Королевство Саудовская Аравия. История страны, народа и правящей династии Аль Са’уд - Игорь Петрович Сенченко

русского орла», а франки — оказать ему материальную помощь. Этим, надо признать, он изрядно заставил понервничать и турок, и англичан, весьма обеспокоенных в то время возросшим вниманием Франции и России к Кувейту и к зоне Персидского залива в целом.

Деятельность Российской империи в зоне Персидского залива в рамках ее новой политики, «политики дела», находилась в фокусе внимания Англии. И поэтому акцент в своих донесениях о совместном походе в Персидский залив русского и французского кораблей английские дипломаты делали именно на «русской угрозе» тамошним британским интересам.

В конце февраля 1903 г., извещал Лондон и Бомбей английский консул в Басре, в Кувейте побывали русский и французский крейсеры: «Боярин» и «Инферне». Российский консул в Бендер-Бушире, сопровождавший русский крейсер в походе по портам Персидского залива, встречался в Кувейте со специально прибывшим туда шейхом ‘Абд ал-‘Азизом Аль Са’удом, притом дважды; обещал ему помощь (65).

Во время визита в Кувейт крейсеров «Боярин» и «Инферне», докладывал командир английского корабля «Сфинкс», капитан 3-го ранга Кэмп (14.03.1903), ‘Абд ал-‘Азиз Аль Са’уд, находившийся там, дважды встречался с русским консулом из Бушира и сопровождавшим его командиром «Боярина». Братья ‘Абд ал-‘Азиза посещали русский корабль (66).

8 марта, сообщал капитан Кэмп, он встречался с шейхом Мубараком. В беседе с ним тот рассказал, что русские обещали и ему, и Сау’дом всяческое содействие в борьбе с Рашидитами. И присутствовавший на их встрече шейх ‘Абд ал-‘Азиз Аль Са’уд подтвердил его слова. Сказал, что русский консул предлагал ему помощь — деньгами и оружием. На совет Кэмпа отказаться от взаимодействия с русскими, заметил, что поскольку противнику его, Рашидитам, турки, стоящие за его спиной, оказывают всяческую поддержку, то и он вынужден будет искать сильного союзника вне Аравии, готового протянуть ему руку помощи. Особенно сейчас, когда он остро нуждается в деньгах для удержания племен. Полагаю, резюмировал капитан Кэмп, что Са’уды возьмут то, что предложат им русские, и шейх Мубарак поддержит их в этом решении (67).

Из документов Архива внешней политики Российской империи явствует, что первая из двух упомянутых выше встреч проходила в доме, где остановился шейх ‘Абд ал-‘Азиз. «Окруженный многочисленной свитой и вооруженными до зубов бедуинами», ‘Абд ал-‘Азиз принимал русских и французских гостей тепло и радушно, информировал внешнеполитическое ведомство России наш консул Г. Овсеенко. Высказывался за выстраивание отношений с обеими державами (68).

Во время второй встречи, 22 февраля, когда русский консул Г. Овсеенко вместе с русскими и французкими офицерами еще раз навестил шейха ‘Абд ал-‘Азиза, то после состоявшейся беседы, братья шейха ‘Абд ал-‘Азиза, шейхи Махмуд и Са’ад, «изъявили желание ознакомиться с русским и французским крейсерами». Прибывшие из «аравийской глубинки», отмечал Г. Овсеенко, шейхи Махмуд и Са’ад, «вовсе не видевшие» до тех пор военных паровых кораблей, с восторгом осмотрели оба крейсера. Дружеские же, в пять выстрелов, салюты, добавляет консул, произведенные в их честь из орудий палубной артиллерии «Боярина» и «Инферне», когда они покидали корабли, «надолго, думается, остануться в их памяти» (69).

Слегка нарушая хронологию повествования, к месту, думается, будет сказать, что, планируя и организовывая политико-дипломатические акции в Персидском заливе, русские не на шутку встревожили Лондон. У бриттов, отмечали работавшие в Англии российские дипломаты, появилось даже выражение насчет «дипломатической матрешки русских» в Персидском заливе.

Есть основания считать, что без помощи и содействия кораблей Военно-морского флота Российской империи, открывших для Отечества «закрытые шейхства» Аравии, деятельность в Персидском заливе российской дипломатии по реализации там задач «политики дела» была бы сопряжена с большим риском срывов и разочарований.

Архивные документы свидетельствуют, что русские военные корабли находились в фарватере большой политики Российской империи в Персидском заливе. Миссии военной дипломатии кораблей Военно-морского флота Российской империи в этом районе мира были определенно успешными, а для интересов Отечества — чрезвычайно важными. Подтверждением тому — и достигнутая во время этих миссий договоренность о дипломатическом присутствии России в Маскате (ее реализации помешала Русско-японская война), и просьба эмира Кувейта шейха Мубарака «обратить на него внимание». И, конечно же, доверительные контакты, установленные со знатным и влиятельным в Верхней Аравии семейством Аль Са’уд, и лично с шейхом ‘Абд ал-‘Азизом, будущим основателем Королевства Саудовская Аравия. К сказанному выше следует добавить и отчетливо прозвучавшие во время походов российских кораблей заверения правителей Маската и Кувейта в их заинтересованности и готовности к налаживанию с Россией широких торговых связей.

Имея в виду приостановить «продвижение русских в Аравию» и продемонстрировать всем иностранным державам, а также персам и арабам Аравии силу и мощь Британской империи, и показать, «кто в этом доме хозяин», зону Персидского залива посетил (ноябрь-декабрь 1903 г.) со специальной миссией лорд Керзон, вице-король Индии. Передвигался он на крейсере «Хардинг», в сопровождении боевых кораблей «Аргонавт», «Персей», «Фокс» и «Помона», а также нескольких судов поддержки (руководил эскадрой адмирал Аткинсон). Визит лорда Керзона в зону Персидского залива, его встречи с персами и шейхами аравийских княжеств, как видно из документов Архива внешней политики Российской империи, со всей очевидностью указывали на то, что «Англия спешила и стремилась, пока не поздно», осуществить в этом районе мира ряд важных для нее задач. Состояли они в том, чтобы «одной ей утвердиться в Персидском заливе».

«Прибытие лорда Керзона в Кувейт, — докладывал русский консул в Басре (02.12.1903), — состоялось 16 ноября, около 4 часов пополудни», на крейсере «Хардинг», в сопровождении четырех боевых кораблей. «За два дня до этого» четыре других военных судна стали на якорь в Кувейтской бухте. И «один из командиров посетил шейха с целью обсудить церемониал встречи».

Принимали лорда Керзона в Кувейте пышно, по всем правилам аравийского гостеприимства. Сразу же, как только английские корабли встали на рейд, шейх Мубарак в сопровождении страшего сына своего, шейха Джабира, нанес визит лорду Керзону на крейсер «Хардинг», «и был встречен салютом в три выстрела». Визит «длился около часа». Прощаясь с высокими гостями вице-король Индии вручил им памятные подарки: шейху Мубараку — «золотую саблю и десять ружий в футлярах», а шейху Джабиру — «золотые часы».

На следующий день лорд Керзон нанес ответный визит. Высадился на берег вместе со своей многочисленной свитой в районе Шувайх, где его встречал шейх Мубарак. Почетный караул, выстроенный там, состоял из 200 всадников, восседавших на лошадях, 20 гвардейцев-знаменосцев на белошерстных верблюдах-скороходах, и 400 вооруженных винтовками пехотинцев. В сопровождении этого кортежа «вице-король проехал в одном экипаже с шейхом Мубараком через весь город во дворец правителя». Там лорду Керзону и его свите предложили завтрак. Угостили кофе с аравийскими сладостями, и «представили шейхов подвластных Мубараку племен».

После завтрака лорд