Вадим Лейбовский - Владимир Маслаченко: «Пеле повезло, что он не играл против меня»

Маслаченко говорит, что само изобретение парусной доски — соединение паруса с серфом через карданную систему — достойно Нобелевской премии. И разворачивает тему: «Александр Иваницкий двести раз кувыркался. Но освоил. Сам, без советов и помощи». Для него это всегда важно — сам.

Сам он — однажды, когда не спалось, — и написал про легкий парус, про новую любовь свою. Теперь вот достал из стола и показал:

«Кем и когда было изобретено колесо, никто не знает. Невозможно установить, кто и когда изобрел парус. Парус помог человеку преодолеть водные преграды и открыть новые континенты. Нo XX век и парус… Анахронизм? Не спешите. Пусть легенды прошлого будят воображение, а пока XX век и парус дали миру новый вид спорта — виндсерфинг.

Виндсерфинг — самый спортивный класс парусного спорта. И не каждый капитан яхты может пойти на виндсерфере.

Неширокая доска, по форме напоминающая лыжу, с установленной на ней мачтой с парусом, выскальзывала из-под ног, когда казалось, что ты уже нашел нужную точку, поймал равновесие, осталось выбрать парус и наполнить его ветром. Но не тут-то было. Летишь в воду, и все начинается сначала. Забираешься на доску. Поднимаешь мачту и… На двести второе падение Александру Владимировичу удалось устоять и проплыть метров тридцать. Счастливый, он оглянулся на берег. Приятель, давший ему аппарат, сказал: "Я теперь понимаю, почему ты стал олимпийским чемпионом". Это было в начале лета. В конце лета наш чемпион ходил крутым бейдевиигом, правда, сам того не подозревая.

На виндсерфе спортсмену нужно обладать акробатической ловкостью, мягкостью движений балерины и, конечно, силой и выносливостью, для того чтобы в сильный ветер удержать парус и пройти дистанцию с хорошей скоростью. С виндсерфингом отдых на воде приобретает совершенно другую окраску. На пляжном лежбище вы действительно сразу становитесь спортсменом. Вы — в действии чрезвычайно полезном. У меня тоже не обошлось без срывов. Не в первый день я взял волну. И не один день мною управлял парус. Но вот однажды я почувствовал упругую силу ветра. Гик, парус, мачта, словно натянутая тетива лука, а ты — стрела. Задача — не улететь, остаться, сопротивляясь и управляя. Ты чувствуешь, как доска, набирая скорость, задирает нос, глиссирует, ты еще больше отклоняешься назад в стремлении удержать натянутую стрелу. Руки немеют. Набегающий поток воды ты хорошо слышишь: он ревет рядом, кажется, к этому реву можно прикоснуться рукой. Он норовит сбить тебя, а ты еще крепче упираешься ногами в доску. Работает каждая клеточка тела, и вдруг, увлеченный борьбой, замечаешь, что ты не дышишь. Забыл. Может быть, пока еще нет сноровки, умения. Это придет. А главное уже есть: ты ощутил, попробовал на вкус полет по волнам. Вкус бодрости и здоровья. И ты знаешь — это на всю жизнь!

…Несильный, но устойчивый ветер покрывал рябью воду одного из заливов, каких немало в Серебряном Бору, где всегда отдыхает много москвичей. Картина, представшая взору купальщиков, была презабавна. Откуда-то из-за скрывавших окрестности кустарников, нависших над водой, появился странный аппарат: доска с мачтой и парусом. Легко и непринужденно управляла им дама, седина которой невольно заставляла сделать вывод: восемнадцать ей было давно. Тем и восхищала.

Но сразила всех отчаянным пижонством лохматая болонка, восседавшая на носу доски, гордая собой и хозяйкой; А та, вдруг изящно скользнув впереди мачты на другую сторону доски, переложила парус и, изменив курс, ушла к берегу.

…На доске под парусом француз Арно де Росне пересек Берингов пролив с Аляски на Чукотку — 96 километров. Англичанин Клайв Колензо на пятиметровой доске "Олимпик голд стандарт" с парусом площадью девять квадратных метров развил скорость 42,48 километров в час. Рекорд дальности плавания на виндсерфере принадлежит французу Степфану Нейрону — 109 миль.

Фристайл — свободный стиль — высшее достижение в искусстве плавания на доске под парусом. Его называют высшим пилотажем. Он включает в себя слалом, фигурное катание (известно уже около пятидесяти различных упражнений, выполняемых на доске, одно из них — переворот вокруг гика, как на гимнастической перекладине), прыжки с трамплина или прыжки па волнах при силе ветра не менее шести баллов. Ощущение, что ты взлетаешь в воздух, присуще только этому виду плавания на досках. Ни одно другое парусное судно не способно так легко взлетать в воздух…»

…А я еще называю Владимира Никитовича мастером непечатного слова!..

Вызов океану

От парусной доски и пошло его увлечение парусом вообще. «Что может быть прекраснее, чем ветер в руках? А не только в голове», — говорит он.

Он, всегда и всюду лидер, организовал первую профессиональную российскую команду яхтсменов, нацелившись на участие в кругосветных гонках, в том числе в знаменитой «Уитбред». Уйму времени, средств и сил угрохали, много было разочарований. Они обретали знания и опыт.

Но грянул новый грандиозный проект, имя которому дали «Виват, Россия!» И Маслаченко снова выдвинули его руководителем: готовиться к самой престижной в мире парусной гонке — на Кубок Америки. Он перечитал всю литературу по этому вопросу. Три года жил между Москвой и Соединенными Штатами. И три года боролся с плохо прикрытыми интригами своих же сограждан-конкурентов, которые шли в гонку другой командой. Но недошли до старта и они. По сути, их придавили обломки ими же сооруженных зыбких конструкций.

Он не отчаялся, не приуныл. Эти годы дали ему многое. Он познакомился с лучшими шкиперами современного парусного спорта, он сам постиг, сам понял, как нужно организовывать эту масштабную работу.

И тут весьма кстати родился новый проект кругосветной гонки — «Гранд Мистраль», идею которой выдвинул швейцарец Пьер Феллман, звезда мирового парусного спорта, участник пяти кругосветных гонок, президент Международной ассоциации макси-яхт. Он предложил скоростную гонку на яхтах одного класса, одной конструкции, одного дизайна, с экипажем из шестнадцати человек. Предстояло изготовить пятнадцать яхт. Главное — не нужно было строить судно у себя в стране. После постройки оно сдавалось им в аренду. Но под какие гарантии, под чье имя? Под имя Владимира Маслаченко…

На заброшенной верфи в городке Ла Сиота, что в сорока километрах от Марселя, им стали строить яхту. По последнему слову техники, из самых современных материалов. Маслаченко пригласил в шкиперы выдающегося яхтсмена Сергея Бородинова. Прежде всего, они стали создавать… нет, не команду, а инфраструктуру проекта. На этом этапе важно было сразу заявить о себе, сделать свой «синдикат» повсеместно известным, узнаваемым. Они назвали себя «Рашн Тим». Занялись тщательным подбором команды. Их судно было построено в числе первых трех.