Джей - О Милтоне Эриксоне

Эриксон: “Пока не”. Если вы принимаете слова “пока не”, вы также принимаете слово “закрыть”, но только если “пока не” не определено четко. Когда заканчивается “пока не”? Время устанавливается самим субъектом. А когда пациент должен на­брать определенный вес? К разумному сроку. Пациент сможет установить дату, когда вы говорите: “Давайте будем разумны­ми”. И если к конкретной дате вес не набран, “давайте будем разумными” уже сказано. И пациент не отчаивается. Пациент может продлить срок. В терапии так все и происходит.

Э.: И сейчас подтверждение пришло изнутри тебя, не правда ли? И вы можете говорить, и вы можете понимать меня. И вы мо­жете слышать. И вы можете выполнять инструкции. Например, если я попрошу вас поднять правую руку, вы можете поднять пра­вую руку.

(Обычно, когда Эриксон считает, что субъекты пребывают в достаточно глубоком трансе, и не хочет утрачивать с ними кон­такт, он говорит, что им можно говорить и понимать. В этом эпизоде — любопытное использование Эриксоном метафоры. Обычно со слова “например ” начинается не указание, а описание гипоте­тической ситуации. Эриксон же, произнося общее утверждение, затем подает его как директиву. Иными словами, совсем не страшно выслушать “например ”, потому что это как бы ни к чему не обязывает, но под его прикрытием Эриксон требует опре­деленного действия.)

Эриксон: “И вы можете выполнять инструкции”. Вопрос только, какие инструкции? Это угроза. Чтобы смягчить угрозу, вы поднимаете руку, перед этим повторяя то же самое: “Вы мо­жете слышать”, “Вы можете чувствовать”. Когда дело доходит до выполнения “например”, поднимите руку. Вы можете делать физически что-то другое, только люди этого на сознательном уровне не понимают.

Хейли: То есть “например” представляет собой объект некото­рого класса, вытягивающий за собой остальные объекты данно­го класса — вот что вы имеете в виду.

Эриксон: Да.

Э.: (Показывает, поднимая свою правую руку левой рукой, и субъект поднимает руку). Поднимается медленно. А сейчас оста­новилась.

Хейли: Почему она поднималась так быстро?

Эриксон: Можете прокрутить фильм назад, и если вы будете слушать мой голос, я думаю, заметите увеличение темпа моей речи. “И ваша рука может подниматься быстрее”. Нарочи­тость. И эффект достигнут.

Э.: Она медленно поднимается. Сейчас она остановилась. И не имеет значения, что вы пытаетесь сделать, — она остается ввер­ху. И изо всех сил пытается опуститься вниз. (Ее рука слегка дер­гается вниз.)

(Использование “вызова” типично для гипноза, и Эриксон при­меняет его в разнообразных формах: от тонких предложений до жестких требований. Обычно смысл следующий: “Я хочу, чтобы ты подчинился мне, демонстрируя при этом, что не можешь не подчиняться мне”. Невозможность контролировать движения сво­ей руки может напугать субъекта, поэтому далее Эриксон назы­вает ситуацию очаровательной и интересной.)

Эриксон: А сейчас я обращаюсь к вам. Я, стоя перед вами, наклоняюсь вперед, что означает: “Я обращаюсь к вам”. И под­черкиваю тем самым межличностное взаимодействие.

Э.: Впервые в жизни вы не можете опустить руку. Разве не так?

Субъект № 1: М-м-м. (улыбается).

Э.: И разве это не очаровательно? Разве не интересно?

Субъект № 1: Хм-м-м.

Э.: Правильно.

Эриксон: Тут кое-что вырезано.

Хейли: А что было вырезано, как вы думаете?

Эриксон: Я велел ей ощутить, как опускается рука. Я это по­нял из того, что сказал здесь. Не помню точно. Но очевидно, что я велел ей обратить внимание на ощущения в опускающейся руке, и она опускала ее и ощущала, и это проявилось в подер­гивании.

Э.: Правильно.

Эриксон: Что правильно? Это относится ко всему, что она де­лает, но вы не говорите, что все, что она делает, правильно. Вы просто говорите: “Правильно”. Но она автоматически пере­носит это на все, что делает. И вы говорите: “Правильно, Джокки”. Она чувствует, что правильно сидит, правильно сто­ит, правильно идет, правильно пишет, все делает правильно. Информация, расширяясь, выделяет это. После встречи с Бер- двистлом (авторитетным специалистом в области движений тела) для вас многое в этом станет понятней.

Э.: Вы поверите, что были в трансе, если я заставлю вас от­крыть глаза и пробудиться? Я бы хотел, чтобы вы поверили, что вас невозможно загипнотизировать. Хорошо?

Субъект № 1: Да.

Э.: Знаете, вас невозможно по-настоящему загипнотизировать, и как только вы откроете глаза, вы это поймете.

(Много лет назад, когда я работал в руководимом Грегори Бей­тсоном проекте, он сформулировал понятие “двойная связь”. Это парадоксальная ситуация общения, при которой сообщение на од­ном уровне вступает в конфликт с сообщением на другом уровне, а человек должен реагировать и не может сбежать с “поля боя”. Классический пример — указание “Не слушайся меня”. Человек не может ни подчиниться, ни не подчиниться, потому что неподчи­нение означает подчинение. После открытия этого феномена на­шей задачей стало изучение подобных парадоксов в человеческих отношениях. Один из первых найденных мною примеров был гипноз. Природа гипноза заставляет гипнотизера требовать от клиента непроизвольных реакций. Как можно непроизвольно реагировать на команду? Кроме того, в гипнозе часто используются особые указа­ния, являющиеся несомненными примерами “двойной связи”, и классический случай подобного указания представлен здесь. Эриксон внушает субъекту сказать после пробуждения, что она не может быть загипнотизирована. Гипнотизируемая сталкивается с пара­доксом: если она последует постгипнотическому внушению, зна­чит, она в трансе. Она оказывается перед парадоксальным выбо­ром: сказать, что она не может быть загипнотизирована, озна­чает сказать, что она была загипнотизирована. Если она не будет следовать указанию и говорить, что ее невозможно загипнотизи­ровать, значит она должна будет согласиться, что была загипно­тизирована. В любом случае она вынуждена признать, что была в трансе).