Владимир Губарев - Секретные академики

— На этом все и завершилось?

— К сожалению. А сейчас мы все в Чили потеряли.

— Вам хотелось иметь обсерватории не только в Северном, но и Южном полушарии?

— Это идеальный вариант! В Чили наилучшие места для астрономических наблюдений, и сейчас там большое количество обсерваторий разных стран. У чилийцев даже не хватает астрономов, чтобы участвовать во всех программах!.. У нас остался там Пулковский телескоп, но время идет, он сильно уступает современным инструментам. Да и денег у Академии наук России нет, чтобы туда посылать ученых для работы… Так что перспектива у нас печальная в наземной астрономии.

— Все-таки я хочу вернуться к прикладным работам: хотелось бы показать, что и звезды нужны…

— В нашей области много прикладных исследований. И я ими занимался. Те же наблюдения первых спутников. На большом телескопе мы определяли параметры их полета. А затем осуществляли контроль за космическим «мусором». И сейчас эта работа ведется в нашем институте… Тут даже есть весьма «экзотические» исследования. Я имею в виду астероидную опасность. Много говорится о том, что астероид попадет на Землю и натворит множество бед. Мы наблюдаем метеоры, которые могут представлять опасность. Конечно, такие исследования идут не ежедневно, но вот когда возникают метеорные рои, они отслеживаются. Несколько крупных метеоров было зафиксировано…

— Я бывал на некоторых конференциях, посвященных астероидной опасности. Физики-атомщики и ракетчики доказывают, что нужно создавать «Службу безопасности Земли» и ставить на ее вооружение ядерные ракеты, чтобы с их помощью или разбивать опасные для планеты внеземные тела, или отводить их в сторону. Как вы относитесь к этой идее?

— Отношусь спокойно. Пока мы не сможем предотвратить опасность, если она появится. Допустим, астероид прилетит к нам через два года. Он находится за Солнцем. Надо до него добраться, «приклеиться» к нему и малой тягой изменить траекторию его полета. Это правда. Но не вся. А вся заключается в следующем: мы твердо не знаем, попадет ли этот астероид на Землю, так как все наши вычисления не так точны. И можно достигнуть обратного эффекта: астероид пройдет мимо, если мы не «вмешаемся»… В общем, пока реальная защита Земли — это фантастика или фантазия: сами выбирайте определение… Кстати, можно предложить иную идею: достаточно выкрасить опасный астероид в другой цвет, и он пройдет мимо Земли.

— Но как это сделать?! Кисточкой или через распылитель?

— Это уже техническая задача! А как за два года до его встречи с Землей послать к астероиду ракету?! Подсчеты энергии ядерных взрывов весьма противоречивы, они вовсе не доказывают, что астероид можно разрушить или изменить траекторию его полета…

— Но атомщики очень увлечены этим проектом?!

— На их месте я поступал бы так же! Они сейчас в трудном положении — нет работы, а защита Земли от астероидов хоть какой-то выход!.. Ну а в реальности просчет тех космических объектов, о которых мы знаем, показывает, что в течение ста лет ничего не случится. Все астероиды летают между Марсом и Землей, и к нам приближаются лишь отдельные экземпляры.

— Однако один упал и погубил всех динозавров!

— Еще совсем не доказано, что это сделал астероид.

— По-моему, с этим уже все согласились.

— Отнюдь! В случае катастрофы динозавры должны были погибнуть довольно быстро, а не вымирать миллионы лет…

— Значит, Земле ничего не грозит?

— Это не так. Реальную угрозу представляют объекты типа Тунгусского метеорита. Малое кометное тело появляется откуда-то, внезапно, мы его не знаем. Оно мчится со скоростью порядка 80 километров в секунду. Хорошо, если оно, как комета Галлея, будет выдавать хвост. Но это вовсе не обязательно. И такое космическое тело может незаметно подлететь к Земле. Мы обнаружим его слишком поздно, сделать ничего уже будет нельзя…

— Космический рок?

— Мы живем во Вселенной, а потому должны знать о реальных опасностях.

— А рукотворного «мусора» вокруг Земли уже много? И не опасен ли он?

— Есть довольно много испорченных астрономических негативов. Одна или две линии пересекает снимок — это дефекты. А подчас бывает и пять линий! Кое-кто из астрономов даже начал коллекционировать такие фотографии.

— На рубеже веков положено прогнозировать будущее. Итак, чем будут заниматься астрономы в ХХІ веке и каково место в этом российских ученых?

— Мне кажется, звездная астрономия несколько «поскучнеет». Работы непочатый край, но пионерских открытий будет меньше.

— Путешествие Колумба. Он первым добрался до Америки. А потом все начали в нее ездить… Но тем не менее для каждого из нас там много нового…

— Нечто подобное происходит и в астрономии. Вторая половина ХХ века ознаменовалась многими большими открытиями. Мы нашли и нейтронные звезды, и «черные дыры», причем не только как звезды, но и как центры галактик, мы рассматривали космологию. В общим чертах мы сказали, как рождался и развивался мир. Огромные результаты получены при исследовании космического реликтового излучения. Я не хочу сказать, что все задачи решены — их еще очень и очень много, да и теоретики еще что-нибудь откроют, и тем не менее… Непонятно, что было во время Большого взрыва…

— А разве он был?

— Конечно… Сейчас понимание Природы в общих чертах есть. И не только я это говорю. Уже неоднократно ученые утверждали, что в целом характер Природы определен, осталось, мол, выяснить лишь детали. А потом они убеждались, что ошиблись. Не исключено, что таким пророком и я окажусь. И это будет прекрасно! Но все-таки последние десять лет представление о Мироздании стоит устойчиво, никаких революционных изменений не предвидится.

— С чего же все началось?

— А никто этого не знает!

— Но вы же утверждаете, что вам все ясно?!

— Ясность приходит с какого-то момента… Считается, что произошел Большой взрыв…

— Значит, до него ничего не было?! Из-за чего он случился?

— Проблема простая: когда мы не имеем наблюдений, то есть четкая установка — предполагаемые теории не должны быть внутренне противоречивы. Нельзя говорить на первой странице «белое», а на второй — «красное». Должна быть логика. Каждая хорошая теория должна быть гармоничной, согласованной. Она может никакого отношения не иметь к действительности, то есть теоретическая модель может и не реализоваться, но внутри она не должна сама себе противоречить. Только в этом случае теория живет… И потом она может подтверждаться наблюдениями. Но когда мы говорим о Большом взрыве, то наблюдений нет. И тут в дело вступают не астрономы, а физики-ядерщики, специалисты по элементарным частицам. Они рассуждают о кварках. Мол, до Большого взрыва не было частиц, атомов, а были одни кварки… К сожалению, мы ничего о том не знаем! Самые первые наши знания основаны на изучении фонового радиоизлучения…