Сьюзен Хансен - Моя скандальная няня

Уходя, я бросила беглый взгляд на груду библиотечных книг, которые попрыгунчик Джонни сбил с края стола на пол.

«Гиперактивный ребенок: настольная книга для родителей».

«Живем с нашими гиперактивными детьми».

«Миф об АДД[14] ребенка».

«Природный риталин»[15].

Все верно…

Я сообщила в агентство, что эта семья была определенно не для меня — и вряд ли для какой-нибудь другой няни с проживанием, разве что привезет с собой собственный «дом на колесах», где и будет работать каждый день. Не погружаясь в детали, скажу, что было дальше: близнецы, которые делают первые шаги, беременная мать, куча домашней работы, спальня на двоих с болтушкой и жалованье ниже минимальной ставки… Потом-то я услышу не одну историю, по сравнению с которыми все вышеперечисленное похоже на комфортабельный отдых. Ведь многие няни работают без выходных и делают при этом все — готовят, убирают, стирают, ходят по магазинам, ковыряются в саду и в довершение всего служат «на побегушках» — за гораздо меньшие деньги, чем те, которые не устроили меня. Но к тому моменту я еще не лишилась своих иллюзий.

Стоит ли говорить, что я не согласилась и на третью работу так же, как на две предыдущие, хотя плату мне предложили на удивление высокую. Это был просто неудачный день! В постели вечером я лежала, оглушенная звуками с улицы — сигналами машин, людскими возгласами, — и тешила себя надеждой, что хотя бы одно из двух моих завтрашних собеседований принесет мне что-нибудь чуть более… гламурное. В конце концов, разве я не в Голливуде? Неужели это лишь вывеска? Удачный ракурс кинокамеры?

2

Король и я

Мне не только нравится быть мамой, но я могу стать образцом для подражания и не откажусь дать совет, касающийся материнства.

Не будучи посвященной в тайны жизни и любовных историй Хью Хефнера[16], я не была знакома с притязаниями на славу Барби Бентон, чье имя назвали мне в агентстве, позвонив рано утром на следующий день. Имя Барби говорило само за себя. Как она выглядит, вообразить было нетрудно.

— О да. Ну конечно. Вы та самая, из Орегона, — ответила домоправительница мисс Чамберс по телефону. — Когда бы вы хотели зайти?

— Я свободна сегодня, если вас это устроит.

— Хорошо. Что, если в одиннадцать часов?

— Гм… замечательно, — ответила я. — Ваш адрес?

— Квартал Уэлби в Пасадене, рядом с «Розовой Чашей»[17].

Да, но адрес? Не живет же она в торговом центре? Квартал Уэлби… Где это?

— А-а-а, мисс Чамберс, не могли бы вы назвать улицу? Улица Уэлби?

— Да. Квартал Уэлби, — повторила мисс Чамберс, слегка повысив тон.

Настаивать я не стала. Как-нибудь да найду.

Когда мы покатили по улицам Пасадены, все стало понятно. Кукольный дом Барби занимал целый городской квартал. К чему нумерация, если там нет других домов? Изящная кованая ограда футов в пятнадцать высотой окружала огромное имение с парадными воротами. Как в Букингемском дворце. Я уже приготовилась увидеть гвардейцев в меховых шапках, стоящих на страже, но в маленьком кирпичном домике возле ворот оказался лишь внутренний телефон. Мне ответил женский голос:

— Алло. Кто там?

Добро пожаловать. Тяжелые ворота скрипнули и, как по волшебству, отворились. Особняк, куда я приехала, был больше любого здания в Коттедж-Грув, даже значительно больше, чем «Рэйнбоу-мотель». Пожалуй, в нем не мудрено и заблудиться. Но мы прошли мимо него. Горничная в форменном платье провела меня через чудесный розовый сад к небольшой пристройке. Там, наверху, как я потом узнала, был кабинет супруга миссис Бентон. Здесь и ждала меня мисс Чамберс. Если она решит, что я подходящая кандидатура, меня допустят к семье.

Не успели мы обменяться и двумя фразами, как в кабинете появилась странного вида женщина — в бесформенном одеянии, с худым лицом и зубами, похожими на ряды «Чиклетс»[18]. Лет ей было, вероятно, около шестидесяти пяти, ее лицо избороздили морщины, и оно сильно напоминало старый футбольный мяч. Жалуясь на свои распухшие ноги и не обращая на меня никакого внимания, она забрала у мисс Чамберс какой-то белый конверт и, прихрамывая, удалилась. Мисс Чамберс, заметив мое недоумение, пояснила, что это их няня. Через пару недель ее здесь не будет.

— Вы привлекательны. Это будет ее раздражать, — начала собеседование мисс Чамберс.

Ну да. Сама-то Барби точь-в-точь кукла! Интересно, а как выглядит мистер Бентон? Мисс Чамберс не отрывала глаз от каких-то бумаг, лежащих перед ней на столе. Она ждет моего ответа?

— Спасибо, — секунду поколебавшись, проговорила я. — Надеюсь, это не будет проблемой.

Живи я здесь, я могла бы несколько обезобразить себя. Например, забыть про макияж и подольше не умываться. Похоже, мисс Чамберс не предусмотрела, что в собеседовании примет участие эта бабушка Моисея.

После того как я изложила мисс Чамберс краткую версию той истории, которую накануне поведала миссис Фошей, она принялась монотонно перечислять правила проживания, мои обязанности и некоторые сведения о тех, с кем я буду иметь дело. Ничего из ряда вон выходящего. Однако…

Например, холодильник с замком. Вы не верите? Но это действительно так. При этом он больше походил на сейф. Впрочем, так оно и было. Все сладости, от которых у Барби и Кена не хватало силы воли отказаться, были благополучно заперты в утробе огромного хромированного «Суб-Зиро».

— А у кого ключ? — осведомилась я.

Двое вменяемых взрослых людей держат свою собственную еду под замком?

— У шеф-повара, — с готовностью объяснила мисс Чамберс. — Он отпирает его только для того, чтобы приготовить пищу. Супруги очень строго соблюдают диету.

— А они никогда не пробовали уговорить прислугу отпереть его среди ночи? — вырвалось у меня. Этим вопросом я заработала ее сурово сдвинутые брови.

— Конечно же, нет! За кого вы их принимаете?

За людей, которые запирают на замок свой холодильник! Почему бы не запастись только листьями салата и водой в бутылках и забыть о замках?

— Теперь вернемся к проблеме вашего внешнего вида, — продолжила мисс Чамберс. — Вы, конечно, обязаны будете носить форму. На самом деле это очень мило, — добавила она, словно предваряя мой протест. Ни за что на свете я не хотела бы напялить на себя костюм няньки. Она вытащила платье — выглядело оно так, будто принадлежало Мэри Поппинс, и гордо продемонстрировала его мне. Не иначе как всем обитателям этого дома было предписано работать в маскарадных костюмах.