Александр Самойло - Две жизни

В том же году была начата большая работа по всеобщему военному обучению населения.

Интервенция стран Антанты заставила Советскую республику сделаться военным лагерем, создать единое управление на фронтах и в тылу в лице Революционного Военного Совета Республики и учредить Совет Рабочей и Крестьянской Обороны.

Все эти мероприятия Советской власти были полны для меня самого острого интереса, так как деятельность моя была целиком связана с вопросами создания, развития и укрепления Красной Армии как в ее общем масштабе, так и в отдельных ее частях. Все эти вопросы, быть может, кажущиеся читателю скучными, представляются мне в виде какой-то системы струн, издающих, по мере воспоминания о них, звуки, тем более сильно отдающиеся в моей душе, что с ними соединилось много Дорогих для меня воспоминаний о напряженных боевых Анях гражданской войны.

Ко времени моего назначения 8 апреля 1918 года начальником штаба Беломорского военного округа главной нашей задачей стала борьба с иностранной интервенцией.

Для меня как начальника штаба округа Северный край являлся территорией, которую я обязан был изучить во всех отношениях. Этот край к тому же представлял для меня особую привлекательность, как для любителя природы и охотника.

Я составил и послал в центр свой доклад о территории округа. Заключенная между двумя историческими путями — «из варяг в греки» и «из Булгар в Югру» — территория эта была сплошь покрыта лесом, такой же необозримой, могучей стихией, как и прилегающие моря, столь же обильной своими естественными богатствами. Лес — смешанный — еловый, сосновый, березовый — перемежался с сильно болотистыми участками, проходимыми только по редким дорогам, идущим главным образом вдоль рек. Никаких карт не существовало, картой наиболее крупного масштаба была лишь 10-верстка («зеленка», названная так по представляемой ею территории, покрытой почти сплошь, без просветов, зеленой краской, изображающей лес).

Можно без преувеличения сказать, что в этих девственных местах начало широкой культуре положила Красная Армия. К издревле известной ухтинской нефти присоединились в ту пору сведения об угле печорских районов. Этому способствовал Вячеслав Дмитриевич Цветаев, будущий начальник Академии имени М. В. Фрунзе, мой ближайший соратник по Северному фронту. Ему же выпала честь в должности командира дивизии нанести интервентам окончательный удар на Северной Двине, открывший нам путь в Архангельск.

Северная Двина, важнейший водный путь всего края, играла исключительно важную роль в гражданской войне на Северном фронте. Этот путь идет к северу от Котласа, являясь как бы продолжением Сухоны — Юга и многоводной Вычегды. Под Архангельском Двина поражает своей громадной шириной и полноводьем. Здесь обилие лесозаводов, примыкающих непосредственно к Архангельску.

До постройки в 1916 году Мурманской железной дороги Архангельский порт принимал все военные грузи-которыми наши «союзники» питали Россию при нашей военно-технической отсталости.

Большую роль в развитии боевых действий играл приток Двины Вага. Начиная от старинного города Шенкурска Вага судоходна. Устье ее в период боевых действий ла севере имело в моих глазах решающее значение как ключ к двинским позициям противника, а следовательно, и к Архангельску.

Железная дорога Архангельск — Вологда проложена в сплошных лесах. Сначала узкоколейка, она затем в империалистическую войну была перешита на нормальную колею ввиду значения северных портов. Важнейшими в боевых операциях гражданской войны железнодорожными станциями являлись: Исакогорка, Холмогорская, Обозерская, Плесецкая, Шалакуша, Няндома, Коноша. Несмотря на все свои усилия, интервенты не прошли ни на железнодорожном направлении, ни на северодвинском, как не прошли и на Пинеге, и на Печоре, и на Онеге. Вооруженных до зубов, их остановили только что сформированные красноармейские части и раздетые, необутые, голодные красные партизаны. Они действовали в северных снегах, среди лесов и болот: емецкие — у Средь Мехренги, онежские — у Чекуева, пинежские — в Веркольском районе, шенкурские — на линии Вельск, Благовещенск, кандалакшские — на Мурманской железной дороге, в Церковнической и Шелекской волостях. Отвагу красноармейцев и партизан не могли преодолеть ни прибывшие в Архангельск с генералом Пулем королевские шотландские полки, ни королевские ливерпульские, дургамские и йоркские полки, ни морские бригады, ни хваленый 339-й полк американцев, ни их высокообученный инженерный полк, ни канадские артиллерийские и пулеметные части, ни французский испытанный колониальный полк, ни итальянский полк, ни присланные затем на подкрепление новые бригады англичан и американцев, ни созданные в Архангельске отборные славяно-британские легионы, ни русско-французские легионы, чехословацкие и сербские части, ни австралийские и шведские наемники, ни, наконец, прибывшие через океан и вошедшие в Северную Двину английские флотилии. Последние состояли из двух мониторов, пяти канонерских лодок, ряда вооруженных пароходов, поддерживаемых авиацией. И они были остановлены простыми русскими людьми на самодельных баржах, иногда перевертывавшихся под устанавливаемыми на них присланными из Питера морскими пушками!

Для сообщения между Архангельским районом и Печорским краем не было почти ни дорог, ни перевозочных средств.

Единственный проложенный путь шел из Архангельска к селу Усть-Цыльма, к сердцу Печоры, этой артерии, которая и питала весь край своими богатствами и служила дорогой для передвижения всех жизненных припасов, необходимых населению и армии. Печорский край был тесно связан с городом Чердынью, то есть с Пермью, Нижним-Новгородом и Обью (через приток Печоры — Щугор), с одной стороны, и с Ярославлем, Вологдой и Архангельском — с другой. Его границами служат Ледовитый океан, Уральские горы, истоки Камы, Вычегды, Выми и Мезени. Заполненный тундрами, лесами, горными хребтами, равнинами, он издавна славился своими природными богатствами: рыбой, лесом, мехами, нефтью, медными рудами и пр.

Наша 6-я армия вела борьбу с интервентами и белогвардейцами и на территории Печорского края. Она черпала из Сибири через эту территорию значительные хлебные запасы, столь нужные и самой армии и местному населению.

Своими скудными перевозочными средствами 6-я армия сумела вывезти из-за Урала свыше 10 тысяч пудов хлеба. Она платила краю прокладкой новых дорог, улучшением сплавных и судоходных рек, организацией маслодельного промысла, созданием различных культурно-промышленных пунктов и т. п. Для доставки хлеба из Зауралья 6-я армия наметила транзитные пути из Сибири через Соликамск или Чердынь и далее на Усть-Сысольск, Котлас или по древнему направлению («из Булгар в Югру») — через Троицкое-Печорское на Чердынь (соединение Камы и Печоры).