Омар Брэдли - Записки солдата

В течение трех дней атаки Аллена на Тройну разбивались об ожесточенное сопротивление противника. С покрытой лесом горы к северо-востоку от города противник отбил наши атаки прицельным артиллерийским огнем. На каждую атаку враг отвечал стремительной контратакой. Аллену пришлось отразить 24 контратаки за 6 дней. Мы усилили дивизию Аллена еще одним полком 9-й пехотной дивизии, доведя количество американских полков на этом фронте до пяти. Этому полку была поставлена задача выбить противника с горы, с которой он вел прицельный артиллерийский огонь. Город Тройну предстояло бомбить до тех пор, пока противник не капитулирует или пока сам город не будет стерт в порошок.

Во второй половине дня 4 августа я ожидал на повороте дороги на горе у Черами самого сильного за время операций в Сицилии удара с воздуха по противнику. С другой стороны долины, которую наполовину заволокло пылью, 18 наших артиллерийских дивизионов вели огонь по позициям зенитной артиллерии противника.

Над нами кружили 36 самолетов с 225-килограммовыми бомбами. Артиллерия ослабила огонь, и бомбардировщики ринулись в почти вертикальное пике. Вскоре Тройна скрылась в облаке пыли. К тому времени, когда вторая группа из 36 бомбардировщиков подвергла бомбардировке город, он все еще был наполовину скрыт в облаке серой пыли, сквозь которую еще проступали очертания вершины горы Этны. Снова пехота бросилась вперед, и опять противник удержал свои позиции, перейдя в контратаку.

На следующий день мы возобновили наступление. На этот раз в Черами вместе со мной поехал командующий тактической авиацией армии Паттона генерал-майор Эдвин Хаус, чтобы наблюдать за воздушной бомбардировкой. Намеченное для нанесения удара время прошло, а авиация не появлялась. Мы уже собирались в недоумении вернуться, когда услышали гул моторов далеко к югу. Там, высоко в небе, тройка самолетов "А-36" возвращалась на свой аэродром.

- Черт возьми, - воскликнул я, поворачиваясь к Хаусу. - На кого, по вашему мнению, они сбросили бомбы?

- Будь я проклят, если знаю, - сказал он, - пожалуй, вернемся побыстрее в ваш штаб и узнаем, что случилось.

Когда мы вернулись, раздался телефонный звонок. Это был Оливер Лис из 30-го английского корпуса.

- В чем мы провинились, что ваши ребята сбросили на нас бомбы? - спросил он.

- Что они бомбили? - простонал я в трубку.

- Они сбросили бомбы как раз на мой штаб, - сказал он, - они разнесли весь город.

* * *

К этому времени противник был уже основательно разгромлен на фронте у Тройны. Он отступил, и наши танки двинулись вперед. Солнечным утром 6 августа 16-й пехотный полк Аллена взобрался на кручи Тройны, преодолевая беспорядочное сопротивление арьергарда врага. Оглушенные недельной воздушной бомбардировкой, жители выползали из погребов. Горячие лучи солнца уже нагрели горы развалин, загромождавших улицы, и тошнотворный запах смерти воцарился в городе. Хотя бомбардировка на некоторое время и парализовала жизнь Тройны, потери немцев были незначительные.

Утром, когда Аллен вступил в город вместе с его 1-й дивизией, в Тройну вошел 39-й полк 9-й дивизии Мэнтона Эдди. Во главе полка шагал его смелый и эксцентричный командир, настойчивый полковник Гарри Флинт из г. Сент-Джонсбери в штате Вермонт. Обнаженный до пояса, чтобы его лучше узнавали свои солдаты, Пэдди{17} Флинт был в каске, с винтовкой в руке, на шее черный шелковый шарф. Бой за Тройну явился началом его блестящей, но короткой военной карьеры.

Закадычный друг Паттона еще со времени совместной службы в кавалерии, Флинт впервые появился на командном пункте 2-го корпуса в Бедже с просьбой назначить его на фронт, чтобы иметь возможность участвовать в боевых действиях. В то время он работал в штабе союзных войск в Алжире.

- Черт возьми, Брэд, - жаловался он, - я трачу попусту мои таланты в тылу среди всех этих полковников, спящих на перинах...

Вскоре по завершении боевых действий в Тунисе Мэнтон Эдди попросил меня подобрать кандидата на должность командира 39-го полка, который мог бы встряхнуть его, так как в нем стали проявляться признаки расхлябанности, резко отличавшие его от других полков дивизии.

- В 39-м полку нам нужен человек с характером, - сказал Эдди.

Я направил ему Пэдди Флинта.

После высадки в Сицилии Мэнтон явился в штаб корпуса в Никозии вместе с Пэдди Флинтом. 39-й полк придавался Терри Аллену для участия в штурме Тройны. Остальные полки 9-й дивизии Эдди еще находились в пути.

- Брэд, - шепнул мне Эдди, когда Пэдди легкой походкой направился к палатке оперативного отдела для ознакомления с обстановкой, - вы видели это?

Он взял каску Флинта. Сбоку каски отчетливо выделялись, выведенные по трафарету буквы "ААА-О".

- Черт возьми, что это значит?

- Это означает: все, всегда, везде, несмотря ни на что{18}. Пэдди вывел эти буквы на каждой чертовой каске и на каждом чертовом грузовике своего чертового полка. Я усмехнулся.

- Разве вы не издавали специального приказа по корпусу об опознавательных знаках каждой части? - спросил Эдди.

- Мэнтон, - ответил я, - я ни о чем не хочу слышать, сегодня я не хочу даже видеть эту каску Пэдди Флинта.

Чтобы приободрить своих солдат под огнем противника, Пэдди прохаживался вдоль линии своих войск" беспечно крутя сигарету в одной руке. Другой рукой, в которой была винтовка, он небрежно указывал на окопы противника:

- Поглядите на этих вшивых гансов. Они не умели стрелять в прошлую войну, не научились стрелять и в эту. Не могут попасть даже в такого старого черта, как я.

Рыцарские замашки Флинта беспокоили меня.

- В один прекрасный день, Пэдди, - сказал я ему однажды, - вы будете прогуливаться вот таким образом и вас убьют. Тогда вы докажете своим солдатам как раз не то, чему вы их учите. [175

Он как-то странно взглянул на меня. - Ерунда, Брэд, - заметил он, - вы ведь знаете, что гансы не умеют стрелять...

Пэдди был убит в Нормандии. Пуля немецкого снайпера угодила ему в голову. Я уверен, что Пэдди назвал бы выстрел удачным, однако лишился даже этого удовольствия. Он прожил несколько часов, но у него отнялся язык. Так и умер этот молчаливый ирландец, постоянно ходивший с усмешкой на устах.

В результате 24 дней боевых действий 1 -я дивизия понесла значительные потери. Офицеров не хватало, и взводами командовали сержанты. Для развития успеха в направлении Рандаццо я бросил 9-ю дивизию Эдди через боевые порядки 1-й дивизии, оставив последнюю в Тройне. В этом городе дивизия провела свой последний бой на Средиземном море, и это был самый упорный бой из всех, которые нам пришлось вести.

Уже в начале кампании в Сицилии я решил снять Терри Аллена с поста командира дивизии на заключительном ее этапе. Это не было наказанием за неспособность или плохое командование, ибо как в Сицилии, так и в Тунисе 1-я дивизия задавала тон в боевых действиях. Тем не менее я был убежден тогда, впрочем, как убежден и сейчас, что освобождение Терри от командования дивизией в конечном счете пошло на пользу самой дивизии.