Ричард Томлинсон - Большой провал. Раскрытые секреты британской разведки МИ-6

Учитывая обширную подготовку, обычно предшествующую заграничной командировке, мнение Фаулкрука дать мне для подготовки к поездке в Боснию всего две недели было весьма необычным. Вовсе не отводилось времени для изучения языка и других обычных в таких случаях курсов. Для опытного офицера работа Н/ВАР (резидентом в Сплите) даже без подготовки была бы заманчивым делом. А для неопытного стажера вроде меня необычная крыша, сложная связь, трудности с материально-техническим снабжением и просто физическая опасность открывали пугающую перспективу. В эти две недели перед вылетом в Сплит предстояла уйма дел. Еле хватало времени просмотреть досье, пару раз встретиться со Стрингом Уэстом и денек потренироваться в Форте в стрельбе из браунинга.

Стринг Уэст объяснил, что моей крышей будет не дипломатический пост в посольстве, как нам говорили в IONЕС, а загадочная должность "гражданского советника" при бригадном генерале Джоне Рейсе, командующем британским контингентом UNPROFOR в Сплите на Далматинском побережье. Никого не способная обмануть, непродуманная легенда. Как мне позднее пришлось убедиться, все до единого мои контакторы в Боснии немедленно распознавали во мне английского разведчика, даже самые зеленые солдатики в казармах в Дивулье. Единственные чиновники, кто, кажется, верил этому фиговому листку, сидели наверху.

Крыша была достаточной, когда Клайв Мэнселл, используя свой опыт участия в операции НАДЕЖНОЕ НЕБО, создал резидентуру в Сплите. В казармах Дивулье он оборудовал небольшое помещение с компьютером и спутниковой тарелкой, подыскал в рыбацкой деревушке в нескольких километрах от казарм подходящую квартиру и ограничил свою деятельность прилегающим районом. Спустя несколько месяцев Мэнселла перевели на административную должность в Сенчури-хаус и его место занял Кеннет Робертс, офицер внутренней безопасности, работавший ранее в управлении по Индии и Пакистану.

За восемь месяцев Робертс изменил объем работы, но прикрытие оставалось прежним. Не удовлетворенный рамками сети, базирующейся на казармах Дивулье и безопасном Далматинском побережье, он много разъезжал по Центральной и Северной Боснии. Эти усилия давали плоды: Робертс успешно завербовал двух полезных агентов и активно разрабатывал еще двоих. ISTEENBOX был чиновником в северном городке Тузле и доставлял сведения о деятельности и планах местного подразделения боснийской милиции, решительно отказывавшегося переходить под полный контроль Сараево. DONNE, его главное приобретение, занимал высокий пост в боснийском правительстве в Сараево и предоставлял ключевую информацию о тактике боснийской делегации на мирных переговорах в Женеве.

Робертс также привлек четверых солдат из 602-й части для обеспечения связи и охраны на случай налетов при поездках в Центральную Боснию. 602-я часть, насчитывающая 80 человек, является подразделением полка связи, постоянно дислоцированного в Бэнбери, Оксфордшир. В мирное время она обслуживает зарубежные станции высокочастотной радиорелейной связи МИ-6 в Кованди, на севере Австралии (до ее закрытия в марте 1993 года), на острове Вознесения, в Северной Шотландии и на Фолклендах, где поддерживает цепь прослушивающих станций в Чили. В военное время, как, например, во время войны в Заливе, операции НАДЕЖНОЕ НЕБО и в Боснии, она отвечает за обеспечение оперативной связью мероприятий МИ-6. Группа ВАР из четырех человек установила высокочастотные радиоаппараты, известные под названием «калекс», которые работали быстрее и проще, чем спутниковая связь, которой пользовался Мэнселл. Один установили на верхнем этаже в казарме Дивулье, в кабинете Робертса, другой, для обеспечения мобильной связи, поставили на конце длинного шасси "лендровера".

Утром 8 ноября 1993 года самолет компании "Бритиш эйрвейз" приземлился по расписанию в аэропорту Сплита. Площадка маленького провинциального аэропорта была забита транспортными гигантами «Геркулес-130» и «ИЛ-72», доставлявшими грузы в Сараево, а аэровокзал кишел солдатами многонациональных сил UNPROFOR, журналистами, съемочными телевизионными группами и беженцами. Робертсу было непросто отыскать меня в зале для прибывающих пассажиров.

— Извини, старина, — заговорил он с довольно прилично поставленным произношением воспитанника частной школы, пока мы пробирались между разбросанным по залу солдатским снаряжением и оружием, — но мне придется сократить передачу дел до четырех дней. Меня ждут в Лондоне для переподготовки к двадцать второму.

На передачу дел отводилось две недели, но к тому времени я уже привык к сжатым срокам. Робертс был не виноват. Вполне понятно, что он крайне нуждался хотя бы в коротком отдыхе, прежде чем явиться через десять дней для подготовки к новой работе в английском представительстве при ООН в Нью-Йорке. "Опять департамент кадров напортачил", — подумал я.

За отведенные для передачи дел четыре дня главным было встретиться с DONNE, так что первым пунктом назначения стало Сараево.

— Я достал места на С-130, принадлежащий национальной гвардии штата Аризона. Сегодня днем летит в Сараево с грузом фасоли, — весело сообщил мне Робертс. — Как раз есть время сбросить в квартире твои пожитки и заглянуть в Дивулье познакомиться с ребятами из 602-й части.

Маленькая квартирка, которую снял мне Робертс в десяти минутах езды на «лендровере-дискавери», была довольно удобной.

— Правда, зимой понадобится шерстяное белье, — ухмыльнулся Робертс, — отопления нет.

Сбросив багаж, мы поспешили в казармы Дивулье для беглого знакомства с моим будущим рабочим местом. В запрятанном на самом верхнем этаже главного корпуса кабинете располагались металлический письменный стол, картотечный шкаф и тяжелый сейф для секретных документов, карта Боснии во всю стену и план Сараево.

— Глянь-ка на мои сувениры, — ухмыльнулся Робертс, открывая нижний ящик стола и доставая оттуда пистолет югославского производства, несколько обойм патронов калибра 7,65 мм и ручную гранату. — Снял их с мертвеца недалеко от Тузлы, — сообщил Робертс. — Посмотри-ка вот это. Подарил один из телохранителей Караджича. — Робертс передал мне маленькую штуковину, замаскированную под авторучку. Внутри 7,65-миллиметровый патрон. — Поворачиваешь колпачок — и она стреляет. Ну прямо как у Джеймса Бонда, а? — рассмеялся Робертс.

— Возьмешь с собой? — спросил я, не слишком обрадованный этим арсеналом в письменном столе.

— Извини, старина, собирался послать это дипломатической почтой и презентовать музею в Форте, но как-то не дошли руки.

Робертс захлопнул ящик, и мы продолжили экскурсию.