Иван Голушко - Танки оживали вновь

- Когда выезжать?

- Как будете готовы, доложите мне. Желательно выехать завтра, а занятия начать послезавтра.

От Дмитрия Петровича я пошел к майору Хапову. Мы с ним размещались в одной палатке. Здесь и работали, и отдыхали. Хотя кровати, поставленные возле столов, редко служили местом отдыха. Большей частью мы находились в войсках, а там приходилось отдыхать по-разному, когда как.

Георгий Андреевич Хапов уже был в палатке. Он сдвинул оба стола и на ватманском листе бумаги составлял расписание занятий.

- Начинай! - сразу же предложил он мне.

Майор Хапов был исключительно работоспособный. Он всегда стремился принять участие в любом деле, где он мог помочь, проявить инициативу, выполнить новое задание. Все делал с душой, с огоньком. Иногда, конечно, и срывы бывали. Тогда Георгий Андреевич сам себя наказывал. На время замыкался в себе. Ходил хмурый, недовольный. А потом обязательно искал повод, чтобы излить, как он говорил, душу товарищу. Мы все знали эту черту характера и старались быстрее "разгрузить" его душу, После этого он снова становился самим собой и снова, загорался делом.

- С чего же начинать? - спросил я у Георгия Андреевича.

- Во-первых, - ответил он, - делай второе такое же расписание. Тебе оно пригодится для инструкторско-методического занятия на базе, в которую ты поедешь. Во-вторых, проштудируй методичку. Вот она лежит на столе.

Оказывается, он уже заканчивал разработку примерного расписания для проведения занятий в ремонтных базах. Он корпел над этим уже трое суток, пока я ездил в войска. Методички были уже готовы.

Я занялся методичкой. Георгий Андреевич составил ее настолько хорошо, что не надо было обращаться к дополнительной литературе. Здесь все было: тематика, цели, порядок проведения занятий, вопросы и даже примерные ответы.

Мне так и хотелось похвалить Георгия Андреевича, но сдержался, потому что знал - он этого не любит. Своеобразный человек! Он мог даже обидеться на товарища, похвалившего его. А если хвалил начальник, то он после этого в кругу товарищей говорил: "Да что там особенного. Пожалуй, я бы сейчас лучше сделал".

Иногда мы разыгрывали его, начинали критиковать за якобы слабые стороны в его работе. Достаточно, например, было сказать: "Поверхностно все же вы, уважаемый Георгий Андреевич, проверили технику в полку. Обнаружились новы" неисправности". И он, как факел на ветру, разгорался и спрашивал: "Где, на каком танке, какие, скажите, пожалуйста..." Каждый из нас "находил" столько дефектов, что их хватило бы на несколько полков. Тогда Георгий Андреевич догадывался, что над ним подшучивают...

Под утро к нам зашел Карев, не стал ни о чем расспрашивать, а приказал спать по полтора часа "на каждый глаз". И ушел. Это означало три часа отдыха, а затем - к нему.

Когда мы пришли к Кареву, то там уже было большинство офицеров отдела: Г. А. Федоров, И. Л. Хмельницкий, В. Д. Параничев, Б. И. Кольцов, М. М. Марков, С. М. Адливанкин. Оказывается, Дмитрий Петрович вызвал всех, чтобы рассмотреть выполненные нами планы занятий.

Повесив расписание, Хапов начал докладывать. Все внимательно слушали, делали какие-то пометки. Затем офицеры обменялись мнениями. В основном все одобрили методику организации и проведения занятий в ремонтных базах.

Дмитрий Петрович подвел итоги, внес некоторые уточнения и утвердил материалы. В заключение он подчеркнул важность и необходимость учебы и в военное время.

Начальник 290-й подвижной ремонтной базы капитан Е. Н. Непомнящий, пожалуй, из всех, кого я знал, был самым неутомимым человеком. Везде бывал, все видел, всем помогал. Он был строг к подчиненным, взыскивал с тех, кто нерационально, по его мнению, использовал время. И когда узнал, что у него будут проводиться занятия, заявил категорично: "Мы должны работать, делать танки, а не заниматься напраслиной". Он настолько болезненно воспринял мой приезд, что даже позвонил в штаб и пытался уговорить командование отменить занятия. Его, конечно, отчитали.

- Ничего не понимаю, что творится! С одной стороны, требуют выполнения плана, с другой - отрывают людей от дела, устраивают здесь курсы!... возмущался Непомнящий.

Я спокойно сказал, что завтра на инструкторско-методических занятиях ему надо быть лично со всеми командирами.

- Еще чего?! Нет уж, увольте!

Я напомнил, что это приказ.

Первое занятие прошло хорошо. Было много вопросов. Капитан Непомнящий сидел с видом, будто его ничего не касалось. В конце занятий, подводя итоги, я сказал, что на основе этих инструктивных указаний с завтрашнего дня начнутся ежедневные плановые занятия по два-три часа в день. С первой группой, в которую входят командиры подразделений, будет проводить занятия капитан Е. Н. Непомнящий, а с младшими - сами командиры подразделений, то есть по принципу: начальник учит своих подчиненных.

Капитан, видимо, не ожидал, что и ему придется вести занятия. Он даже переспросил: не ошибка ли это?

Е. Н. Непомнящий был одним из тех, кто любит решать все сразу, не откладывая на завтра. Эта напористость нравилась начальникам. "Если он взялся, сделает" - таково было их мнение о капитане. И действительно, если Непомнящий сам за что-либо брался, то обязательно справлялся с делом. Но ведь не все его подчиненные были такими же мастерами, как он сам. При небольшом объеме ремонтных работ и достаточном времени капитан успешно справлялся с поставленными задачами. А когда создалась сложная обстановка - частые перемещения, двух-трехкратное увеличение объема работ при жестком графике ремонта танков, - базу начало лихорадить. Даже при круглосуточной работе он не мог за всем уследить, всюду поспеть. Когда же ему докладывали о задержках в ремонте, он нервничал, устраивал разносы. На организаторскую работу все не хватало времени. Некогда было провести даже партийное или комсомольское собрание. Кстати, именно по просьбе коммунистов, которые обратились в политотдел штаба, было решено организовать занятия и помочь Непомнящему найти правильный стиль руководства.

Капитан Непомнящий, хотя и без удовольствия, но все же хорошо готовился к занятиям и проводил их на довольно высоком методическом уровне. И через пару недель он заметил, что положение постепенно выправляется. Личный состав, получив за это время некоторую подготовку в демонтажных и монтажных работах, реже обращался к Непомнящему за советами, уменьшилось количество переделок, сократились сроки ремонтных работ. Наметился нормальный ритм в работе. Больше внимания стали уделять пропаганде передовых методов работы, внедрению опыта лучших ремонтников, таких, как командиры отделений старшина В. С. Павлов и старший сержант Юдин, бригадиры ремонтных летучек старший сержант А. И. Денисов и сержант М. И. Серебряков, слесарь старший сержант А. Киселев и другие.