Юрий Богданов - 30 лет в ОГПУ-НКВД-МВД: от оперуполномоченного до заместителя министра

Теперь остаётся только гадать, насколько трудящиеся массы осознали тогда те права, которые гарантировала им новая Конституция, и что конкретно требовалось от них, чтобы их участие в управлении своим государством стало широким и всесторонним. Конечно, в прессе публиковались определённые материалы, но пока что всё варилось где-то в верхних эшелонах власти, не достигнув ещё понимания простых людей, от правильной деятельности которых многое должно было зависеть. При этом если силы троцкистов в партийных и советских органах, мешавшие проведению реформ, были в определённой мере ликвидированы, то это практически ещё не коснулось вооружённых сил. А в высшем руководстве армии находилось значительное количество военачальников, которые действовали в Гражданскую войну, с 1918 по 1924 год, под командованием Председателя Реввоенсовета республики и наркома по военным и морским делам Троцкого и являлись его ставленниками и сторонниками.

Всё началось с целенаправленных перемещений в высшем начсоставе Красной Армии, сообщение о которых появилось в газете «Красная звезда» 11 мая 1937 года. Самым главным в кадровой чехарде оказалось то, что Туха-невский с должности зам. наркома был направлен из столицы в далёкий провинциальный город командующим войсками Приволжского военного округа, а на его место в НКО назначен Б.М. Шапошников.

Другим важным актом явилось создание военных советов при командующих военными округами, в результате чего восстанавливался жёсткий партийный контроль над начальствующим составом армии. А во всех войсковых частях, начиная с полка и выше, и в учреждениях НКО воссоздавался отменённый в декабрю 1934 года институт военных комиссаров. Тем самым, надо понимать, вместо уволенных ранее революционеров в помощь командирам приходили политработники новой формации.

Пока что все перемещения в НКО производились по решению комиссии Политбюро, образованной 14 апреля, как бы в порядке ротации, без предъявления каких-либо обвинений, хотя и могли свидетельствовать об имевшихся сомнениях в безусловной лояльности к правительству высшего начсостава армии. Тем более что 3 мая 1937 года был арестован комбриг запаса М.Е. Медведев, являвшийся одним из основных подозреваемых по «Кремлёвскому делу». Показания Медведева и находившегося под следствием Ягоды позволили завершить определение круга участников военно-политического заговора под прежним кодовым названием «Клубок». Помимо связи с Троцким, принимались во внимание и контакты нашего военного руководства с германским вермахтом.

Аресты военных начались 21 мая 1937 года, когда отправили за решётку начальника Управления боевой подготовки РККА комкора К.А. Чайковского и начальника Управления связи комкора Р.В. Лонгву. На следующий день арестовали кандидата в члены ЦК маршала Тухачевского и председателя ОСОАВИАХИМа комкора Р.П. Эйдемана. Далее в конце мая последовательно взяли начальника военных сообщений комкора Э.Ф. Аппогу, начальника артиллерийского управления комкора Н.А. Ефимова, члена ЦК командарма I ранга И.Э. Якира, кандидата в члены ЦК командарма I ранга И.П. Уборевича. 31 мая у себя дома застрелился член ЦК, армейский комиссар I ранга Я.Б. Гамарник. Всего за май было репрессировано 82 военнослужащих высшего начсостава. А всего с лета 1936 года арестовали 131 военнослужащего того же ранга.

Помимо армейских чинов, в те же майские дни были исключены из партии и арестованы государственные служащие: заместитель председателя СНК СССР, кандидат в члены Политбюро Я.Э. Рудзутак, председатель СНК БССР, член ЦК Н.М. Голодед, начальник Центрального управления народно-хозяйственного учёта, заместитель председателя Госплана И.Р. Краваль и бывший полпред СССР в Турции Л.К. Кара-хан. Продолжилась чистка и в НКВД. Заместителя наркома внутренних дел и начальника 4-го (секретно-политического) отдела Я.С. Агранова отправили в почётную ссылку начальником Саратовского областного Управления НКВД вместо арестованного Р.А. Пиляра. Начальник 9-го (шифровального) отдела ГУГБ Г.И. Бокий был арестован.

Подобные чистки требовали комментариев, которые были представлены на расширенном заседании Военного совета при наркоме обороны, проходившем с 1 по 4 июня 1937 года. В своём выступлении Сталин объяснил, что имелось в виду под раскрытым НКВД военно-политическим заговором. В качестве политических руководителей он назвал находившегося в Мексике Троцкого и арестованных в нашей стране Бухарина, Рыкова, Рудзутака, Енукидзе и Карахана. Затем добавил к ним Ягоду, Тухачевского, Якира, Уборевича, Корка, Эйдемана, Гамарника — всего 13 человек. Далее связал всех с «кремлёвским заговором», целью которого был арест правительства. В число непосредственных исполнителей несостоявшегося государственного переворота входили комендант Кремля Петерсон, начальник школы им. ВЦИК Егоров, командующий войсками Московского военного гарнизона Корк и его заместитель Горбачёв. Кроме того, Сталин обвинил военных в передаче врагу (немецкому Генеральному штабу) важных сведений, что являлось шпионажем. Всего же по военной линии арестовали 300–400 человек. Как выразился Сталин в понятном для того времени смысле: «Хотели из СССР сделать вторую Испанию». В заключение своего выступления отметил, что дело «Клубок» закрыто окончательно, а потому дальнейшие аресты по нему, особенно в армии, не требуются.

В июньских номерах газеты «Правда» появились сообщения о том, что Прокуратурой СССР дело арестованных органами НКВД бывших военных руководителей закончено и передано в суд. Арестованные обвинялись «в нарушении воинского долга (присяги), измене родине, измене народам СССР, измене Рабоче-крестьянской Красной армии, а также в антигосударственных связях с руководящими кругами одного из иностранных государств, ведущего недружелюбную политику в отношении СССР». Все обвиняемые признали свою вину полностью. Специальное судебное присутствие Верховного суда СССР рассматривало дело в закрытом заседании «в порядке, установленном законом от 1 декабря 1934 года». Приговор в отношении осуждённых к высшей мере наказания Тухачевского, Якира, Уборевича, Корка, Эйдемана, Фельдмана, Примакова и Путны был приведён в исполнение 12 июня 1937 года.

Но не эта информация была главной в газетах того времени. Подробно освещались достижения нашей страны. За пятилетку, завершавшуюся в 1937 году, валовая продукция крупной промышленности увеличилась более чем в два раза. Уверенный рост машиностроения позволил технически перевооружить все отрасли народного хозяйства. Большая часть промышленной продукции была получена с вновь построенных или полностью реконструированных предприятий. Крупные успехи были достигнуты в механизации сельского хозяйства, где работали теперь 456 тыс. тракторов, 129 тыс. комбайнов и 146 тыс. грузовых автомобилей. В результате завершения коллективизации колхозы объединили 18,5 млн крестьянских дворов, или 93 % от их общего числа. Отставало, правда, животноводство. За счёт подготовки специалистов со средним и высшим образованием успешно решалась кадровая проблема. Ширилось движение новаторов. Значительно улучшилось материальное положение, и поднялся культурный уровень народа. Страницы газет пестрели сообщениями об эпопее покорения Северного полюса экспедицией И.Д. Папанина, о полярных лётчиках М.В. Водопьянове, В.С. Молокове, И.П. Мазуруке, А.Д. Алексееве, проявлявших мужество и героизм в борьбе с суровой природой. Много внимания уделялось первому перелёту по маршруту Москва — Северный полюс — США советского экипажа в составе В.П. Чкалова, Г.Ф. Байдукова и А.В. Белякова.