Гертруда Тринчер - Рутгерс

— Вера в прогрессивное развитие человечества, — говорит Себальд, — несокрушима именно потому, что ее поддерживает существование Советского Союза. Вместе с Советским Союзом мы должны делать все, чтобы предотвратить войну, начать которую всегда стремится буржуазия.

На приемах, которые устраивает советское посольство в Гааге, Себальд и Барта постоянные гости.

Люди хотят узнать о Советском Союзе как можно больше, особенно от кого-нибудь, кто там бывал. Себальд делает доклады, пишет статьи, открывает организованную обществом «Нидерланды — СССР» выставку, посвященную постановке воспитания и преподавания в Советском Союзе.

Сразу после окончания войны Гертруда обратилась в Центральный Комитет партии и через Георгия Димитрова узнала, что ее родители живы. Она написала в Голландию и очень скоро получила письмо от Себальда. «…Мы хотим знать обо всем. Мы достаточно сильны, чтобы нас не щадили…» — писал ей отец. И Гертруда ответила: «Вим погиб при бомбежке в Москве».

В голландской коммунистической газете «Де ваархайт» появилось извещение родителей: «Наш сын Вим Рутгерс, работавший инженером в Советском Союзе, пал жертвой фашистской агрессии».

В 1943 году Гертруда взяла к себе своего шестилетнего племянника, сына Вима, и воспитывала его вместе со своими двумя детьми. После окончания войны, когда его мать Эльзи вернулась из заключения, мальчик уехал к ней.

Вернулся и Карл. С 1947 года Гертруда с семьей живут на Южном Урале в городе Миассе. Гертруда и Карл работают врачами, дети ходят в школу.

Голландию и Южный Урал связывает оживленная регулярная переписка. Дедушку Себальда интересует, как развиваются и учатся его внуки. Одно письмо он специально посвящает вопросам воспитания: «Не воспитывайте слишком много. Дайте детям столько свободы, сколько совместимо с требованиями дисциплины и интересами окружающих. Когда ты установишь определенные правила поведения, что, конечно, очень важно и в практическом и в педагогическом отношении, то обязательно придерживайся этих немногих правил. Это второе правило. А третье — нам кажется, что «наказание» должно соответствовать проступку и немедленно следовать за ним… И нельзя угрожать наказанием, если оно не будет выполнено».

В конце 1948 года Себальд принимает участие в международном философском конгрессе в Гааге, встречается там с приехавшим из Чехословакии профессором Кольманом, с которым он познакомился еще в Москве в тридцатые годы. Под свежим впечатлением от философской дискуссии он пишет Гертруде и Карлу:

«Наука никогда не может быть полностью объективной. Только сама действительность объективна и абсолютно верна. Но мы никогда не можем полностью охватить действительность в ее сложности и развитии. Человеческое знание всегда несовершенно, это относительная правда, которая в своем развитии стремится к абсолютной правде, никогда ее не достигая. Это, однако, не значит, что правда является чем-то субъективным, как это пытаются доказать некоторые буржуазные философы. Это означает, что правда социально обусловлена и что каждая наука одновременно является социальной функцией, которая строится на выводах прежних поколений и уровне наших знаний в данной общественной формации. Добытая так относительная правда является лишь грубым приближением и зависит от социального опыта и социальных целей. В классовом обществе наука может иметь только классовый характер. В Советском Союзе она выражает партийный характер, и это одно уже — большой шаг вперед к большей объективности…»

25 января 1949 года голландская коммунистическая газета «Де ваархайт» отмечает семидесятилетие С. Рутгерса, одного из старейших коммунистов Голландии. Газета публикует статью о Себальде и его портрет, сделанный Анной ван дер Феер. Присылают свои поздравления Коммунистическая партия Голландии, Коммунистическая партия Индонезии. Телеграммы и поток писем приходят от друзей из всех стран мира.

Себальду 75 лет. Он бодр, активен духовно и физически. Он и Барта совершают далекие прогулки пешком и на велосипеде. Себальд поддерживает оживленную переписку с зарубежными товарищами, старые и новые друзья посещают его дом. Особенно часто бывает Ян Гаверманс, художник и коммунист, с которым Себальд оживленно делится своими мыслями.

Весной 1951 года Себальд и Барта в первый раз после войны приезжают в Советский Союз, который они покинули тринадцать лет назад. Их цель — Миасс, свидание с детьми и внуками.

В 1956 году они снова посещают своих детей в Миассе. На этот раз на вокзале их ждет автомобиль горсовета, директор автозавода приглашает их осмотреть завод, секретарь горкома везет в колхоз. Себальд посещает рабочую столовую, беседует с ее посетителями. Разговор интересует всех: Себальд хочет многое узнать у рабочих, они расспрашивают его.

Вернувшись в Голландию, Себальд пишет статью для журнала «Нидерланды — СССР» — «Трехмесячная поездка по Советскому Союзу».

«…Нашей целью был городок Миасс. Когда живешь несколько месяцев в такой среде, больше соприкасаешься со всеми слоями населения, чем в таком центре, как Москва. Мы были здесь пять лет назад. Разница была очевидна и радовала. Не только то, что многое было построено и улучшено, люди стали заметно веселей и общительней. Когда мы удобно усаживались на скамью в нашем большом дворе, обсаженном молодыми деревьями, к нам подходили не только дети, чтобы посмотреть наши книги. К нам подсаживались и взрослые. Женщины любовались рукоделием Барты, потом начинались вопросы и рассказы… О войне больше не говорили. Люди хотели подробнее узнать о жизни и работе в Голландии… Решения XX съезда произвели большое впечатление, бросалось в глаза, что люди полны мыслями о будущем, что царит оптимизм и доверие».

Вторая статья появляется в теоретическом органе Голландской компартии «Политика и культура». В ней Себальд пишет о двух фундаментальных проблемах общественного развития: сельском хозяйстве и обучении. Себальд анализирует, как преодолеваются противоречия между городом и деревней и между умственным и физическим трудом в новых условиях социалистического развития в Советском Союзе.

В 1958 году Гертруда на два месяца поехала в гости к родителям в Голландию. Здесь она встретила и брата, которого не видела двадцать пять лет. Ян, продолжая инженерскую деятельность отца, «стал одним из трех главных инженеров, руководивших реконструкцией Роттердама.

Родителей она застала веселыми и бодрыми. Себальд был настолько инициативен и полон энтузиазма, что с трудом верилось в его 79 лет.

Себальд пишет много статей, дает отзывы о политических и экономических работах, иногда делает доклады для небольшого круга людей. Он интересуется политическим развитием мира. В письме к евоему другу Гавермансу он пишет: «Мы живем во время мирового общественного кризиса, который вызывает идеологический кризис. Но это не кризис упадка человеческого общества, наоборот, это кризис роста, обновления…»