Владимир Ермолаев - Слово о полку Бурановом… Рассказы очевидца

Этот казашонок очень любил спать. Везде и всегда.

— Старшина, э… а че это наш казашонок все время спит? Ты чего — по ночам его гоняешь? Ты это прекрати — нам скандала и неприятностей с Казахстаном не надо…

— Да вы чего, товарищ капитан ! Да он вообще у меня на особом положении, я же все понимаю… Он, падла, ни сортир не чистит, ни полы не моет, ни в наряды не ходит… Спит да жрет, сука… Меня проинструктировали — его не трогать, так я и не трогаю … На гер он мне нужен?

Казашонку доверили покрасить противовесы на стрелах верхнего силового пояса. Здоровенные такие чугунные блины. Высота от «нуля» — метра 3-4 примерно… Поставили лестницу, дали краску и кисть — давай, родной… «поработай на старте»…

Через 5 минут казашонок уснул и — свалился на ноль. Русский бы разбился, как говорят — были бы мозги — вылетели бы… А этот встал, почесал репу, проснулся и пошел давать интервью приехавшим казахским телевизионщикам. Национальный герой! Герой космических войск. А на «заднем плане» мельтешили офицеры — стартовики, суетились вокруг изделия… Не герои, нет. Так себе — «сбродный полк»… Епть…

Этот репортаж-интервью на казахском языке потом ГОД крутили по телевизору. На всю Среднюю Азию. Ежедневно, как индийские фильмы.

Нет, похоже Родина-мать сдала нас окончательно… Мы теперя тута — «задний план»…

Старт был восстановлен. Начались автономные испытания систем — сведение-разведение колонн (фермы обслуживания), верхнего и нижнего силовых поясов, выезд-заезд «кабины» и прочие «движения» стартового железа. При этом все щиты, силовая и сигнальная электрика была открыта нараспашку — чтобы сразу добраться до неисправности, ежели таковая возникнет. И тут, при подъеме колонн и одновременно верхнего силового пояса вдруг зашевелились пожарные пушки, стоящие по углам стартового стола… И из них вылетели струи воды под безумным давлением. И прямо — на открытую электрику! Е-е-екараный бабай! Искры… зависание железа… аварийное отключение… Общий шухер, матюки… Какой придурок? Кто посмел? Закопать этого урода!

Нашли майора — начальника системы пожаротушения старта. Не то нажал… хотел поработать с имитатором, а система сработала по-реальному… Майора увели в «дальнюю бендюгу» и долго беседовали…

Старт заклинил в промежуточном положении. Но промежуточного положения у колоннн и силового пояса НЕТ. Они должны либо стоять, либо лежать. Потому как весят много. И промежуточных стопоров никаких нету, а на гидродомкратах долго не простоишь — вылетят гидродомкраты и вся гидравлика стартового комплекса… Короче — ситуация, «не описанная в мировой литературе»…

Абзац испытаниям, гражданские потирают руки — устранение этого бардака обойдется военным в две цистерны спирта, А может — в две с половиной? А? Нет? Ну тогда — доложим в Москву, что вы спалили старт… Устраивает?

Командир и зам по испытаниям потускнели как жопа негра в полярную ночь… Прямой контроль Москвы… Узнают — снимут с должности… Все, финиш… приехали.

Стартовик-капитан и майор-управленец вытащили на свет божий документацию…

— Ну че… Сделаем?

— Давай попробуем… Щас, погоди минутку…

Капитан подлетел к командиру части:

— Тащщ полковник! А ежели я устраню эту ерундистику — вы меня уволите из армии?

— Да куда тебе, тут промышленникам на месяц работы, не лезь…

— Ну тащщ полковник, давайте так — сегодня пятница, промышленники разбираться будут только в понедельник, и в Москву раньше среды ну никак не сообщат… Я остаюсь тут на выходные, в понедельник будет видно, но если я все сделаю — УВОЛИТЕ МЕНЯ ?

— НУ УВОЛЮ… Договорились…

Ранним утром в понедельник капитан лежал на нулевой отметке на теплом бетоне и лениво покуривал свой «Беломор». Рядом валялись схемы электрические принципиальные, мегомметр, паяльники, отпаянные пережженные оплавленные контактные разъемы (ШР, если кто помнит), пустые банки из-под тушенки, бычки все того же «Беломора». Командирский «УАЗик» примчался к 7.00. Командир вышел… Старт стоял сведенный, закрепленный штатными стяжками, приведенный в 0 градусов стартового стола. Все было в ажуре , в «исходном»…

— Сделал?

— Так точно…

— Молодец…

— Служу… Э… То есть нет… Ну так как с моим УВОЛЬНЕНИЕМ?

Командир как-то мимо капитана, глядя в степь, произносит:

— А вот теперь-то ВООБЩЕ ЗАБУДЬ ПРО УВОЛЬНЕНИЕ!

— Так вы же обещали!

— Ага… А с кем я тут останусь? Ты подумал?

— А мне поепать, с кем вы тут останетесь!

— Все… Иди отдыхай…

— Так как же…

— Все…

Первые пуски с восстановленного 31-го старта прошли успешно, а также и все последующие. Пришли молодые лейтенанты, приобщились, переняли, освоились. Но «сбродный полк» никто на паровозе с цветами и гармошками в Россию так и не отправил…

— Товарищ капитан! Вы почему на службе не появляетесь? А?

— Тащщ полковник! Докладываю — на службе я теперь буду появляться в следующих случаях — пусковые работы, наряды и учения. Все остальное время — сидеть в каптерке и наблюдать за буханием остальных офицеров я не собираюсь, я буду заниматься в Ленинске своими делами по подготовке к дембелю…

— Вы что себе позволяете, капитан?

— Я все сказал…

— Вы грубо нарушаете субординацию и воинскую дисциплину!

— А епал я в рот вашу субординацию вместе с вашей епаной дисциплиной… Чао!

Денежное довольствие офицеров, которое еще совсем недавно было «некуда девать» вдруг в одночасье стало таким, что понятие «дожить до получки» стало все чаще звучать в бабских очередях… Надо было что-то делать.

И офицеры стали «что-то делать». По вечерам, после службы, после мотовоза — бегом домой, скидывали форму и — на стройку, таскать мусор, кирпичи, балки, раствор… Изученная в свое время деятельность стройбатовских «крокодильчиков» пригодилась как нельзя кстати… Кооперативщики и прочие коммерсанты платили исправно…

Другая часть офицеров занялась «Сникерсами», жвачками, джинсами. В Ленинске, как и во всей стране, возник стихийный базарчик.

— Почем «Сникерсы»?

— А вот цена написана, тащщ полковник…

— Кстати… А почему ты не в наряде? Ты в курсе, что сегодня заступаешь дежурным по старту?

— Тащщ полковник, гер с ним, «сникерсы» по полцены… Только для вас…

— Ладно, парочку возьму… Так как с нарядом?

— Да ну его на гуй…

— Э-эх…

Воинская дисциплина и прочая субординация на рынке… Занятная штука, знаете ли…

— Э… а сколко твоя жинсы стоят?