположился у меня в кабинете и рассказал немало интересного о своем революционном прошлом, о военных делах. Для нашего коллектива это был праздник. В кабинет мой собрались все наши сотрудники, чтобы послушать воспоминания легендарного военачальника.

Гости на целую страницу оставили свой отзыв в Книге почетных посетителей. А на другой день Семен Михайлович привез на панораму внука, сам ему все рассказывал.

Вспоминается и такой случай. Однажды мне сообщил дежурный:

– По-моему, во вводный зал вошел маршал Жуков!

Я – в зал. Точно. Георгий Константинович стоял в первом ряду экскурсии, внимательно слушал рассказ Иветты Яковлевны Крайвановой. Когда группа переходила от одного экспоната к другому, я подошел к маршалу. Он меня узнал, удивился.

Я представился, как в былые времена, предложил:

– Позвольте, товарищ маршал, я вам сам все расскажу!

– Я не один, – Жуков обернулся, – тут жена, дочь.

Повторив свое предложение для них, я повел нашу маленькую экскурсию дальше. Жуков смотрел на все очень внимательно, слушал с нескрываемым интересом. Когда же мы дошли до самой панорамы, то экскурсия превратилась в беседу. Он живо интересовался буквально всем, спрашивал, комментировал. Вопросы его свидетельствовали об очень большой эрудиции. «Да, – подумал я, – это действительно талантище». После экскурсии я предложил полководцу оставить отзыв в Книге почетных посетителей. Жуков улыбнулся.

– Сегодня