Борис Яроцкий - Дмитрий Ульянов

Чуть ли не все недели объявлялись трудовыми — собирали средства для нужд фронта. В трудовых неделях участвовали сотни бойцов и командиров. Без них нельзя было обойтись: по степи еще гуляли бандитские отряды. Сводки, поступавшие из волостных Советов, сообщали о расправах над крестьянами, активно помогавшими Красной Армии. Бандиты делали все, чтобы в Приазовье не было Советской власти. И в первую очередь они уничтожали тех, кто занимался заготовкой хлеба.

Дмитрий Ильич, ведавший продовольственным и медицинским отделами, предложил членам Крымского ревкома привлечь к ликвидации банд регулярные воинские части. Ему возразили: дескать, не нужно преувеличивать значение бандитского сброда. Когда мы погоним беляков, бандиты сами разбегутся. На это Дмитрий Ильич привел свои аргументы: пока кулак не ликвидирован, бандитам есть на кого опираться. Ревком, Реввоенсовет и штаб 13-й армии располагали данными о дислокации наиболее крупных банд. Вот с них и надо было начинать борьбу за безопасность прифронтового тыла.

Но члены ревкома еще надеялись, что с началом наступления Красной Армии волна бандитизма пойдет на убыль.

А из-за линии фронта, из оккупированного Крыма, поступали тревожные вести: белогвардейцы готовятся к новому походу на север.

Связная Крымского подпольного обкома партии Клавдия Даниленко передавала, что к Перекопу и Чонгару стянут конный корпус генерала Барбовича, офицерские полки Дроздова и Корнилова. Ходят слухи, что именно эти соединения и части намерены опрокинуть 13-ю армию.

Дмитрий Ильич слушал связную и восторгался ее смелостью. Маленькая, с румяным детским личиком, почти подросток, она никак не была похожа на бывалую подпольщицу. Ее подпольный стаж исчислялся несколькими месяцами, а она уже обошла почти все города Крыма, дважды пересекала линию фронта и приносила ценные сведения. Последний переход она совершила вчера. На моторной лодке проскочила между Геническом и островом Бирючьим, на котором установлены вражеские прожектора, и на рассвете была уже в расположении Красной Армии. При ней бумаг не было, докладывать пришлось по памяти. В Чонгаре три батальона и один кавалерийский полк. Полк называют рейдовым. За Чонгаром учебное поле. На нем почти каждый день белогвардейцы учатся штурмовать окопы. Ждут помощи англичан. Скоро белогвардейцам Антанта доставит аэропланы и броневики. Транспорты с техникой уже в пути. А потом связная попросила Дмитрия Ильича дать ей побольше свежих газет. Люди ждут вестей с севера, а еще больше — Красную Армию.

В пасмурную апрельскую ночь Клавдия Даниленко переправилась на полуостров, взяв с собой на всякий случай муку и сало. В случае ареста продукты не могли послужить уликой.

Вскоре Дмитрий Ильич был вызван в Александровск. Новая беда обрушилась на армию. Эпидемия сыпного тифа приняла катастрофические размеры. Крымский ревком и Реввоенсовет 13-й армии поручили Ульянову возглавить чрезвычайную комиссию по борьбе с сыпным тифом. Жизнь бойцов и их боеспособность теперь зависели от медиков.

В полевом штабе армии Дмитрию Ильичу сообщили, что тифом охвачены многие красноармейские подразделения. Командующий Роберт Эйдеман подчинил политкомиссару Ульянову почти весь медперсонал полков и дивизий.

На стареньком «бенце» с малочисленной охраной Дмитрий Ильич носился по пыльным шляхам Мелитопольщины и Бердянщины, выступал перед рабочими александровских предприятий, перед днепровскими рыбаками, крестьянами Черниговки и интеллигенцией Токмака. Только население могло приостановить разбушевавшуюся эпидемию. И к нему Дмитрий Ильич обращается за помощью.

В Мелитополе и Александровске были развернуты противотифозные госпитали. Рабочие и крестьяне отдавала больным обувь, белье, одежду. В прифронтовой полосе, в степных балках день и ночь топились бани.

По просьбе санотдела армии Москва прислала медикаменты. Распространение сыпного тифа было приостановлено. Но в госпиталях находилось более десяти тысяч больных красноармейцев — для их успешного лечения крайне нужны были свежие продукты. Председатель чрезвычайной комиссии по борьбе с тифом отдал распоряжение — все кулацкие хозяйства обложить молочным налогом. И госпитали получили молоко.

Пользуясь предоставленной ему властью, Дмитрий Ильич делал все, чтобы людей как можно быстрее поставить на ноги, и в этом находил полную поддержку со стороны Крымского ревкома и Реввоенсовета.

Встревоженные долгим молчанием Дмитрия Ильича, родные забеспокоились: Анна Ильинична телеграфирует в Харьков, просит установить местонахождение брата.

Узнав, что его разыскивают, Дмитрий Ильич пишет из Мелитополя: «Я вполне здоров, напрасно было запрашивать Раковского, прежде всего нужно было телеграфировать в штаб 13-й — мне».

В июне, прорвав на Сиваше тонкую нитку Юго-Западного фронта, перешли в наступление белогвардейские войска. Ими командовал генерал Врангель. Офицерские полки при поддержке английских броневиков и аэропланов устремились к Днепру в направлении Орехово-Александровска.

Весть о начавшемся наступлении вражеских войск застала Дмитрия Ильича в Пологах. Прибывший из Мелитополя связной штаба доложил, что белые уже на подходе к городу. Дмитрий Ильич попытался связаться по телефону с Мелитополем или Александровском, но линия была повреждена бандитами. Нужно было немедленно эвакуировать госпитали. И он, рискуя наскочить на махновцев, без охраны, вдвоем с шофером выезжает в штаб армии.

В Мелитополе бои шли уже на подступах к городу. В небе гудели аэропланы. Окопы бойцов обстреливались с броневиков. Штаб армии передислоцировался в Александровск. Военный комиссар полевого штаба Николаев лично руководил боевыми действиями. К нему и направился Ульянов.

— Сколько нужно подвод? — тут же спросил военком.

— Хотя бы тысячу. Для вывоза раненых.

— А сколько потребуется времени на эвакуацию всех госпиталей?

— Трое суток. Если будет тысяча подвод. Комиссар на секунду задумался, оторвав взгляд от поля боя, усеянного наступающими вражескими броневиками.

— Силы слишком неравны, — ответил и пообещал: — Пока будем отбиваться, не покидая окопов. Только вы, пожалуйста, сделайте все, что возможно и невозможно.

И он показал Дмитрию Ильичу последнюю оперативную сводку, полученную со штаба армии. Сводка проясняла обстановку. Врангель, используя свое преимущество в технике и вооружении, рассекал Юго-Западный фронт, создавая угрозу Донбассу и Кривому Рогу.

Военный комиссар рассчитывал продержаться, по крайней мере, еще двое суток, но за это время нужно найти транспорт и вывезти раненых в Александровск.