Борис Сичкин - Мы смеёмся, чтобы не сойти с ума
— Проживем?
Такая вот актерская работа.
Подразумевается, что Шульман — еврейская фамилия, но я не сомневаюсь, что это псевдоним: на его фоне Симон Петлюра выглядит, как благообразный патриархальный местечковый еврей.
После смерти знаменитого импресарио Сола Юрека Шульман решил взять дело в свои руки, но, в отличие от Юрека, его страшно раздражала необходимость платить артистам какие-то деньги, и он всеми силами пытался этого избежать. Крайне не любил артистов, которых ему не удавалось обмануть; так, в частности, бесконечно говорил гадости о Володе Высоцком, который, будучи предупрежден, потребовал платить ему перед выходом на сцену за каждый концерт, а не после окончания гастролей. Вскоре после моего приезда Шульман мне позвонил и предложил гастроли — 80 долларов за концерт плюс питание. Подмывало спросить: Ты что, охуел?", но я ограничился тем, что сказал: "Сорри, но я не ем джанк и плачу рабочему сцены не 80, а 200 долларов". Шульман тут же начал заниматься мелкими гадостями, мешал мне организовывать концерты, выкупал зал и т.д. Впоследствии я все же поехал с Шульманом в Израиль — очень хотелось посмотреть страну, а никаких связей у меня там не было — и это оказалось крупнейшей ошибкой: помимо того, что я фраернулся с деньгами, у меня еще украли весь реквизит. За реквизит отвечал Шульман, но... Шульман говорил, что он закончил две консерватории (мало того, что это невозможно — с дипломом одной консерватории во второй просто не примут документы, но зачем?) — московскую и свердловскую, однако, когда я ему дал ноты куплетов Бубы Касторского, он их положил в сторону и сказал: «Лучше напой — я слухач». На самом деле нотный стан у Шульмана ассоциируется с местом, куда кладут ноты, а гармония – с саратовской гармошкой. Администратор Павел Леонидов посвятил Шульману эпиграмму:
Виктор Шульман миллион
Сгреб. Живет на взморье
Потому что кончил он
В две консерватории
Когда я был в Москве, очаровательная женщина и великолепная актриса Аросева позвонила мне и спросила, имеет ли смысл связываться с Виктором Шульманом для проведения концертов.
- Несомненно, — ответил я. — Если хочешь покончить жизнь самоубийством, но не хватает силы воли. Еще ни один артист живым из поездок с Шульманом не возвращался.
Я долгое время ничего не слышал о Шульмане, и недавно в среде творческой эмиграции разнеслась радостная весть: Шульман привез на гастроли цирк, но гастроли сорвались, т.к. медведь укусил Шульмана за жопу. Увы, радость была преждевременной — как выяснилось, не медведь Шульмана, а Шульман, когда медведь, не желая с ним разговаривать, демонстративно повернулся к Шульману спиной, укусил медведя за жопу, и медведю до сих пор делают уколы от бешенства.
Несколько слов о ностальгии
"Еврейский дух слезой посолен,
душа — хронически болит;
еврей, который всем доволен –
покойник или инвалид".
Игорь Губерман
Я раньше не сомневался, что этой болезнью, ностальгией, страдают только русские. Выяснилось, что здесь, в иммиграции, евреи по ностальгии побили все рекорды. Страдают тупо и раздражают всех окружающих. Помню, еще в Италии, где мы проходили иммиграцию, в Остии около почты стояла группа иммигрантов и обсуждала меру страдания, которую они готовы вытерпеть, чтобы вернуться обратно в Союз: босиком по стеклам, в тюрьму, 10 лет готов отсидеть, но зато на родине...
И это не прошло и месяца, как они уехали. Кто же вас гнал?! Вы же все эти желания могли удовлетворить дома в спокойной обстановке. Встал с утра, походил немножко по стеклам, потом сел в автобус, поехал в одесский аэропорт. Там постоял, сошел с ума от счастья, тебя привезли в больницу, 15 кубиков аминазина в задницу, немного оклемался — опять по стеклам. Ну, а уж насчет тюрьмы — это желание удовлетворялось с гарантией. "Ничто Родину заменить не может. Наш дом там", — бубнят они с угрюмым трагизмом.
Вообще-то Родина — это место, где ты родился. Моя жена Галя страшно тоскует или делает вид, что тоскует, по родине. Галя украинка, родилась и выросла на Украине, там стала балериной, танцевала в киевском театре и т.д., но тоскует она не по родной хате и не по Украине милой, а по Москве. В отличие от Гали, ее мама еще в Москве действительно скучала по родине: "Хата... во дворе шелковица... коза белая... безрогая... Машенька", — мечтательно говорила она, любовно поглаживая бюстик Тараса Григорьевича Шевченко. И я купил ей хату в Лисовичах. Во дворе шелковица. Нашел козу — белую безрогую. И надо же случиться — Машенькой звали. Выдержала Мария Ивановна там ровно год. В один прекрасный день она появилась на пороге нашей московской квартиры налегке, бросив хату и, надо думать, от отвращения оставив там все вещи.
— Мария Ивановна, а как же хата?
— Шоб вона сказилася, — по привычке еще на украинском ответила теща.
Впоследствии я заговаривал:
— Мария Ивановна, тут в Тараще продается хата... Во дворе шелковица...
- Ой, Борис, — вздрагивала теща, и в глазах у нее светился певучий украинский мат.
Я знаю актрису, которая родилась в Союзе в тюрьме. По определению тюрьма, вернее лагерь, в котором она родилась — это ее родина. Сейчас она в эмиграции и, надо сказать, по родине не скучает, встретил одного уголовника, который в Союзе в тюрьме резал себе вены. Я готов все отдать, только бы вернуться, — говорит он.
- А что, в Америке тюрьмы хуже?
-— Причем тут тюрьмы?
— А при том, что, вернувшись, ты не будешь работать программистом, а будешь воровать. А там — это вам не здесь в Америке. Там официально работают 9 миллионов сотрудников милиции и ОБХСС, плюс все население стучит друг на друга. Не зря Павлика Морозова сделали героем. Так что едешь ты, считай, прямо в тюрьму. Чего же ты себе вены резал, если тебе там так хорошо?
В Америке наши иммигранты, слава Богу, не все, считают своим долгом ее ругать.
"Продукты здесь невкусные, одна химия".
Совершенно верно (там, кстати, тоже химия, те же пестициды, гербициды и нитраты, причем в значительно больших количествах, только, в отличие от Америки, никому об этом не говорят). Есть невкусные, помидоры в супермаркете резиновые, многие продукты действительно — сплошная химия. Вот только в Америке ты можешь купить продукты всех стран мира, включая вкусные и без химии, и в любом самом захудалом районе есть магазин здоровой пищи, где продаются только натуральные продукты без следов какой-либо химии. В Америке, кстати, самые строгие в мире правила, касающиеся качества продуктов, и если ты видишь ярлык "органический", это означает, что, по меньшей мере, в течение последних трех лет на земле, где были выращены эти овощи и фрукты, пасутся коровы и т.д. не употреблялись никакие химические удобрения, и сами коровы, телята, куры едят натуральные продукты, а не комбикорм, не говоря уже об антибиотиках и гормонах. В витрине одного магазина я увидел такую вывеску: "Наши куры ходят своими ножками и клюют то, что они хотят".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});Откройте для себя мир чтения на siteknig.com - месте, где каждая книга оживает прямо в браузере. Здесь вас уже ждёт произведение Борис Сичкин - Мы смеёмся, чтобы не сойти с ума, относящееся к жанру Биографии и Мемуары. Никаких регистраций, никаких преград - только вы и история, доступная в полном формате. Наш литературный портал создан для тех, кто любит комфорт: хотите читать с телефона - пожалуйста; предпочитаете ноутбук - идеально! Все книги открываются моментально и представлены полностью, без сокращений и скрытых страниц. Каталог жанров поможет вам быстро найти что-то по настроению: увлекательный роман, динамичное фэнтези, глубокую классику или лёгкое чтение перед сном. Мы ежедневно расширяем библиотеку, добавляя новые произведения, чтобы вам всегда было что открыть "на потом". Сегодня на siteknig.com доступно более 200000 книг - и каждая готова стать вашей новой любимой. Просто выбирайте, открывайте и наслаждайтесь чтением там, где вам удобно.

