Петр Черкасов - Кардинал Ришелье

Поражение Бекингема под Ларошелью глубоко уязвило самолюбие Карла I. Он собирал силы для реванша. Подготовка к новой экспедиции шла полным ходом, несмотря на серьезные финансовые затруднения. Моряки в Портсмуте уже более десяти месяцев не получали жалованья, что грозило бунтом. Король и Бекингем лихорадочно изыскивали финансовые средства.

Обеспокоенный приготовлениями англичан, Ришелье решил предпринять штурм Ларошели. Агенты отца Жозефа сумели отыскать слабое место в обороне гугенотов. Наступление началось в ночь с 12 на 13 марта. Однако плохая координация действий штурмовых групп не позволила развить наметившийся первоначально успех, и операция потерпела неудачу.

Ришелье каждый день с тревогой ожидал появления у берегов Франции английского флота. В то же время он распорядился мобилизовать все сколько-нибудь пригодные для военных целей торговые суда и ускорить строительство боевых кораблей на французских верфях. Кроме того, агенты Ришелье вели интенсивные переговоры о закупке кораблей в Голландии. Эти переговоры будут успешно завершены, и несколько наспех оснащенных кораблей вскоре прибудут в район Ларошели. Кроме того, около 30 торговых судов было переоборудовано под военные корабли.

8 мая 1628 г. в разгар этих приготовлений из бухты Портсмута вышел английский флот в составе 53 кораблей, среди которых 20 были вспомогательными. На этот раз флот шел под вымпелом лорда Денбига. Адмиралу поставлена задача — прорваться к Ларошели и доставить осажденным продовольствие. Другая цель экспедиции Денбига — побудить Людовика XIII снять осаду Ларошели и заключить мир с гугенотами.

Погода благоприятствовала англичанам, и уже через неделю флот Денбига показался вблизи берегов Ларошели. Здесь адмирала ждал неприятный сюрприз. В Лондоне он, разумеется, слышал о какой-то плотине, возведенной по приказанию Ришелье, но не предполагал, что это так серьезно. Бессмысленно пытаться пройти сквозь нее, и Денбиг принимает решение разрушить плотину огнем корабельной артиллерии. Обстрел плотины не принес ожидаемого результата, зато французские батареи серьезно беспокоили англичан. У одной из пушек как простой канонир стоит сам Людовик XIII, вернувшийся в середине апреля в армию.

16 мая Денбиг пытается поджечь и подорвать плотину, направив к ней брандер и специальную команду на шлюпке. Однако и эта попытка была сорвана французской артиллерией. Спустя два дня английский флот, к полному изумлению французов и к отчаянию защитников Ларошели, вышел в открытое море и взял курс к берегам Англии. Непонятное и поразившее современников решение Денбига породило множество предположений и домыслов. Сам лорд Денбиг объяснял это досадным недоразумением: неверно истолковав приказ адмирала, несколько судов его флота на всех парусах стали уходить в открытое море, и он, опасаясь, что французы могут воспользоваться замешательством, вывел оставшиеся корабли из прибрежных вод. Надо сказать, подобное объяснение никого не удовлетворило в Англии. Вольтер впоследствии утверждал, что ответственность за инцидент несет Бекингем, который якобы и отдал соответствующий приказ Денбигу по просьбе Анны Австрийской, действовавшей по прямому указанию короля и стоявшего за его спиной Ришелье. Скорее всего, эта детективно-романтическая версия несостоятельна. Более серьезного внимания заслуживает предположение, выдвинутое тогда же голландскими дипломатами, что Денбиг и его офицеры были подкуплены агентами Ришелье. Так или иначе, но до сих пор мотивы действий Денбига остаются загадкой для историков.

Самолюбивый Карл I не успокаивается и немедленно приступает к снаряжению третьей по счету экспедиции, командовать которой вновь назначает лорда Бекингема. Однако намерения короля встретили в обществе самое решительное сопротивление. Бекингема, этого «злого гения» короля, как его называли, обвиняли в том, что он втягивает Карла I в рискованную и дорогостоящую авантюру. Начался откровенный саботаж готовящейся экспедиции. Свою лепту в организацию этого саботажа вносили и французские агенты.

Тем не менее в конце июля 1628 года Бекингем прибывает в Портсмут для того, чтобы лично возглавить подготовительные работы. С его приездом дело стало продвигаться успешнее. Он даже думал, что в конце августа — начале сентября сможет выйти в море, но…

23 августа Бекингем встает из-за обеденного стола, и в этот момент человек из его свиты, приблизившись к герцогу, наносит ему два удара кинжалом. Бекингем выхватывает шпагу и пытается защищаться, но падает, захлебываясь кровью, хлынувшей из горла. Его последними словами были: «Ах, собака, ты убил меня!» Потрясенные приближенные набрасываются на убийцу. Они кричат: «Это француз, это француз!» Кто-то вспоминает, что завтра день Св. Варфоломея, памятный кровавый день. Убийца и не думает сопротивляться, хладнокровно отдает себя в руки подоспевшей охраны. К тому же это вовсе не француз и даже не католик, а истый пуританин — лейтенант Фелтон. Он говорит, что совершил акт возмездия против погрязшего во взяточничестве и распутстве герцога. У убийцы есть и личные мотивы: он участвовал в экспедиции на остров Ре, отличился там и надеялся получить очередной чин, но Бекингем дважды отказывал ему, причем в оскорбительной для чести офицера форме.

В «Мемуарах» Ришелье довольно подробно описывает убийство Бекишема, о котором узнал из донесений своих агентов в Англии. Он не скрывает, что испытал облегчение, получив это известие. «Этот достойный слез инцидент со всей очевидностью показывает всю суетность величия», — резонно замечает кардинал.

Смерть Бекингема не повлияла на планы британского кабинета, тем более что все приготовления к экспедиции были завершены.

17 сентября 1628 г. внушительный флот под командованием лорда Линдсея покинул берега Англии, а 28 сентября англичане были уже у берегов Ларошели.

Нетрудно представить то ликование, которое охватило защитников Ларошели, лихорадочно пересчитывавших английские корабли. Город огласился радостным колокольным звоном, изможденные люди поздравляли друг друга с предстоящим освобождением, ведь положение Ларошели становилось все более отчаянным. Запасы продовольствия были на исходе, очень скоро горожане начнут охоту на собак, кошек и мышей, а герцогине де Роан — жене вождя гугенотов, по-прежнему находившегося в Лангедоке, — будут подавать на столовом серебре вареную конскую кожу с гарниром из чертополоха. Провалившаяся экспедиция Денбига вызвала смятение в стане гугенотов. Подняли голову сторонники примирения с королем. Однако избранный 30 апреля 1628 г. новым мэром Ларошели Жан Гитон — опытный мореплаватель, человек железной воли — быстро навел в городе порядок, выставив за крепостные стены тех, кто призывал к капитуляции. На заседаниях городского совета Гитон всякий раз выкладывал на стол перед собой кинжал, которым грозил убить всякого, кто осмелится завести речь о переговорах с королем. По приказу Гитона на площадях публично вешали дезертиров и паникеров. Агенты отца Жозефа пытались организовать несколько покушений на непреклонного мэра, но он их благополучно избежал. Под руководством Гитона оборона города стала более организованной и эффективной.