Деймон Хилл - Мир Формулы-1 изнутри

Перед этой кучкой людей я кажусь себе Наполеоном перед битвой при Ватерлоо. Когда я думаю о соперниках, мне становится жарко. Alfa имеет в своем распоряжении 90 механиков и 17 грузовиков — а мы?

Вот так вот...

Здесь может помочь только тактика и стратегия. Я размышляю: трасса имеет длину 1635 километров и проходит из Брешии через Болонью, Флоренцию в Рим, оттуда через Абруццию к Адриатическому морю, в Анкону. Потом снова в Болонью, Феррару, Тревизо — и назад, в Брешию. Борьба моторов продлится около 16 часов, на хороших и плохих дорогах, по асфальту и щебёнке, через деревни, города и горные перевалы.

Мой палец движется по карте. Нам придётся заправляться три или четыре раза. Значит нам нужно четыре склада. Но в моем распоряжении только три человека...

Мой взгляд скользит по парням и останавливается на Карло Кумпфе.

— Вам Карло, придется работать за двоих, — говорю я.

Он ухмыляется, — К этому я привык, господин Нойбауэр...

— Склад номер 1 в «Чёрном орле» в Сиене. Карачиолла прибудет туда около 9 утра. Заправка, замена шин. Потом вы должны погрузить все и сразу же назад, в Болонью. Там надо организовать склад для обратного пути. Ясно?

— Абсолютно.

Я вычисляю, — От Сиены до Болоньи 200 километров. Из-за гонки дороги будут забиты, но у вас есть от 6 до 8 часов времени. Этого должно хватить... Я хватаю Карло Кумпфа за пуговицу. — Карло! От вас все зависит! Если вы не доберётесь вовремя до Болоньи, то все пропало!

— Вы можете на меня положится! — клянётся Карло.

Я знаю — он не бросает слов на ветер.

— Хорошо, — говорю я, — Склад номер 2 расположим в Терни, между Римом и Адриатикой. Кюнле, это вы возьмёте на себя.

Кюнле от усердия вытягивается по стойке смирно.

— Прекрасно. Теперь вы, Циммер. Вы организуете склад в Фельтре — примерно за 200 км до финиша. Когда Карач туда прибудет, будет уже темно. Натяните над дорогой бело-синий транспарант Mercedes за 500 метров до склада — как сигнал, чтобы он вовремя остановился.

— Будет сделано, господин Нойбауэр!

12 апреля 1931 года: на рыночной площади Брешии яблоку некуда упасть. Десятки тысяч человек стоят плечу к плечу. Так они стоят в каждом селении по всей Италии — бесконечная стена людей, 1635 километров длинной. Они ждут своих героев, повелителей 1000 миль и 1000 лошадей...

В 14 часов отставной министр Турати опускает зелено-бело-красный флаг. Первая машина выходит на трассу, каждые три минуты за ней следует еще одна. Это гонка против часов, без одновременного старта. Для каждого из 150 гонщиков с момента старта как бы тикает хронометр.

Только ближе к вечеру настала очередь тяжёлых машин. Фавориты: Нуволари... Арканжели... Борзачини... Кампари... Варци...

Против всех этих великих сражается один-единственный немец: Руди Карачиолла. Он незаметно сидит со своим ко-пилотом Себастианом в громоздком Mercedes SSKL. Единственная немецкая машина...

Я еще раз хлопаю Руди по плечу. Чарли посылает ему воздушный поцелуй. И вот взвывает компрессор и машина исчезает. Моя работа сделана. Теперь очередь Руди, только его одного.

— Пойдёмте, — говорит мягкий женский голос, — Выпьем по стаканчику — за победу Руди.

Я смотрю в глаза Чарли, большие, чистые и полные доверия. Мы идем в клуб. Там сидят журналисты, функционеры, руководитель гонки и с нетерпением ждут первых сообщений с трассы.

— Внимание, — говорит репродуктор, — Сообщение из Мантуи... Варци сошёл из-за поломки водяной помпы...

Хорошее начало.

Затем сообщение из Болоньи. В комнате внезапно наступает полная тишина.

— Внимание, — говорит комментатор и его голос звучит странно глухо. — Лидирует... Рудольф Карачиолла, Германия, на Mercedes. Новое рекордное время: в среднем 154,2 километра в час...

От избытка чувств я чуть не бросился Чарли на шею. У итальянцев вытягиваются лица.

— С отставанием на 5 минут на втором месте идет Кампари, — сообщает громкоговоритель, — потом Нуволари... Арканжели... все на Alfa Romeo.

И снова ожидание, бесконечное ожидание. Проходит час и еще половина. Чарли курит седьмую сигарету. Я заказываю вторую бутылку Кьянти.

Наконец — новое сообщение. — Это Флоренция. Мы сообщаем последнее положение в гонке: лидирует по-прежнему немец Рудольф Карачиолла, в пяти минутах перед Нуволари... Кампари... Моранди... Борзачини... Арканжели...

Великолепно, парень! Если так пойдёт дальше, то он первым прибудет в Рим и даже выиграет «Коппа Муссолини»! В мыслях я сижу в машине рядом с Руди, еду в темноту, в ночь, я торможу, выжимаю сцепление, даю газ и вожу указательным пальцем по красной полоске, обозначающей трассу гонки на карте...

Теперь сообщение из Сиены. Мы навостряем уши — и бледнеем. Голос диктора ликует, когда он докладывает: «Внимание... внимание... только что сюда прибыл Тацио Нуволари... следом за ним Кампари... немца Карачиоллу еще не видно...».

Где же Руди? Что с ним случилось? Авария? Поломка? Или...? Я боюсь думать дальше.

Перед въездом в Сиену полон нетерпения ждет Карло Кумпф, механик, белую машину с звездой Mercedes на радиаторе. В десятый раз он смотрит на часы и снова на дорогу. Где же застрял Карач? Нуволари и Кампари уж давно проехали мимо. Секундная стрелка безжалостно двигается. 2 минуты... 3... 4... Вон — высокое пение, которое проникает до мозга костей: компрессор Mercedes! Ангельское пение в ушах Карло. И тут же появляется машина, тормозит, ее немного заносит, останавливается.

— Заправлять! — кричит Руди и поднимает очки, — Заменить задние шины. Быстрее, быстрее!

Карло и так работает как бешеный. Ко-пилот Себастиан выскакивает из машины и помогает.

— Проклятье! — тяжело выдыхает он, — Сломалась выхлопная труба. Пришлось почти десять минут ремонтировать...

Он поднимает правую руку. Она перевязана грязным носовым платком. Карло видит темные пятна.

— У тебя же кровь!

Себастиан кивает, — Я оторвал проклятую трубу прямо рукой, так быстрее. Она была немного горячая...

Еще два, три движения и новые колеса сели на свое место. Руди торопливо проглатывает стакан воды. Взревел мотор. Секундами позже машина уже исчезла за поворотом. Карло Кумпф грузит в свой грузовик шины, инструменты, канистры. У него есть 6 часов, чтобы по забитым дорогом добраться до Болоньи. Карачиолла прибудет туда между полуночью и рассветом — если все пойдет хорошо...

Руди мчится дальше на юг, в направлении Рима. На кону стоит «Коппа Муссолини», почетный приз «Дуче» тому гонщику, который быстрее всех достигнет столицы. Кампари и Нуволари все еще впереди него. Он должен в любом случае догнать обоих гонщиков Alfa-Romeo. И он их догоняет. Метр за метром, минуту за минутой. Это адский путь. Фары светят в ночь и все-таки дают слишком мало света, но Руди это почти не беспокоит. Он чувствует повороты больше, чем их видит. Мимо проносятся указатели населённых пунктов, дома, деревни, и снова море машущих платков. Вперед, все время вперед...