Владимир Архангельский - Ногин

Задорно и убежденно говорил Виктор:

— «Союз борьбы» должен стать проводником идей «Искры». Только она представляет сейчас лучшие силы революционной России. Ленин создал ваш союз, Ленин требует пересмотра ваших позиций. Экономизм мертв, он вырождается в зубатовщину. Надо очистить союз от инертной массы, которой даже охранка не интересуется, и сплотить организацию на новой платформе, изложенной в статье «С чего начать?». Читали, надеюсь?

— Читали и удивлялись. В Мюнхене проще простого сочинять всякие реляции. А где люди, о которых там пишут? Вас, что ли, числить одного со стороны «Искры»? Маловато, Яблочков! Может, у вас есть люди? Покажите, мы посмотрим! — начинал горячиться Смиттен.

— Вот-вот! — поддакивал Аносов. — Явился Аника-воин, один-одинешенек, и ломай из-за него всю организацию! Где ваша армия, генерал? Давайте доказательства!

Три вечера не сдавался Виктор и старался держать себя в шорах, хотя эти химики довели его до белого каления.

— Хорошо, я представлю вам доказательства! Но вы, вы… просто недоразумение! — злоба душила его. — Вы погрязли в мелочах и забыли о главном! Я еще хлопну кулаком по столу!

От полемики в Свечном переулке пошел шум по Питеру. И Анна Барш, тоже связанная с Ногиным экспедицией «Искры», поспешила поделиться этой новостью с госпожой Кюль в Берлине (Наусбаумаллея, 45): «Рыжий на днях приехал сюда и начал воевать со своими тезками».

В войне действительно нужна армия, и Яблочков стал сколачивать искровскую организацию, которая немедленно заявила о себе распространением крупного транспорта «Искры» за Невской заставой, на Петербургской и Выборгской стороне.

Минская, Рубинчик, Мандельштам и другие составляли костяк новой организации. Кроме них, Виктор вовлек Эстер Лапину, братьев Соловьевых, сестер Мажаровых, Ксению Милорадович, Виктора Классена и заручился поддержкой группы студентов-технологов во главе с Николаем Скрыпником, по кличке «Лохматый». Он мог теперь ссылаться на «генерала» — Степана Радченко, который работал для «Искры», и на его жену Любовь Николаевну, недавно прибывшую из Харькова.

Огромной работы потребовало это собирание сил: десять суток кряду не знал Яблочков ни покоя, ни отдыха.

На другой день приезда Сергея Цедербаума, 16 сентября, Виктор смог написать Ленину, что дело сдвинулось с мертвой точки, «…на прошлой неделе, отыскивая преданных нам лиц, я составил с ними группу, назвав ее «СПБ отдел «Искры», и начал вести переговоры от ее лица с «Союзом». Узнавши, что Яков здесь и тоже ведет переговоры, я отложил свои до встречи с ним. Когда эта встреча произошла, мы пошли на назначенное мне свидание, где и пришли к некоторому соглашению с представителями «Союза». Соглашение для нас очень выгодное, позволяющее нам делать все, что касается Искусства, и в то же время мы получаем все права членов «Союза». Спорным пунктом является пока денежный вопрос. Но, вероятно, и он будет улажен. Проект соглашения изложен письменно, и Яков, вероятно, пошлет его сегодня вам. Я не думаю, чтобы он был принят в этой форме, и нам придется сделать кое-какие уступки им. Очень хочется узнать поскорее ваше мнение. — Генералом я зову Радченко. Я виделся с ним два раза, и мы уже стали в определенные отношения, которые будут очень хорошими…»

Это донесение в Мюнхен, писанное «химией», было размещено среди строк игривого письма:

«Бедные вы, бедные — тащиться опять этакую даль! И охота вам слушать этих шарлатанов-докторов. Ишь, что выдумали: — Отправляйтесь в Ниццу! — Плюньте вы на них и поезжайте обратно домой. Как раз вместе бы и приехали в Березовку, к тетушке. Она ведь вас очень ждет на крестины (как я вам уже писал, ей бог дал пятую дочку). Я думаю через недельку двинуться отсюда с разными подарками и, уж чего греха таить, с довольно тяжелой головой от столичного веселья. Ну, решайте, и — айда домой, к пирогам. Весь ваш Яблочков».

Но ни «крестины», ни «пироги», ни «столичное веселье» не обманули мастеров из «черного кабинета»: копии обоих писем Виктора улеглись в досье у господина Зволянского. А через три дня приехала из Одессы Наталья фон Бах и привезла на «хвосте» двух шпиков.

Шеф полиции Зволянский недоумевал: на поиски Ногина брошены лучшие филеры, а он, «видимо, чувствует себя вне всякого подозрения, совершенно свободно занимается революционной деятельностью и успел уже завязать сношения с представителями здешнего «Союза борьбы».

Да и начальник столичного жандармского управления генерал-майор Секеринский поддавал жару. Он исследовал паспорт Андропова на имя Д. П. Дементьева и убедился, что «писан он рукой Ногина». И уже вынес постановление о привлечении к дознанию «сего опасного преступника» в качестве обвиняемого.

А он — неуловим!

«Власть предержащие» дали команду теснее смыкать круг. Но и Виктор не убавлял энергии. Вместе с Сергеем Цедербаумом он оформил, наконец, соглашение между «Санкт-Петербургским отделом «Искры» и «Союзом борьбы».

В письме, заготовленном для Ленина, это соглашение выглядело так: «1) Находя нежелательным одновременное существование в С.-Петербурге двух организаций, входящих в Российскую социал-демократическую партию и работающих на одном и том же поприще, члены С.-Петербургского отдела организации «Искры» вступают в С.-Петербургский комитет партии, несмотря на наличие некоторых принципиальных, тактических и организационных разногласий.

2) Члены С.-Петербургского отдела организаций «Искры» принимаются в С.-Петербургский комитет на общих основаниях и, как прочие члены последнего, пользуются одинаковыми с ними правами и несут те же обязанности.

3) Вступая в С.-Петербургский комитет, члены С.-Петербургского отдела организации «Искры» сохраняют вместе с тем свою принадлежность к организации «Искры» и право исполнять ее поручения (технического характера, собирание сведений, сношения с провинцией, отделами организации «Искры» и за границей).

4) С.-Петербургский комитет Русской социал-демократической партии сносится с редакцией «Искры» через входящих в его состав членов организации «Искры» и приобретает у них издания последней. В случае возникновения недоразумений С.-Петербургский комитет может обращаться непосредственно к редакции «Искры».

5) Члены С.-Петербургского отдела организации «Искры» обязуются не распространять в Петербурге литературы без ведома и одобрения С.-Петербургского комитета.

6) С.-Петербургский комитет из своих сборов отчисляет семь с половиной процентов в пользу «Искры». Пожертвования в стачечный фонд, в пользу арестованных и специальные пожертвования отдельных лиц в пользу «Искры» и С.-Петербургского комитета от 75 рублей не подлежат % отчислению.