Михаил Воротников - Г К Жуков на Халхин-Голе

После этого - операции на Курской дуге, по освобождению Харькова, Полтавы, Киева, где он координировал действия фронтов.

В начале 1944 года Г. К. Жуков принял командование 1-м Украинским фронтом, с войсками которого провел операцию по рассечению южной группировки немцев. Как представитель Ставки летом 1944 года участвовал в практической разработке плана и координировал действия войск 1-го и 2-го Белорусских фронтов по освобождению Белоруссии.

С ноября 1944 года маршал Жуков - командующий 1-м Белорусским фронтом. Дни и ночи вел он напряженную работу по подготовке Варшавско-Познаньской операции, вошедшей в летопись Великой Отечественной войны как Висло-Одерская. Маршал лично изучил местность для выбора направления главного удара, до деталей вникал в вопросы организации боя и взаимодействия родов войск, взвешивал сильные и слабые стороны противника. С целью обеспечения внезапности он требовал скрытности сосредоточения войск и материальных запасов.

Тщательная подготовка операции принесла свои блестящие результаты. Сильная и глубокая оборона противника была в короткий срок прорвана. 17 января 1945 года была освобождена столица Польши Варшава, разгромлена 9-я немецко-фашистская армия и войска фронта, стремительным броском очистив всю территорию Польши, вышли на реку Одер. На ее западном берегу был захвачен плацдарм для решающего удара по Берлину. В то же время маршал Г. К. Жуков, применяя стремительный маневр танковых армий и своевременно вводя резервы, блестяще провел операцию по разгрому группы армий "Висла" в Померании, угрожавшей войскам фронта ударом во фланг и тыл.

Великая битва за Берлин. Здесь маршал Г. К. Жуков также мастерски применил внезапный удар и новые методы прорыва сильной обороны, добился быстрой капитуляции Берлина.

2 мая 1945 года Берлин пал, а в ночь с 8 на 9 мая разгромленный враг подписал капитуляцию, признав свое поражение.

После окончания Великой Отечественной войны маршал Г. К. Жуков работал в новых условиях и занимал ряд руководящих командных постов Главнокомандующего Группой Советских Оккупационных войск и Главноначальствующего Советской Военной Администрации в Германии.

1953-1954 годы - Первый заместитель министра обороны, с февраля 1955 года по октябрь 1957 года - министр обороны СССР.

За выдающиеся заслуги перед Родиной и успешное проведение ряда боевых операций большого масштаба, в результате которых были достигнуты выдающиеся успехи в разгроме немецко-фашистских армий и овладение Берлином, маршал Г. К. Жуков был четырежды удостоен звания Героя Советского Союза, награжден двумя орденами "Победа", шестью орденами Ленина, тремя - Красного Знамени, двумя - Суворова I степени, орденом Октябрьской Революции и рядом других орденов и медалей. Кроме того, Г. К. Жуков является Героем МНР, почетным гражданином Улан-Батора, кавалером многих высших наград других иностранных государств.

Полвека прошло с тех пор, когда советские войска разгромили японцев в районе реки Халхин-Гол. В Великой Отечественной войне участвовали сорок четыре Героя Советского Союза, получивших это звание на Халхин-Голе. После победы над фашистской Германией мне еще раз пришлось побывать в районе халхингольских боев, участвуя в разгроме Квантунской армии в 1945 году.

...Так получилось, что моя связь с Г. К. Жуковым возобновилась лишь через 27 лет после Халхин-Гола. Вскоре получил приглашение побывать у него вместе с женой. 2 июня 1967 года, когда мы возвращались из санатория, на Курском вокзале нас ждал его адъютант, майор И. А. Прядухин.

- Михаил Федорович, маршал приказал спросить, где вы хотите остановиться, в Москве или у него на даче?

- Где маршал?

- На даче.

- Поехали к нему.

Жена маршала, Галина Александровна, гостеприимно встретила нас. Когда мы вошли, Георгий Константинович говорил по телефону.

- Извините, у меня гости. Позвоню позже.

Маршал был в серой вязаной кофте и белой рубашке, в легких брюках темного цвета и лакированных туфлях. Приветливо улыбаясь, быстро подошел, обнял, взял за руки, осмотрел с ног до головы и сказал:

- Такой же, только немного потолстел. На какое-то время я почувствовал неловкость: маршал всю жизнь с полными людьми был не в ладах и наказывал тех, кто не занимался физической подготовкой. Но потом, все стало просто и естественно. За угощением шла оживленная беседа.

- Кушайте жерех, - предлагала Галина Александровна.

- Георгий как узнал о вашем приезде, наловил рыбы, заложил в холодильник и не велел трогать, пока не приедет Михаил Федорович.

В зал резво вбежали две девочки.

- Это моя дочка, Машенька, - сказал маршал. - А эта - внучка Василевского, дочка Эры.

Им тогда было по десять лет. Он представил их, как мне показалось, с гордостью.

После обеда Георгий Константинович предложил прогуляться. Наступали вечерние сумерки, веяло прохладой. Мы были легко одеты. Маршалу показалось, что на улице излишне свежо.

- Вы же совсем раздеты, вот это сибиряки! И все-таки так не годится. Галя, - сказал своей жене, - принеси Елене Ивановне свое пальто, а Михаилу Федоровичу захвати мой плащ.

- Спасибо, товарищ маршал, нам не холодно, - возразил я.

- Не скромничайте, не надо рисковать здоровьем. Тепло никому еще вреда не приносило.

Маршал показывал нам свою дачу. Усадьба густо покрыта хвойными породами вперемешку с зарослями кустарника плюс густая трава. Все это напоминало мне кусочек сибирской тайги. Много грибов, ягод, рябины. Птичий гомон дополнял атмосферу буйствующей природы, которую маршал искренне любил и оберегал.

- Мы не заметили, как быстро прошло время. В голову пришла мысль: что если маршал спросит, что я увидел и запомнил у него, я бы не мог дать исчерпывающий ответ. А ведь он всегда требовал на любые вопросы отвечать коротко и полно. Правда, это было на войне. Теперь он стал более демократичным, мягким. Но я-то знал: ни при каких условиях при нем нельзя расслабляться, надо быть предельно собранным. Мне показалось в то время, что я держу очередной экзамен.

Что касается интерьера, в глаза бросалась скромность обстановки жилых комнат и рабочего кабинета. Понравилась библиотека. Там оказалось немало справочных книг. Здесь же хранился личный архив маршала.

В стороне от дома - небольшая русская баня... Помню, на Халхин-Голе пришлось дважды вместе попариться. В отрогах Хамар-Дабы мы оборудовали баню в землянке. Топилась она "по-черному". В один из дней, в конце июля, баня была жарко "накочегарена". Командующий начал с того, что поливая водой раскаленные камни, "выгонял угар". Затем стал париться. Хлеща себя веником, приговаривал: "Поддай парку, поддай... Ну еще, еще!" От нестерпимого жара у меня горели уши, не выдерживали кисти рук, а ему все давай и давай парку.