Нестор Козин - Гвардейцы в боях

В городе началась паника. По словам пленных, «из числа руководителей бежали все, кто мог… Никакого порядка не было»[67]. Столицу покинули даже ближайшие подручные Гитлера — Геринг и Гиммлер.

22 апреля из тюрем были выпущены уголовники, которых привлекли к обороне города. Общая численность гарнизона к этому времени превышала 300 тысяч человек[68]. Гитлер объявил, что он остается в столице, чтобы оборонять ее до последнего человека.

Геббельс призывал солдат и жителей Берлина к стойкому сопротивлению, убеждая, что это принесет победу. Но фашистов уже ничто не могло спасти от неминуемого разгрома. Мощная лавина советских войск неудержимо двигалась к центру города — к рейхстагу и имперской канцелярии.

22 апреля 52-я гвардейская дивизия наступала в направлении Плетцензее и Сименштадта. Гитлеровцы, отступая в западном и юго-западном направлениях, оказывали упорное сопротивление: вели пулеметный и автоматный огонь с чердаков, из окон, подвалов, широко применяли фауст-патроны. На перекрестках дорог немцы устанавливали орудия на прямую наводку и баррикадировали улицы.

При наступлении в Берлине мы применяли тактику действий штурмовыми отрядами и группами (взвод, рота), усиленными артиллерией, танками, САУ, саперами, химиками и огнеметчиками, — вклинивались в расположение противника, расчленяли его оборону на куски. Изолируя кварталы и отдельные районы, мы затем овладевали ими. Боевой порядок штурмовых отрядов и групп эшелонировался в глубину с таким расчетом, чтобы действия пехоты поддерживались танками и самоходно-артиллерийскими установками, а танки охранялись пехотой и поддерживались САУ. Танки и САУ, двигаясь за пехотой, которая овладевала домами, уничтожали огневые точки. Сзади идущая пехота прочесывала и очищала подвалы, этажи, чердаки зданий.

В результате эффективной артподготовки, четкой организации и решительных действий подразделений дивизии и средств усиления в 11 часов 30 минут 800 солдат и офицеров противника вместе с 370 немцами в штатском сдались в плен подразделениям полка С. П. Зубова. Командир полка сразу же обнаружил образовавшуюся брешь в обороне. Гвардейцы, преодолевая сопротивление разрозненных групп стрелков-автоматчиков и уничтожая огневые точки противника, устремились вперед и в 19 часов 45 минут 22 апреля овладели пригородом Вейсензее.

Бойцы и командиры проявляли массовый героизм.

Командир орудия старший сержант Саплин попал под пулеметный огонь противника. Тогда он тут же развернул гаубицу и открыл огонь. Вражеский пулеметчик был уничтожен, наша пехота снова пошла вперед.

2-й батальон майора Сутягина 151-го полка с полковой батареей старшего лейтенанта Н. И. Евтухова при поддержке 2-го дивизиона 124-го артполка майора А. Л. Дубицкого 22 апреля отразил 5 яростных контратак врага. Немцы, не выдержав натиска гвардейцев и неся большие потери, отошли.

Отважно дралась и 1-я стрелковая рота старшего лейтенанта Петра Дмитриевича Алексешникова из 151-го полка. Надо сказать, что гвардейцы этой роты в каждом бою отличались. Так, например, при наступлении еще в Померании в первых числах марта 1945 года при прорыве обороны противника усиленная рота П. Д. Алексешникова за один день уничтожила более 400 вражеских солдат и офицеров, 260 взяла в плен, были захвачены крупные трофеи: 6 минометов, 2 пушки, 4 зенитных орудия, 20 автомашин, 2 танка и многое другое.

Смело и решительно эта рота действовала и при форсировании Одера. И вот теперь в боях на улицах фашистского логова бойцы во главе со своим командиром Алексешниковым продвигались в числе первых. Бойцы равнялись на своего командира, а гвардии старший лейтенант П. Д. Алексешников — человек храбрый, мужественный. Недаром он закончил войну, имея на груди десять правительственных наград, в их числе ордена Богдана Хмельницкого 3-й степени, Александра Невского, Красной Звезды, Кутузова 3-й степени, Отечественной войны[69].

Командир 5-й батареи 124-го артполка старший лейтенант Владимир Васильевич Жилинский в бинокль заметил, что машина начальника политотдела дивизии полковника Василия Емельяновича Горюнова вот-вот попадет в расположение немцев. Тогда он быстро организовал группу в 12 человек и пошел на выручку. В завязавшейся рукопашной схватке шесть фашистов было убито и трое взято в плен. Начальник политотдела был спасен.

Группа из восьми гвардейцев 56-й разведроты под руководством лейтенанта Новикова получила задание ворваться в одно из особо важных зданий и там взять пленного. Вооружившись автоматами, пистолетами, ножами и гранатами, разведчики, используя подземные ходы сообщения, незаметно вышли к дому, без шума сняли часового, ворвались на второй этаж и завязали бой, в результате которого был захвачен офицер, а 15 фашистов уничтожено.

Артиллерия, входящая в состав штурмовых групп, хорошо обеспечивала продвижение стрелковых частей. Артиллеристы 124-го артполка подполковника Никифора Ильича Бигоненко, находясь непосредственно в боевых порядках пехоты, прямой наводкой уничтожали огневые средства и живую силу противника. Расчет младшего сержанта А. Н. Гуссейнова только 22 апреля подавил минометную батарею, уничтожил 14 ручных и тяжелых пулеметов, 2 пушки и до 40 фашистов. На следующий день в жарком бою погиб весь расчет, в живых остался лишь командир, который продолжал вести огонь, обеспечивая продвижение пехоты. Он лично уничтожил три укрепленных точки и около двадцати фашистов. За мужество и отвагу, проявленные в этом бою, младший сержант Али Наджанович Гуссейнов был награжден третьим орденом Славы, став полным кавалером самого почетного солдатского ордена.

22 апреля фашисты в боях с гвардейцами 52-й дивизии потеряли убитыми и ранеными 450 солдат и офицеров. Нами были захвачены трофеи: 56 автомашин, 6 тракторов, 11 бронетранспортеров, 4 самоходные установки, 16 зениток, 13 пушек, 3 прожектора, 22 железнодорожных вагона, 2 паровоза, разбито упорно оборонявшихся 8 домов.

23 и 24 апреля дивизия во взаимодействии с 79-м тяжелым танковым полком вела ожесточенные бои на берлинских улицах — Шефлиссершграесе, Холмерштрассе, Грубитцштрассе, Пикарнен Сильва, Шефельбенерштрассе, Грабенхагенерштрассе, Вихерштрассе, Дункерштрассе, Принц Лаузе, Кармен Сильва, Каземаннштрассе и других.

Противник оказывал яростное сопротивление, цеплялся за каждый дом. Нам пришлось применять такой метод: в стенах домов, в кирпичных заборах мы проделывали отверстия и подрывали, огневые точки выжигали огнеметами «Фоги». При перебежках от здания к зданию применяли дымовые гранаты и шашки. Весь город был в грохоте, дыму, пыли. Это в большой степени мешало применять авиацию и артиллерию для ударов по опорным пунктам противника, так как из-за плохой видимости можно было угодить по своим войскам.