Владислав Кардашов - Ворошилов

К 25 мая 1920 года Конармия сосредоточилась близ Умани. Был совершен более чем тысячеверстный поход — событие само по себе выдающееся. Но, главное, этот невиданный в истории современных войн переход конницы не привел к ее истощению, части прибывали в места сосредоточения готовыми к бою.

27 мая Конармия перешла в наступление.

Первые дни прошли в упорных боях, принесших значительный успех Конармии, но все же польский фронт ей прорвать не удалось. К тому были важные причины: сражаться теперь приходилось в изменившихся условиях. Вместо открытых, степных, почти безлесных просторов, на которых привыкли действовать буденновцы, пересеченная, с большими лесами, болотами, многочисленными реками местность. Взамен встречных боев, обходов, маневров — необходимость прорывать заранее подготовленную, снабженную траншеями, проволочными заграждениями оборону. И наконец, сам противник, хорошо обученный, технически гораздо более оснащенный, чем красноармейцы. К тому же польские солдаты дрались с отчаянным упорством. Это объяснялось как шовинистическим угаром, охватившим значительные круги населения Польши, так и влиянием пропаганды, бесстыдно клеветавшей на Красную Армию. От Буденного и Ворошилова требовалось в считанные дни учесть изменение обстановки и в корне перестроить как тактические формы действия кавалерии, так и в значительной степени методы ведения пропагандистской работы в частях. Это было немедленно сделано.

PBG армии 4 июня издал приказ, в котором разбирались итоги первых боев с поляками и излагались указания по тактике конницы в новых условиях. Чтобы не допустить излишних потерь, которые имели место в первые дни, Буденный и Ворошилов приказывали применять лобовую атаку лишь как исключение. Главными формами действий должны были оставаться обходы и обхваты польских укреплений, удары в стыке частей и соединений. В наступлении все командиры обязаны были иметь резервы и обязательно завершать бой ударами по ближним тылам противника, чтобы вызвать панику. Командный и политический состав в Конармии был опытным, и эти указания немедленно принимались к исполнению.

Перегруппировав войска, собрав их в мощный кулак в районе села Самгородок, Ворошилов и Буденный выехали в передовые части, чтобы руководить прорывом. Весь день 4 июня шел дождь. Серая его пелена затянула поле и лощины. Промокшие и продрогшие бойцы в колоннах на чем свет стоит кляли непогоду.

К вечеру дождь ослаб, а потом и вовсе прекратился. Поужинав, Ворошилов и Буденный собрались спать. Ворошилов постелил было на лавку свою потертую кожаную тужурку, улегся. Но сон не брал его. Не спал и Буденный. Одни и те же мысли одолевали их. Удастся ли прорыв?

Ворошилов сел, потом стал растирать большими пальцами виски. Буденный уже знал — это признак начинающейся головной боли.

— Выйдем во двор, все равно не спится, — предложил он.

Во дворе было сыро и прохладно, лошади хрустели сеном, под сараем переговаривались бойцы. Им тоже не спалось — завтра в бой. Так просидели до утра.

Перед зарей густой туман окутал все, и когда Ворошилов вместе с Буденным взобрались на колокольню, чтобы осмотреть местность, то они ничего не смогли разглядеть, кроме вспышек выстрелов артиллерийских орудий. Бой уже начался. Прорвав фронт врага, кавалеристы Буденного в этот день на 25 километров углубились в его тыл, громя по пути небольшие гарнизоны, обозы. За день и Ворошилов, и Буденный по нескольку раз вместе с бойцами ходили в атаку. Вечером же, вплоть до рассвета, изучали в штабе донесения начдивов и данные разведки.

Едва забрезжил рассвет, Конармия двинулась дальше. Уже к полудню 6 июня 4-я кавдивизия ворвалась на станцию Попельня. Польский бронепоезд «Генерал Довбор-Мусницкий» успел удрать в направлении Казатина, но кавалеристы опередили его, разобрали путь, и бронепоезд сошел с рельсов. Со штабным эскадроном Буденный и Ворошилов прискакали к месту крушения: добыча была крупной. Однако поляки встретили их пулеметным огнем, и пришлось скрыться от него в лесу. Но вскоре команда бронепоезда — сотня солдат и офицеров — сочла за благо сдаться.

Главное было сделано. «Как вода смыкается, покрывая уходящий на дно камень, — писал позднее польский военный историк Клеберг, — так и польский фронт восстанавливается в тылу красной конницы. Но Буденный мало об этом заботится. Он достиг своей первоначальной цели; он в тылу польских позиций и в настоящее время не видит перед собой ни одной части противника, способной его остановить. Он тщательно избегает всякой задержки, уклоняется от всякого боя, стремясь прямо к своей основной цели: с одной стороны — к Житомиру, главной квартире командующего Украинской группой армий, с другой — к польским войскам, прикрывающим район Киева».

Рейд Конармии становился все стремительнее. 7 июня 4-я кавдивизия овладела Житомиром. Уничтожив польский гарнизон, красноармейцы освободили из плена 5 тысяч своих товарищей и 2 тысячи заключенных тюрьмы. В этот же день 11-я кавдивизия после ожесточенного боя захватила Бердичев. К 8 июня прорыв Конармии в расположение противника достиг 120–140 километров, польский фронт оказался расколотым на две части, а его 3-я армия в районе Киева под угрозой окружения. Атакуемые с востока и севера войсками 12-й армии поляки 12 июня оставили Киев. В последний раз за гражданскую войну переменилась власть в этом многострадальном городе, переменилась окончательно.

3-я польская армия понесла большой урон, все успехи польских войск на Украине были сведены на нет прорывом красной конницы, и захватчикам пришлось поспешно отступать, оставляя обозы и раненых. По временам это отступление становилось паническим: так велик был теперь страх перед кавалеристами Буденного.

В лесисто-болотистой местности на реке Уж, притоке Припяти, белополяки попытались задержаться, но после упорных боев были отброшены. 27 июня после ожесточенного пятидневного сражения был занят Новоград-Волын-ский. Разгромив во встречном бою 2 июля польскую группировку, пытавшуюся уничтожить Конармию, буденновцы 3 июля освобождают Острог, 4 июля достигают Ровно. Но поляки ожесточенно сопротивляются, контратакуют, Ровно переходит из рук в руки и лишь 10 июля окончательно закрепляется за буденновцами.

Этот успех дорого стоил Конармии. На следующий день Буденный и Ворошилов телеграфировали в Кременчуг, где находился командующий Юго-Западным фронтом: «Армии абсолютно необходим кратковременный, не менее семи дней, отдых, в течение которого возможно будет хотя бы отчасти пополнить убыль техники, подтянуть снабжение, восстановить боеспособность…»

Но отдохнуть не пришлось — к вечеру 11 июля была получена директива А. И. Егорова: «…Конармии, составляющей с частями 45-й стрелковой дивизии ударную группу фронта, стремительно преследовать отступающего противника, нанося главный удар в обход Брест-Литовского района в общем направлении на Луцк — Грубешов — Люблин — Луков». Тем самым Конармия должна была способствовать наступлению войск Западного фронта: они 11 июля освободили Минск, 14 июля Вильну, 19 июля Гродно и развернули наступление на Варшаву.