Нерон. Император Рима - Артур Вейгалл

class="p1">Нерон: «Уничтожать врагов – вот доблесть цезаря».

Сенека: «Отца отчизны доблесть – граждан всех беречь».

Нерон: «Мне кажется, мягкий человек годится только мальчиков учить».

Сенека: «Нет, им надлежит смирять пылких юношей».

Нерон: «Благодарю, в мои года в советах не нуждаюсь я».

Сенека: «Пусть все дела твои не прогневят богов!»

Нерон: «Богов бояться глупо, я их сам творю». Нерон смеется. Он, несомненно, имел в виду обожествление императора Клавдия.

Сенека: «Чем больше можешь, тем сильнее бойся их, – возражает он и добавляет: – Ты часто говоришь, что удача никогда не изменяет тебе, но умоляю, будь осторожен, доверяя своей удаче. Фортуна обманет, милостям ее не верь».

Нерон: «Лишь червь не знает, что ему дозволено».

Сенека: «Достойней делать то, что подобает нам».

Нерон: «Быть может, но толпа лежачих топчет».

Сенека: «Нет, только тех, кто ненавистен ей».

Нерон: «Меч императора защита».

Сенека: «Надежней верность подданных. Конечно, цезаря должны бояться, но и любить должны еще сильней».

Нерон: «Людей заставить надо, чтоб боялись».

Сенека: «Принуждение всегда гнетет людей. Желаешь, чтоб тебе повиновались, – будь справедлив!»

Нерон: «Заставит меч мои решенья уважать».

Сенека: «Избавь нас бог!»

Нерон поворачивается к нему:

«Так что ж, терпеть и дальше покушенья,

Не мстить, стяжать презренье, пасть от рук убийц?

Ни Плавт, ни Сулла ссылкою не сломлены;

Их ненависть упорная пособников

Злодейству ищет, чтобы умертвить меня,

А в городе по-прежнему к изгнанникам

Сильна любовь, и в ней-то все надежды их.

Они мне подозрительны – так пусть умрут!

И к теням пусть уйдет жена постылая

За братом вслед. Пусть все, что вознеслось, падет».

Сенека пытается успокоить Нерона, напоминая, что сенат и римское общество преданы ему, но Нерон презрительно отвечает, что сенат на самом деле только из страха изображает любовь к нему:

«Почему твой благочестивый Август

Так много истребил людей и кровью залил Форум?

Он власть свою держал мечом и страхом,

Так почему не должен я?

Ждут звезды и меня,

Но я намерен превзойти его

И дому дать опору, сына породив».

«Надеюсь, – отвечает Сенека, не зная, что Поппея ждет ребенка, – Октавия родит тебе дитя из рода Клавдиев».

Нерон:

«Нет, я не верю дочери развратницы,

К тому же чужд я был всегда Октавии».

Сенека умоляет: «Будь терпеливей с ней, она юна, стыдливость в ней сильней любви».

Нерон:

«Я так же понапрасну долго думал сам,

Хоть ненависть ко мне сквозила явная

В угрюмом взгляде, нраве неприветливом.

Мне отомстить велит обида жгучая.

Супругу я нашел, меня достойную

Красой и родом: отступить пред ней должны

Все три богини, что на Иде спорили».

Сенека:

«Пусть будет мужу верность дорога в жене

И нрав стыдливый; неподвластны времени

И вечны те лишь блага, что живут в душе,

А красоту уносит каждый день у нас».

Нерон:

«В одной соединила все достоинства

Судьба – и мне решила подарить ее».

Сенека:

«Не будь уверен так,

Любовь тебя покинуть может».

Нерон:

«А я сужу иначе: без нее ни жизнь,

Ни наслажденье невозможны. Гибели

Не знает род людской, благодеянием

Любви творя потомство. Учит кротости

Зверей она. Так пусть же этот бог несет

Мой брачный факел и отдаст Поппею мне».

Сенека заламывает руки:

«Нет, свадьбы этой римлян скорбь не выдержит, Святое не допустит благочестие».

Нерон:

«Так что же, не могу я сделать то,

Что можно всем: жениться по любви?»

Сенека:

«Все от великих ждут великих дел.

Тебе пристало воле граждан покориться».

Нерон: «Плох тот властитель, над которым властна чернь».

Сенека:

«Коль не на пользу желание его,

Народ начнет роптать».

Нерон:

«Так, может, вправе силой брать

Когда по-доброму желанье не осуществить?»

Сенека: «Непросто будет отказать им».

Нерон: «А императора принудить – это грех».

Сенека: «Так уступи им сам».

Нерон: «И побежденным будешь слыть».

Сенека: «Молва не много стоит».

Нерон, думая о том, как сильно ее боялся сам философ: «Так ли?

Несчастье многим принесла она».

Сенека: «Ей страшен тот, кто выше всех».

Нерон: «Но и его она порочит».

Сенека:

«С молвой ты сладишь. Лишь бы дух смягчили твой

Октавии чистый нрав и юность».

Нерон:

«Довольно! Настойчивость твоя мне утомительна.

Позволь мне сделать то, что порицает Сенека.

И так исполнить просьбы Поппеи медлю я.

Хоть понесла во чреве от меня залог!»[1]

Эта новость сразила Сенеку. Он понял, что больше ничего не сможет сделать. Случилось худшее. Теперь Нерон разведется с Октавией, женится на Поппее, и начнется восстание. Потому что люди по какой-то неведомой причине – если не просто из жалости – любили эту странную угрюмую Октавию и не любили Поппею за то, что она хотела занять ее место; за то, что была старше Нерона; и за то, что не принадлежала к императорскому дому. В глубоком унынии Сенека удалился, чтобы вернуться к своим уединенным философским занятиям.

Глава 13

62 год, развод с Октавией. Свадьба Нерона и Поппеи. Смерть Октавии, июнь 62 года. 63 год, рождение и смерть дочери Поппеи. 64 год, появление Нерона на публике в качестве певца

Развод с Октавией состоялся, вероятно, на первой неделе мая 62 года. Причиной было названо ее бесплодие. Чтобы смягчить ее досаду, Нерон одарил ее огромным состоянием, конфискованным у Рубеллия Плавта, и передал ей дом, который занимал Бурр и который, будучи резиденцией могущественного человека, командующего преторианской гвардией, как можно предположить, стал известным и престижным местом. Возможно, дар подразумевал и некоторую иронию, поскольку до того, как Плавта казнили, ходил слух, что если император разведется с Октавией, то она выйдет за Плавта и попытается сделать его императором. Что же касается Бурра, все знали, что он пытался убедить Нерона ни в коем случае не разводиться с ней, чтобы она оставалась императрицей, хотя бы номинально.

Спустя две недели, то есть примерно на третьей неделе мая, Нерон и Поппея поженились. Модный свет, признанной царицей которого являлась Поппея, остался доволен, но традиционная аристократия и простой народ были единодушны в своем возмущении. Первые – из-за новомодных взглядов и передовых идей Поппеи в отличие от консерватизма Октавии, которая к тому же была принцессой из дома Клавдиев и по крайней мере внешне вела себя целомудренно. Вторые – поскольку Октавия вызывала их симпатию, а Поппею они не любили. В день свадьбы толпа с сочувственными возгласами устремилась к дому Октавии, и она, скрывая свою ненависть, искусно возбуждала людей, обращаясь к ним с призывом разойтись, иначе их любовь к ней вызовет гнев Нерона и они